Выбор
Шрифт:
За свою долгую жизнь она смертельно устала от суеты Больших Городов. Устала от постоянно тревожившего ее чувства опасности, когда окружающие так и стремятся вмешаться в твои дела. Устала от постоянного «духа соревновательности», который прямо-таки физически ощутимо витает среди жителей большого города. Устала от вечно орущих орд молодежи, которыми заполнены улицы Большого Города. Устала от того, что все время нужно кому-то что-то доказывать, нужно с кем-то все время спорить. Устала от того, что постоянно нужно было куда-то спешить, что постоянно, всю жизнь, ты куда-то опаздываешь.
В Парадайзхолле она нашла все, что хотела. Она нашла все то, к чему стремилась ее душа. И вот это как раз и поняли местные жители! И как раз по этой причине миссис Маргарет Стоун была что называется ПРИНЯТА в местное общество — то общество, которое десятилетиями может считать «недостойного» человека ЗА ЧУЖОГО…
…А вот сейчас проедет на патрульной машине Курт Смитсон.
— Интересно, остановится ли он сегодня выпить со мной чашечку чая со льдом? — негромко спросила саму себя миссис Стоун.
— Здравствуйте, миссис Стоун! Какой жаркий день? И как Вы только выносите такую жару?! Не угостите ли чашечкой Вашего знаменитого чая со льдом?
Заглянул. Вот и хорошо! Можно скоротать несколько минут за приятным разговором!
— Здравствуйте, Курт! Как хорошо, что Вы заглянули! Как там Мери, как детишки?
— Спасибо, миссис Стоун! Мери затеяла большую стирку — с утра возится. Полли еще в школе, — она опять на полчаса два раза в неделю остается после уроков. Говорит, что школьный воздух помогает ей учить английский! Но я думаю, что она хочет опять получить первую премию на школьной олимпиаде! Ей так понравилось выступать перед нами!
— О! Полли у Вас очень умная девочка! И настоящая актриса! Я хорошо помню, как она читала нам Лонгфелло на прошлое Рождество! А с каким чувством она прочитала тот отрывок из «Хижины дяди Тома» на День Благодарения! Мы с миссис Черси даже плакали! И сейчас она, наверное, собирается преподнести нам всем незабываемый подарок!
— Да, Полли будет великой драматической актрисой! Она бы оставалась в школе подольше, — но учительница не рекомендует. Говорит — ребенку нужно гулять.
— Что ж, это правильно! Мисс Дробстон очень строгая учительница. Строгая и справедливая. Вот уж будет кому-то примерная жена! Она, я заметила начала встречаться с молодым Вислоу?
— Да! Наконец-то! Кажется, у них серьезные намерения. Аксли Бирман мне говорил, что миссис Коул говорила ему, что миссис Тодд видела их вместе, прогуливающимися под ручку в парке, — знаете, в том, что возле Уошито. Ходили они себе по бережку, и молчали.
— Ну, тогда скоро быть свадьбе! Уж если девушка ходит с парнем под ручку, да еще и молчит при этом, — точно к свадьбе!
— Ну и слава Богу! Пусть им будет счастье!.. Ну что ж, спасибо за чай, миссис Стоун!
— Как, Вы уже уходите?
— Служба, миссис Стоун! Надо ехать дальше.
— Ну хорошо! Так я жду вас в среду к пирогу!
— Обязательно, миссис Стоун! Моя Джесси уже три раза спрашивала — когда же мы пойдем к миссис Стоун? У нее такой вкусный пирог! Вот малышня! Да и то сказать: о чем
Стукнула дверка автомобиля, и сержант Курт Смитсон поехал дальше…
— Так, уже скоро четыре часа пополудни. Значит сейчас старый Клич пойдет в магазин за бутылкой пива, — и на обратной пути, конечно же, завернет немножко поболтать. — миссис Маргарет Стоун любила комментировать для себя события, которые уже давно незыблемо вошли в ежедневный и неизменный распорядок ее жизни.
День катился к вечеру. Над Парадайзхоллом, будто оправдывая его название («Райский уголок») царило спокойствие и размеренность.
Это была настоящая Америка с ее настоящим АМЕРИКАНСКИМ ДУХОМ. Ради того, чтобы жить в таком месте, большая часть американцев готова десятилетиями тяжело трудиться… Они знают, что эта тихая пристань их обязательно дождется…
Морис Бар сидел в бистро уже четвертый час. Он считался среди своих коллег по группе «Си» второго управления контрразведки «удачливым малым» Удачливым во всем, — от работы и до девочек. Особенно до девочек! И что такое в нем было?! Худой, сутулый, с морщинистым лицом (и это в его-то неполные 30 лет!), с вечно всклокоченными волосами. И однако ж, каких только красавиц он не заволакивал в свою постель! Вот и сейчас, стоит подумать о Жаклин, как…
На лице Мориса Бара никогда ничего нельзя было разобрать. Поэтому многие — даже те, которые работали вместе с ним многие годы — были бы чрезвычайно удивлены, если бы могли узнать, что Морис ведет с самим собой постоянный внутренний разговор. Вот и сейчас, по привычке, он разговаривал.
«Но об этом потом. А сейчас, похоже, придется побегать.
Из дома — наискосок, через площадь, быстро вышел молодой человек — по виду типичный француз лет 35 — и сел на мотоцикл. Что ж, пока он заведется, я смогу не спеша дойти до своего мотороллера. Почему я так уверен этом? Ну, хорош бы я был, если бы за это время не вывернул ему свечу! Немного, буквально на восьмушку оборота. Однако ж теперь у меня есть время.
Удачливость, удачливость… Надоели мне до чертиков такие разговоры. А как надоела мне вся эта зависть! Все достигается большим трудом. Вот и за Жаклин пришлось побегать! Да еще как! И нипочем она бы не согласилась, если бы…
Все, завел, наконец! И долго же ты возился, дурашка. Так недолго и всю задницу отсидеть на моем неудобном сидении. И дернул же меня черт взять такой мотороллер — все сидение продавлено… А говорят удачливость, удачливость… Да посадить бы их на такое сидение…
И куда же мы поедем?
Ага, вот тебе куда надо. Ну что ж, ты давай по центральным, а мы — боковушками, проулочками. Нам гоняться за тобой по центральным улицам — только зазря себя подставлять. Нет, мы все уж лучше проулочками… Чтобы нас и не заметили. Тем более, что сегодня, — я прослеживать буду лишь только последнюю четверть твоего маршрута. Так я думаю, конечно, потому что уже, кажется, даже знаю, куда это ты ездишь. Надеюсь что знаю, конечно… Редко ты по нему ездишь, редко. Не более чем два раза в неделю. И уж как-то очень осторожно. К чему это?…