Выбор воина
Шрифт:
Ольбарду достаточно было одного взгляда на них, чтобы понять: это не случайная встреча. Погоня! Почему-то вспомнился тот драккар, что преследовал «Медведя» еще в проливах. Не те же ли самые даны? «Те же!» – сказало сердце.
Сашка с «Медведя» тоже увидел паруса. И в этот же миг на мачту идущего впереди «Тура» взлетел червленый щит. «Враги!»
– К бою! – крикнул Савинов. – Рысенок, Позвизд! Готовьте пороки! Стрелкам – на корму!
Вражеская эскадра подходила с левых курсовых углов, уверенно пересекая дорогу русам. Драккары летели как на крыльях. Вот
До вражеских кораблей было еще далеко – не меньше восьми кабельтовых. Савинов, застегивая подбородочный ремень шлема, посмотрел на «Змиулан» и увидел, что Ольбард тоже поворачивает вправо. Не так круто, как враги, но все же… Что он задумал? Оторваться от преследования не удастся. Драккары быстроходнее лодей. «Змиулан» и «Тур», построенные как шнеккеры, еще могли бы оторваться. Остальные – вряд ли! А уж «Медведя» викинги точно прихватят…
«Змиулан» все больше уклонялся вправо. Русская эскадра шла за ним, вытянувшись длинной кильватерной колонной. Вражеские корабли сокращали дистанцию. От «Медведя» до самого ближнего из них уже не оставалось и пяти кабельтовых. Савинов с надеждой посмотрел на стремительно надвигающуюся стену туч. «Может, если начнется шторм, они отвяжутся от нас?» Стоявший рядом Ратимир будто прочел его мысли:
– Это даны, – сказал он, – они от нас не отстанут!
Синеус оказался умен. Ярл смотрел, как тот уводит в сторону свои корабли. «Надеется на шторм? Что ж, в его положении я и сам потянул бы время!» Он поглядел на небо, которое стремительно затягивала серая хмарь, за которой по пятам следовали тяжелые, набрякшие грозой тучи. «Как некстати! Но венд зря надеется! Мы успеем добраться до него раньше бури!»
Ближайший из вендских кораблей вдруг чуть довернул влево. Ярл тут же узнал приметный парус с медведем. «Этого надо бить первым!»
– Приготовиться! – Ярл положил руку на плечо кормчего.
Вовремя! Над бортом вражеского корабля что-то мелькнуло. Кормчий быстро переложил рулевое весло. У правой скулы драккара взлетел фонтан воды. Ярл довольно оскалился.
– Вперед!
Ольбард видел, как ладья Медведковича вышла из линии и обстреляла из камнеметов головной драккар данов. Князь понял, что Александр разгадал его замысел и собирается оттянуть врагов на себя. Добро! Ольбард скомандовал разворот.
– Ветер! Рысенок, поправку на ветер! – Савинов с поднятой рукой напряженно застыл на корме «Медведя». Вражеские корабли с трех сторон приближались к лодье. «Какая-то пара кабельтовых…» – Бей!!!
Пороки разом выплюнули ядра. Наводчики закрутили вороты, вновь приводя машины в боевое положение. Они были уверены, что не промахнулись. Точно! Один из драккаров, тот, что заходил с левого курсового угла, получил сразу два попадания. Первый выстрел сбил мачту, второй проломил борт рядом с носовой фигурой. Но викинги не растерялись: сбросили мачту за борт, поставили весла и упрямо поперли вперед. Какой-то отчаянный вояка свесился с борта и, рискуя свалиться под
– Вот черти! – Сашка зло сплюнул.
Еще раз выстрелили пороки. Перед самым носом поврежденного драккара взлетел водяной столб. Наводчик, похоже, пытался попасть в того смельчака с пластырем.
– Рысенок! Отставить! Это тебе не лук! Бей в борта!
Второй выстрел удался на славу. Камень поразил гребцов. С близкого уже драккара послышались вопли, и несколько весел бессильно повисли. Но это почти ничего не меняло. Еще три датских корабля приближались к «Медведю», и стрелы с них, пущенные по ветру, стали достигать цели.
– К бортам! Щиты сбей! – скомандовал Савинов и оглянулся. Русские лодьи развернулись и неслись на выручку.
«Ай да князь! Вот успеет ли? Что ж, попробуем потянуть резину», – подумал Сашка и приказал Ратимиру:
– Лево на борт!
– Проклятье! – Ярл увидел, как выстрелы вендов раз за разом накрывают драккар Гудмунда. – Вам все равно не уйти!
Вражеский кормчий, видимо, считал по-другому, потому что начал разворачивать свой корабль прочь. Ярл указал на него мечом:
– С этого корыта в плен не брать!
– Ярл! – крикнул кто-то из воинов. – Венды возвращаются!
«Змиулан» стремительно вспарывал носом склон водяной горы. Яркий парус с солнечным знаком полнился ветром. Ольбард во всеоружии стоял у борта и смотрел вперед – туда, где солнце врывалось в прорехи истрепанных ветром туч. И оттуда, где его яростный свет встречался с волнами в брызгах сверкающих бликов, летели навстречу варяжским лодьям полосатые паруса данов.
Там впереди лодья Медведковича притянула к себе аж четыре вражеских драккара, и против шести кораблей Ольбарда оставалось шесть датских. Вровень!
Князь видел, что Александр, выполнив свою задачу, старается увести свой корабль из-под удара. Но ему не успеть. Враги уже рядом и вот-вот начнут бросать крючья. Ольбард подозвал одного из воинов.
– Подайте знак: пусть «Пардус» идет на выручку «Медведю»!
«Пусть будет пять против шести…»
Даны вломились на палубу «Медведя» ревущим, железным потоком. Впереди – здоровенный детина в тяжелой, пластинчатой броне. Вождь! Сашкина дружина, сбив щиты, ударила навстречу, отшвырнув врагов обратно, и прижала их к борту.
– Бей! Бей! Бей!
Грохот щитов, лязг, кровавое солнце в клинках мечей. Крики боли и гнева, звон оружия, – все смешалось. Силы пока равны, но уже на подходе второй драккар. Рысенок и Ласка – на корме. Их луки изрыгают железный дождь. Чешуя щитов на приближающемся корабле щербится прорехами, зарастает и щербится вновь… Приторный запах смерти смешался с морской солью. Воины, оскальзываясь в крови, топчут кренящуюся палубу. Бей!
Сашка врывается в схватку. Клинки его мечей отражают последний солнечный луч. Тучи сомкнулись! Удар-отбив-удар! Тело врага валится под ноги. Опасность слева! Клинки быстрее мысли. Отбив-отбив-удар! Еще один труп! Дави их! Спину обдает холодом. Прыжок в сторону, разворот! Ба! Тот самый, в пластинчатой броне! Удар-удар-удар! С хряском ломается вражеский клинок…