Выбор
Шрифт:
От волнения у нее закололо в подушечках лап.
«Неужели Острозвезд подговаривает Львинолапа водиться с домашними котами?»
Сорвавшись с места, Синегривка бросилась следом за Львинолапом. Она должна разузнать, что происходит. Грустные слова Острозвезда громко стучали в ее голове: «Лесные племена будут вечно враждовать между собой».
«Неужели предводитель Грозового племени настолько разочаровался в жизни воителей, что решил уйти к домашним котам? Но как он может так страшно нарушить Воинский закон?»
Львинолап был уже на полпути к оврагу. Перепрыгивая
— Эй! — донесся снизу грозный вопль Вихрегона. — Сейчас же прекрати швыряться камнями!
Резко остановившись, Синегривка поняла, что в горячке погони забыла об осторожности. Она неслась, не разбирая дороги, и вылетавшие из-под ее лап камни дождем сыпались по склону.
— Прости! — крикнула она и замерла, ожидая, пока Вихрегон проведет своих патрульных.
— В следующий раз будь внимательнее, — проворчал Вихрегон.
Синегривка молча кивнула, провожая глазами шедших за отцом Кривулю, Дроздовика и Зарянку.
— Не огорчайся, — шепнул Дроздовик, поравнявшись с ней. — Мы все время от времени забываем об этом.
Когда патрульные прошли, Синегривка медленно спустилась со склона. Выйдя на поляну, она увидела Львинолапа, сидевшего возле кучи с добычей.
Отлично, он совсем один! Сейчас она подойдет к нему и прямо спросит, водил ли его Острозвезд в гости к домашним или нет.
Стена утесника задрожала, и в лагерь вошел Острозвезд.
«Лисий помет!»
Предводитель Грозовых котов выглядел совершенно спокойным, шерсть его была прилизана волосок к волоску и источала сильный запах орляка, как будто Острозвезд вывалялся в папоротниках специально.
«Зачем он стал бы это делать?»
Ответ был очевиден.
«Затем, чтобы избавиться от запахов Двуногих и кошачьей мяты! Как он может? Великое Звездное племя, да ведь он же предводитель!»
Увидев Острозвезда, Пышноус со всех лап бросился к нему.
— Пестролапая уснула, — доложил он. — Котята поели немного молока и тоже спят.
Острозвезд вопросительно изогнул кончик хвоста.
— Можно мне взглянуть на них?
Пышноус отошел, уступая ему дорогу.
— Котенок родился самым слабым из всех троих, — предупредил он, когда Острозвезд протиснулся сквозь ветки ежевики.
Алосветик вышла из детской и направилась к Ветренице.
— Ну, наконец-то! — проворчала она, даже не пытаясь понизить голос. — Его котята всю ночь были на грани жизни и смерти! Они могли отправиться а Звездное племя, так и не увидев своего отца.
— Бедняжка Пестролапая, — кивнула Ветреница. — Она всю ночь спрашивала об Острозвезде. Звала его. Как нехорошо! Даже не знаю, что она теперь о нем думает!
Синегривка уставилась в землю. Выходит, не только она усомнилась в верности Острозвезда.
Глава II
Миновало несколько рассветов. Однажды утром Синегривка
— Я могу сходить в патрулирование.
Она специально выбрала момент, когда глашатай был один и еще не собирал племя, чтобы распределить дневные обязанности.
— В последнее время ты постоянно вызываешься в патрулирование. Боюсь, ты совсем забыла об охоте.
Синегривка промолчала. Она надеялась, что Солнцесвет не обратит внимание на это ее стремление, Синегривка делала это неспроста — ей хотелось обыскать территорию Двуногих и выследить там запахи Острозвезда. С недавних пор она неотступно следила за предводителем и всякий раз настораживалась, когда тот покидал пределы лагеря. Однако пока все ее старания были напрасны. Ей до сих пор не удалось обнаружить запах Острозвезда на территории Двуногих, и Синегривка стала сомневаться, не была ли вся эта некрасивая история с домашними плодом ее разыгравшегося воображения.
— Мне просто нравится патрулировать, — невозмутимо ответила она Солнцесвету. — Но если хочешь, я могу пойти поохотиться.
— Возможно, охота покажется тебе более интересной, если ты возглавишь охотничий патруль? — спросил Солнцесвет.
Синегривка насторожила уши.
— Я? Ой, а можно?
— Решено, — кивнул Солнцесвет и взмахнул хвостом, подзывая к себе воинов и оруженосцев.
Пока коты собирались, Синегривка не находила себе места от тревоги. Она еще никогда не возглавляла патруль. Сумеет ли она справиться с делом? Неужели сейчас ей самой придется решать, где охотиться, на какую дичь и как долго?
— Отличная погодка, — промурлыкал Змеезуб, подходя к глашатаю. Остролапник с готовностью бросился вперед, ему не терпелось как-нибудь отличиться, чтобы поскорее стать воителем. Другие воины и оруженосцы тоже потихоньку подтягивались к скале. Зарянка, только что покончившая с едой, облизывалась на ходу, а Рябинка деловито вылизывала грудку — она еще не успела закончить свое утреннее умывание.
И только Безух подошел один, без своей ученицы Нежнолапки. Вот уже три дня та лежала в своем гнездышке не в силах ни есть, ни шевелиться.
Алосветик перебралась в палатку оруженосцев, чтобы ни на миг не оставлять больную без присмотра.
Чтобы хоть чем-то себя занять, Безух без устали помогал Пятнистому тренировать Розолапку, так что рыжая ученица уже дважды с блеском выдержала испытания. Львинолап не находил себе места от зависти.
— Она станет воительницей раньше меня! — сокрушался он.
— Так ведь она и ученицей стала раньше тебя, — поддразнивала его Синегривка.
Она решила не расспрашивать Львинолапа об Острозвезде. Подозрения днем и ночью жгли ее изнутри, но приходилось считаться с очевидным: если ее опасения беспочвенны, Львинолапа оскорбит ее недоверие к предводителю. Если же она окажется права, то только поставит молодого оруженосца в сложное положение, заставив делать выбор между верностью предводителю и их дружбой. Синегривка не имела права так много требовать от Львинолапа и не хотела причинять ему боль.