Выбор
Шрифт:
Опустив глаза, ковыряла флягу с водой, виновато прикусив губу, и только сейчас осознав импульсивность своего поступка.
— Пребывание на союзных территориях плохо на тебя влияет. А ну-ка пойдем, разомнемся. Совсем там раскисла в своем цветнике.
Я даже слова сказать не успела как оказалась на полосе, а потом на песке с оружием в руках против наставника. И меня немного отпустило. Узел внутри развязался и дышать стало гораздо легче. С каждым взмахом и знакомым окриком наставника. С каждым болевым ощущением в мышцах.
— Достаточно. Идем, — спустя
Перехватив мою руку, мужчина потянул к выходу и далее к знакомым домикам, где жили преподаватели. Я была здесь несколько раз, когда получала наказание, отрабатывать которое следовало уборкой в этих самых домиках. В том числе и в доме наставника.
Усадив в кресло, он принялся заваривать травяной напиток.
— Есть хочешь?
Покачала головой, но горячую чашку приняла с благодарностью, успев замерзнуть в непредназначенной для харделловской погоды кофте.
Подтолкнув ко мне вазочку с моим любым печеньем, наставник устроился напротив, кивнув на выпечку.
— Рассказывай, давай.
И я рассказала. Обо всем, начиная с того момента как по его совету шагнула в переход, ведущий на союзные территории.
Глава 45
Кажется столько всего случилось за эти полгода, а рассказ занял чуть меньше часа. Хотя некоторые вещи наставник уже знал, в письме писала, так что большую часть могла пропустить.
— Ты что боишься, что твой Искатель променяет тебя на другого Оруженосца? — как обычно уловив самую суть, слегка удивленно поинтересовался наставник, стоило мне смолкнуть.
Я не говорила ему о моих страхах, но наставник знает меня лучше, чем кто-либо и мою историю тоже.
Неопределенно пожав плечами, подогрела бытовым плетением напиток. Вкусный. С ягодами, как я люблю. Раньше наставник периодически угощал меня им.
— Мда, Алиса. Подзадержались твои девичьи капризы.
Непонимающе вскинув взгляд, нахмурилась.
— Говорю, никогда за тобой такого не было. Ни капризов, ни истерик, ни импульсивных срывов. Ты даже после праздничных тренировок так себя не вела никогда. А тут как по заказу.
Под праздничными тренировками наставник имеет ввиду его нестандартный и весьма сомнительный подход, типа прыжков с башни. Такие у нас хоть и были не чаще одного раза в месяц, но я помню каждую. В мелочах. И действительно никогда не плакала и не жаловалась. Да и некому было.
— Избаловали тебя твои ребятки.
Опустила взгляд, признавая его правоту.
— Я не хочу с другими тренироваться. У меня есть свой.
— Здесь я ничего не могу сказать, специфика твоего дара мне незнакома. Но мне казалось я смог научить тебя доверять своему наставнику. Я ведь не объяснял тебе перед каждым упражнением для чего оно.
— С вами итак все было ясно. А здесь я не понимаю, почему все упорно толкают меня к кому-то другому. Будто я и не нужна. Опять, — совсем тихо закончила, сжавшись.
Но наставник не смеялся. Откинулся на спинку кресла, сложив
— Ты сказала, что чувствуешь их. Верно?
Кивнула.
— И что?
— Мы редко открываемся полностью. Почти все время под щитами.
— Ты поэтому так не уверена стала в себе и в них?
— Не знаю. Наверно. Мне страшно, наставник. Я не хочу опять одна остаться. Не хочу чувствовать как когда-то здесь — пустоту, одиночество, ненужность.
— Алиса, твоя семья…
— Не нужно, я знаю о том что нер Рохан не мой настоящий отец. Даже отчасти понимаю его поведение. И братьев. Но другая моя часть всю жизнь хотела тепла, заботы, любви. Я только-только стала привыкать ко всему этому там. С ними. Я не хочу чтобы это закончилось.
— Вот мы и подошли к главному. С чего ты вообще решила что это должно закончиться? Почему считаешь, что они хотят отказаться от тебя?
— Потому что так всегда было. Все, кому я когда-то была нужна оставляли меня рано или поздно. Бабуля, Вы, даже отец! Все, кому я хоть немного небезразлична оставляют меня одну. А теперь Зар. Сначала говорит о моих отношениях с Миртом и Нормом, а затем передает на тренировках другим.
— Твоей бабушке следовало увезти тебя в Союзную империю и растить там. Ты не рождена для этих мест и суровое харделловское воспитание сломало тебя, Алиса. Ты все воспринимаешь через призму детских обид и лишений. Подсознательно всех равняешь под своего отца. И я сейчас не о том Искателе. Тебя нужно было воспитывать среди твоих сверстников, отдать в женский пансион и близко не подпускать к оружию.
— Я Оруженосец, наставник.
— Да? И много у вас тех, кто владеет боевыми искусствами и всеми видами оружия на уровне наемника? — изогнул бровь мужчина.
Он конечно прав. Как и всегда впрочем.
Шумно вздохнув, отодвинула пустую чашку, твердо взглянув наставнику в глаза.
— Знаете, что спасало меня здесь, в Харделле? Я никого не подпускала к себе. Кроме бабули. Не доверяла, и ничего не ждала соответственно. Не было и разочарований. А там… я доверилась.
— Ты хочешь довериться, Алиса. Но пока не доверяешь. В противном случае не реагировала бы так на их действия. Ты умом понимаешь, что уже пора. Вот они те, кто будут рядом, но твой вечный спутник — сомнения, мешают. В твоем случае может помочь подчинение. Наставнику и его видению развития твоего дара. Я помню Орсена. Пересекались пару раз. Ему есть чему тебя научить.
Кивнув, поднялась.
— Спасибо за все, наставник. Вы очень помогли.
Внимательно оценив мое состояние, мужчина встал. Проводил меня до перехода, и напомнил, что я всегда могу обратиться к нему при необходимости.
Улыбнувшись, обняла наставника, вновь крепко прижавшись к нему.
— Я была рада Вас видеть. До встречи.
В академию вернулась за десять минут до закрытия ворот. Хотя, полагаю, меня бы все равно пропустили, судя по собравшимся у перехода.
— Адептка Роуэн, потрудитесь объяснить где Вы были! — тут же с плохо сдерживаемой яростью накинулся ректор.