Выбор
Шрифт:
Остролап вскочил с земли и обернулся к ней.
— Ты что, спятила? — прорычал он. — На этот раз это не какой-нибудь жалкий котенок! Это Речной воин. И он вторгся на нашу территорию!
— Не будь дураком, — огрызнулась Синегривка. — Что может сделать один кот?
Остролап в бешенстве огляделся по сторонам.
— Да их тут может быть целый патруль!
— Здесь нет никого, кроме меня, — спокойно ответил Желудь.
Он с трудом поднялся с земли и покачал головой
— Не так быстро! — рявкнул Остролап, преграждая ему путь к спасению.
Синегривка бросилась между ними.
— Довольно, Остролап! Ты проучил его, а теперь хватит. Я уверена, он больше никогда сюда не вернется, — она посмотрела на Желудя и содрогнулась, увидев грусть в его глазах.
— Отпусти его, — срывающимся шепотом попросила она.
Синегривка просила Остролапа, но эта мольба эхом отозвалась и в ее собственном сердце: «Отпусти его. Дай ему уйти».
Желудь прошел мимо нее и скользнул в воду.
— Предательница! — рявкнул Остролап и с такой силой отпихнул Синегривку, что та упала на задние лапы. Он не спешил втягивать когти, к которым пристали клочья шерсти Желудя.
— Ты трусиха и дура! Почему я ни разу не видел, как ты защищаешь наши границы? Какая же ты после этого воительница?
Он подошел ближе, его дыхание участилось, а в глазах вспыхнул кровожадный огонек.
— А может быть, ты знаешь этого Речного кота?
Синегривка похолодела от страха, но собрала все силы, чтобы ничем себя не выдать.
— Его зовут Желудь. Я видела его на Совете.
Остролап наклонился к ней так близко, что защекотал ей щеки своими усами.
— Кажется, я тебя не спрашивал, как его зовут? Я спросил, знаешь ли ты его!
Он, не моргая, впился в нее глазами и угрожающе добавил:
— Я имел в виду, знаешь лучше, чем позволяет Воинский закон.
«Неужели он видел нас вместе? Подслушал наш разговор?» — похолодела Синегривка.
Но она заставила себя твердо выдержать взгляд Остролапа и спокойно ответила:
— Нет, разумеется! Ты просто спятил.
Остролап отошел от нее и принялся лихорадочно расхаживать по берегу, не сводя глаз с реки.
— Нужно увеличить патрули, — бормотал он себе под нос. — Наша территория почти не защищается! Со всех сторон лезут нарушители. Только страх может остановить их. Мы должны пометить свои границы кровью наших врагов! — он говорил все быстрее, в уголках его рта пузырилась слюна.
Синегривка с отвращением отвернулась. Ее всю трясло. Сейчас Остролап был похож на умалишенного!
Заросли папоротников громко зашуршали, и на поляну выбежал Дроздовик. За ним неслись Змеезуб,
«Слава Звездному племени! Присутствие воинов успокоит Остролапа».
Но когда Остролап обернулся к товарищам, глаза его были абсолютно спокойны, а взъерошенная шерсть снова разгладилась.
— Не о чем беспокоиться, — небрежно бросил он. — Просто один из Речных воинов рыскал тут. Мы задали ему жару и прогнали прочь.
— Чистая работа! — похвалил Змеезуб.
— Молодцы, — добавил Птицехвост.
Дроздовик растерянно посмотрел на Синегривку. Та покачала головой.
«Нет, сейчас не лучшее время открыто обвинять Остролапа».
Змеезуб повернулся к Когтю и сказал:
— Я надеюсь, ты и сейчас продолжаешь учиться у Остролапа. Он настоящий воитель. Достойный пример для подражания.
Коготь почтительно склонил голову.
— Я стараюсь во всем идти по следам моего наставника, — ответил он.
— Кругом все спокойно? — спросил Змеезуб.
— Да, — кивнул Остролап и пошел по направлению рощи.
На Синегривку он даже не взглянул, как будто между ними ничего не произошло.
Синегривка устало побрела в лагерь вместе с Дроздовиком и другими патрульными.
«Как-то там Желудь? Вернулся ли в свой лагерь? Какое счастье, что Выдрохвост не послал патруль на его поиски! Это лишь возбудило бы подозрения Остролапа, и тот бы совсем обезумел».
«В его лапах — кровь».
Синегривка поежилась. Непременно нужно предупредить Солнцезвезда!
Когда коты вернулись в лагерь, Солнцезвезд внимательно выслушал сообщения Остролапа и Змеезуба. К досаде Синегривки, он принял их в своей палатке, поэтому она могла только догадываться о том, в каких красках Остролап доложил о «вторжении» Желудя. Она нетерпеливо расхаживала перед палаткой предводителя до тех пор, пока у нее не разболелись лапы.
— Угощайся, — сказал Дроздовик, бросая ей воробья. — Тебе нужно поесть.
Синегривка со вздохом опустилась на землю. У нее не было сил притворяться, будто она не голодна. В животе у нее с утра ничего не было.
Дроздовик молча смотрел, как она ест.
— Ты подумала о том, что я сказал? — спросил он.
Синегривка с усилием проглотила кусок. После того, как Остролап открыто намекнул ей на отношения с Желудем, отказаться от предложения Дроздовика было бы последней глупостью.
— Ты, правда, готов на это?
Дроздовик кивнул.
— Спасибо.
Не успела она наклониться, чтобы откусить еще кусок, как полог лишайника перед входом в пещеру предводителя раздвинулся, и Змеезуб с Остролапом вышли на поляну.