Выбор
Шрифт:
Мысли его перескочили на картины гражданской войны в Украине. Да, он был тогда на Украине. Это было уже немного после того, как Кол Малюта удрал оттуда. Собственно, он тогда не только не был знаком с Колом, но даже и не подозревал о его существовании…
…Он получил задание — руководить экспедицией по спасению нескольких волонтеров — шести добровольцев, которые были направлены Американским Корпусом Мира в центральные области Украины для преподавания английского языка в средних школах.
Двух из них он нашел уже убитыми в Виннице — небольшом городке
— Они просто хотели спасти детей. — медленно, как бы с трудом произнося слова, рассказывал ему директор. — Наша школа считалась — да, собственно, так оно и было, — ПРЕСТИЖНОЙ: в ней учились дети, родители которых имели деньги, чтобы оплатить работу учителей повышенной квалификации. А учителя к нам шли — ведь в государственных школах зарплату им не платили уже почти год…
— И вот врывается в нашу школу озверелая толпа… — директор говорил тусклым, ничего не выражающим голосом. Но, заглянув в его глаза, Риббок увидел настолько большое горе, что с трудом смог не отвести взгляд. — Детей били палками, железными прутами… И все норовили по голове, по голове. Кричали — «Ну как, сильно умные?!»…
Директор как-то неловко взвыл на последний словах, всхлипнул, не сумев сдержаться. Видно было, что он рассказывал это много раз, — но все никак не может привыкнуть и переживает все это заново.
— Насиловали девочек, а потом били их по животу… Учителя разбежались, а кого поймали — заставляли есть учебники, вырезали язык… И насиловали, насиловали… Коллектив у нас был, как и во всех школах, преимущественно женский… А нападающие были в основном молодые хлопцы, — мне сейчас даже кажется, что и напали они на школу «просто так», чтобы «немножко побузить» — но, не встретив отпора, озверели… А ваши волонтеры закрылись в одном из классов со своими учениками и пытались удержать двери… Куда там! Продержаться им удалось не более чем 10 минут… А потом их били… Как их потом били…
Директор снова всхлипнул.
— А я спасся просто чудом… Они не заметили мой кабинет — он в самом углу, такая узенькая дверь… А я звонил и звонил всем родителям — телефон-то еще работал. Сотовые станции тогда разгромили еще не все… Зверство это продолжалось всего-то минут 15–20. Потом приехали родители. Уже давно те, кто имел деньги, собирали оружие «просто на всякий случай» — как они говорили. Вот они и приехали с автоматами… Когда они увидели, что их тут поджидало, когда они увидели своих детей, — а многие увидели лишь только то, что от них осталось, — заговорили автоматы… А некоторые имели даже и гранаты… Убежать смогло всего лишь несколько нападавших… Правда, и от школы ничего не осталось…
— Ну и зачем же они здесь оставались?! — буквально вскричал он. — Ведь спокойно могли бы уехать! Сколько раз я сам говорил им это…
Риббок еще долго глядел потом из удаляющейся машины на директора, стоящего прямо посреди дороги, пока того не закрыли развалины пятиэтажного
А трупы обоих волонтеров были отправлены в сопровождении трех автоматчиков из его спецгруппы на автомобиле в Киев, где в посольстве США был организован сборный пункт. В распоряжении Риббока оставалось всего 7 человек. Лейтенанта Столберга — его в сопровождении трех автоматчиков из состава спецгруппы он отправил на двух машинах в Бар за одним волонтером, преподававшим там в техникуме, готовящем учителей начальных классво. Бар был небольшим городком, расположенным километрах в 70 от Винницы. Вроде бы и недалеко — но больше ни о самом Столберге, ни о ком-то из его группы он никогда не слышал…
Сам же он — тоже в сопровождении оставшихся трех автоматчиков — поехал в Хмельник, где работало сразу три волонтера. Хмельник был небольшим городком, километрах в 60 от Винницы.
…В Хмельник они въезжали очень осторожно: их осталось всего трое — и притом всего на одном автомобиле. Сержанта Маунри они потеряли, когда прорывались через одно из небольших сел, где, как оказалось, разместилась на постой какая-то местная банда. Огонь по ним открыли без предупреждения, и притом сразу из нескольких гранатометов, — так что рядовой Кроссби еле успел выскочить из объятой огнем машины. А Маунри был за рулем — и умер сразу…
…Они долго кружили по городу, пытаясь разыскать волонтеров. Им повезло: на городок еще ни разу не нападали рыщущие вокруг банды, и он был достаточно многолюден. И люди — пока еще ненапуганные…
Им страшно повезло: их направили к небольшому домику у реки, — и волонтеры действительно оказались там!
Риббок уже надеялся на то, что везение будет продолжаться и дальше, как неподалеку у реки послышались выстрелы. Они быстро посадили волонтеров в автомобиль, сели в него сами — но выезды из города были уже перекрыты.
Их спасло то, что волонтеры подсказали, что можно спрятаться в старинной башне, оставшейся в городе еще с раннего средневековья. Башня действительно была редкостной: ее строили турки еще в ХV веке, когда Хмельник на 70 лет оказался под турецкой оккупацией.
башня оказалась в отличном — с точки зрения военных, конечно — состоянии. Они укрепили взломанную ими же дверь, — а стены, казалось, могли выдержать даже артиллерийский обстрел. Они его и выдержали — когда башню обстреляли из гранатометов.
Нападающих они не интересовали — их вообще ничего не интересовало, кроме съестного и одежды. Да еще — помародерствовать всласть. Риббок заметил также, что некоторое количество нападающих будто рыскает по городу в поисках кого-то.
— Что они ищут? — спросил он старика, — хозяина дома, у которых укрывались волонтеры: они взяли его в башню с собой.
— Они выискивают местных бюрократов. — ответил тот.
— Кто это такие?
— Да это просто те, кто работал в горисполкоме, налоговой полиции, райсовете, был директором пищепромкомбината… Да мало ли кто — лишь бы был НАЧАЛЬНИКОМ.