Выбор
Шрифт:
— Передам, — согласно киваю, огибая машину.
Алестер направляется в сторону кафе, я занимаю водительское кресло и ещё раз смотрю на Эмму, которая сжалась в уголочке, обернув колени руками. Это выглядит удручающе. Если бы я мог, то некоторых людей стёр с лица земли. К сожалению, мир не может существовать с чем-то одним. Всему есть противоположное: добро противостоит злу; день сменяет ночь; грусть граничит с радостью. И так во всём.
Не включаю музыку, выезжая на дорогу в тишине. Мне плевать на реакцию Картера или Рэна. Уверен, проблемы могут возникнуть только из-за первого, но ему лучше держать язык за зубами.
Когда паркую машину и хочу взять Эмму на руки, открываю дверь, натыкаясь на открытые карие глаза.
— Останешься сегодня у нас, — как можно мягче, говорю я.
Жду ответ, но она молчит. Девушка сползает с кресла и в том же молчании направляется в сторону входа, пока я в недоумении смотрю ей вслед. Никаких отказов, слёз, крика и срывов из-за того, что я знаю. Я не думал, что такое возможно. Скорей, гадал, сколько продлится спор.
Спешу за ней, и радуюсь, что в квартире стоит тишина. Не знаю, где носит Рэна, но и у него есть личная жизнь. Мы не пишем записки и не оставляем на холодильнике. Каждый из нас может уйти туда, куда захочет и настолько, насколько захочет. Ещё один плюс жизни без родителей, хотя, вряд ли меня кто-то удерживал дома, я возвращался по собственному желанию.
Эмма останавливается в пороге комнаты, когда открываю дверь. Она несколько секунд медлит, после чего делает один шаг.
— Что-нибудь принести?
Получаю отрицательное покачивание головой.
— Не хочешь разговаривать?
На этот раз, кивок положительный. Вздохнув, вытягиваю из комода футболку и протягиваю ей. Эмма коротко улыбается. Мне не нравится улыбка, которую получаю, но не в силах требовать другую. Я знаю, она не хотела, чтобы я видел и вмешивался, да и кто захочет?
Она безжизненно растягивает пуговицы на блузке, и я решаю, что на несколько минут лучше оставить её в одиночестве.
Эти несколько минут жду в коридоре. За дверью максимально тихо. Ни единого шума, зато открывается входная дверь и на пороге появляется Рэн. Его глаза находят меня, и брови парня сами по себе вопросительно поднимаются.
— У нас останется Эмма.
Рэн уже открывает рот, чтобы что-то сказать, то ли по поводу внешнего вида, то ли из-за Эммы, но я стучу по двери и обращаюсь к девушке.
— Всё?
— Да, — также тихо отзывается она.
Оставляю Рэна без ответов. Захожу в комнату и закрываю дверь.
Стоя напротив зеркала, Эмма смотрит на собственное отражение без каких-либо эмоций. Хочется прокашляться, чтобы унять засуху в горле, но не могу. Я не знаю, что она пытается увидеть, возможно, задаёт вопросы самой себе. Она остаётся бледной, без капли румянца на щеках и этот факт задевает за живое.
Кладу ладонь на талию и мягко сжимаю.
— Всё
Её пустой взгляд фокусируется на мне.
— Мы не будем об этом говорить, если не хочешь, — целую висок и стараюсь улыбнуться.
Что-то получается. Её взгляд теплеет. Тяну девушку к кровати и жестом предлагаю не стесняться. Эмма молчаливо соглашается. Она проскальзывает под одеяло, я же стягиваю остатки экипировки и заползаю следом. Перемещаюсь на ту сторону, что когда-то занимал, когда она пришла впервые, и опираюсь на изголовье кровати. К удивлению, она протягивает руку и сжимает мою ладонь. Делаю это в ответ, понимая, что поступил правильно, поехав вслед за ней. Я никогда не пожалею об этом, даже ценой новой команды.
Мы продолжаем молчать. Не знаю, о чём думает Эмма, но я перебираю варианты, как развеселить её, рисуя круги большим пальцем на тыльной стороне ладони девушки. В конечном счёте, прихожу к тому, что притягиваю её к себе и размещаю между ног. Вновь не получаю никаких реакций против. Она лишь ложится на грудь и закрывает глаза. Начинаю бестолково листать ленту и смотреть глупые видео. Спустя некоторое время, ко мне присоединяется Эмма. Она останавливает движения пальцем, открывая вкладки. Замечаю, что периодически на её губах играет улыбка. Ещё немного, и мы смеёмся над тем, что вряд ли может быть смешным.
— Это самое тупое видео, что я видел.
— Он смешной, — протестует Эмма, смахивая слёзы, но уже из-за смеха.
— Да, кот, который лежит и резко подскакивает, убегая на подушечках лап куда-то в сторону — это смешно.
— Ты смеялся.
— Ладно, было, — с улыбкой, соглашаюсь. Хотя, я преуменьшаю, потому что мы включали его несколько раз и каждый последующий смеялись ещё больше. В итоге, всё скатилось к тому, что Эмма плакала от смеха, а я несколько раз ударился затылком о стену, потому что тоже не мог смотреть на это спокойно. Полнейший бред.
Она поднимает голову и заглядывает в мои глаза. Я наконец-то могу полностью расслабиться, потому что в её взгляде появился тот желанный блеск, а на щеках — румянец.
Глава 20
Постель пустая, и это в один миг поднимает меня на ноги. Вряд ли всё было сном. Это понимаю, когда взгляд находит часть экипировки на полу. Одежда Эммы тоже остаётся лежать на комоде. Всё, кроме джинс, которые были на ней. Соскакиваю с кровати и спешу найти её.
Стоит только выйти за порог, и взгляд Картера находит меня. Он плотно сжимает челюсть, сидя на барном стуле, и напрягается. За ним нахожу Рэна, который старается оставаться спокойным. Следом появляется Эмма. Она отслеживает траекторию взглядов парней и находит меня. На ней та же футболка, что дал вчера, но под низом джинсы, и я безумно этому рад. Она сделала правильный выбор, когда надела их перед тем, как выйти из комнаты. Дело не в том, что подумает Рэн или Картер, я чувствую ревность. Последнее, чего хочется: чтобы они видели её почти обнаженной. Да, футболка закрывает всё, что необходимо, но она сидит на ней довольно провокационно, а в нашей квартире атмосфера накалена и без этого. У Эммы длинные и стройные ноги, благодаря футболке и солнечному свету, что проникает в гостиную, ткань кажется прозрачной внизу. Её нижнее белье кто-то из них увидит только через мой труп.