Выбор завоевателя
Шрифт:
— «Не теряйте мужества, верховный главнокомандующий, — пришел насмешливый ответ оратора. — Сейчас вам нужна ясная голова».
Прим-джевев яростно выбросил язык. Если это все же «Цирцея», то встреча с ней произойдет в самое неподходящее время. Его флот наполовину выведен из строя. И, что хуже всего, эту встречу подготовили не джирриш, а человеки-завоеватели.
Но разве он может отдать приказ к отступлению? Тем более что ни один из старейших, которые будут судить его действия, ничего не знает о «Цирцее»?
Появился связник.
— «Верховный главнокомандующий
Прим-джевев почувствовал, как его зрачки сужаются от удивления. Что это значит?
И тут он понял. Высший следит за ситуацией, он догадался обо всех опасениях и подозрениях Прим-джевева. И, приказывая Прим-джевеву отступать в час кажущейся победы, он берет на себя ответственность и политические последствия этого странного для большинства джирриш поражения.
На дисплее телескопа последний из тяжелых бомбардировщиков превратился в пар… и с ним испарилась последняя причина, по которой флот джирриш мог продолжать эту битву.
— Повинуюсь, Высший, — ответил Прим-джевев. Глубоко вздохнув, он поднял взгляд на теснившихся перед ним старейших. — Верховный главнокомандующий Прим-джевев — всем кораблям, — сказал он. — Прекратить атаку и отступить.
Экипажи лазерных бомбардировщиков заметили, конечно же, приближение «Ворона». Но в этой ситуации они уже ничего поделать не могли. В ближнем бою слабый проблеск целеуказателя, предшествующий лазерному выстрелу, был ясно виден, и даже с одним двигателем Квинн легко уходил от вражеского огня. Его 55-миллиметровая пушка и три оставшиеся ракеты покончили с бомбардировщиками в считанные секунды.
Покружив вокруг роя обломков, он снова направил «Ворона» вверх…
И увидел, что все кончено.
Он с недоверием смотрел в космос. «Трафальгар», изрядно побитый, все же сохранил боеспособность. Флот — по крайней мере, то, что от него осталось, — тоже был на месте. На месте были и два «Защитника», короны их двигателей теперь были направлены в другую сторону — корабли тормозили.
Но джирриш повернули прочь, уходили от планеты. Вот они уже достигли точки перехода и исчезли.
— Какого черта? — произнес Бокамба, удивленный не менее Квинна.
— Не знаю, — сказал Квинн. — Они просто ушли.
— Но ведь они одолевали! — возразил Бокамба.
— Знаю.
— Ладно, пусть Монтгомери разбирается. Пошли, заберем Фантазерку и Плутовку.
— Верно. — Квинн развернул «Ворона», выискивая истребитель с женским экипажем.
Он казался всего лишь пятном, его очертания смазывались из-за турбулентности потревоженной им атмосферы. Как гладкий металлический метеор, он падал навстречу яркой огненной смерти.
Квинн запустил двигатель на полную мощность, ощутив внезапную волну вины, исходящей от Бокамбы. Их вдавило в спинки кресел. Поток тепла прошел по груди и лицу Квинна; становилось все горячее — трение о воздух опасно разогревало и так уже пострадавшую обшивку «Ворона». Он чувствовал, как за его спиной Бокамба отчаянно форсирует
Внезапно пламя маневровых дюз вспыхнуло рядом с женским «Вороном». Подобный тени корабль, видимый лишь по турбулентности окутывавшего его воздуха, быстро шел к подбитому истребителю.
— Это невидимый для датчиков корабль. — Бокамба заметно расслабился. — Возможно, один из дозорных «Трафальгара».
Квинн затаил дыхание, не обращая внимания на обжигающий жар. Корабль уже почти рядом с истребителем… две турбулентности перемешались… Внезапно темное пятно метнулось прочь — корабль устремился в космос с пристыкованным к нему «Вороном».
— Я догадался, — вслух сказал Квинн, сбавив газ и отвернув нос «Ворона» от планеты. Битва закончилась, а с ней и необходимость оставаться на уровне X. Он вышел из мыслесвязи.
Также внезапно, как появились, исчезли яркие цвета и резкие запахи. И он уже не чувствовал присутствия чужих сознаний. Он снова был одинок посреди огромной Вселенной, которая вновь стала безразличной, темной и опасной.
Вселенная, которая забрала нескольких его друзей и братьев по оружию. Навсегда.
И в безмолвии, с пустотой в душе, со слезами на глазах, он развернул «Ворона» и пошел следом за спасательным кораблем через черный космос к потрепанному флоту. Ему хотелось умереть…
Зубодробительный скрежет металла по металлу прекратился, послышалось далекое клацанье — это закрылся передний грузовой люк.
— На месте, — крикнул Чо Мин.
— Отлично. — Дэчко добавил мощности двигателям, и «Случайность» вышла в космос. — Ну вот, Кавано. Вы довольны?
— Да, — пробормотал Арик. — Спасибо.
Дэчко пожал плечами:
— Я никогда не говорил, что не стану помогать. Просто не хотелось без достаточно веской причины превратиться в пар.
Арик улыбнулся:
— Могу вас понять.
— Что ж, идем на «Трафальгар», — решил Дэчко. — Надо вернуть им поврежденное имущество. И, подозреваю, нам предстоит долгий разговор с коммодором Монтгомери.
Глава 21
По мере того как Низз-унаж описывал сражение, мех Валлойттайи постепенно вставал дыбом. Исследователя это и беспокоило, и забавляло одновременно. Но тут шерсть мрашанца внезапно снова прилегла к коже.
— Итак, вы хотите сказать, что подвели нас, — сказал мрашанец.
— Мне жаль, — машинально ответил Низз-унаж прежде, чем успел сообразить: ему не нужно оправдываться перед мрашанцем. Если и должен он извиняться и объясняться, то перед другими. — Но если тут и есть вина, то ее, я уверен, поровну разделяем мы с вами.
Валлойттайя как будто сжался.
— К чему обвинения? — сказал он голосом, полным страха и горя. — Мы призвали на помощь джирриш, и они не помогли… И теперь мрашанцам грозит уничтожение от рук наших врагов.
— Этого не будет, — вступил в разговор Джилл-боржив, подчеркивая свои слова взмахами языка. — Мы не позволим.