Выбор ведьмы

Белый Ирис

– Нет.
– шепчу я, однако, даже не пытаясь сопротивляться, а наоборот помогая ему. Я знаю, что надо остановить его. Что нельзя делать это тут, но я не могу остановиться. Я хочу этого. Хочу его. Устала ждать пока он, наконец, это сделает. Мы слишком долго к этому шли. Недели боев и я хочу знать, чем все кончается.

Его рука, опускающаяся вниз по внутренней стороне бедра и накрывающая мои губки. Мой тихий стон, когда он находит клитор. Легкая ласка, вызывающая непроизвольное движение бедер и новый стон удовольствия. А затем он уже на мне.

Больно. Пытаюсь вырваться.

– Нет, не шевелись.
– шепчет еле

слышно, а мне кажется, что он рвет меня изнутри.

– Больно!

– Знаю, потерпи.

И вот он замирает, а у меня ощущение, что этот член дошел до самого сердца. Тяжело дышать, больно, слезы на глазах.

Он же следит за моим лицом как ястреб. Кажется, будто ждет чего-то. Постепенно становится легче, и будто зная это, он снова начинает двигаться. Снова боль, но я терплю, прекрасно понимая, что иначе никак. Если он не закончит этих парней будет куда больше, и каждый захочет сделать это. Я просто не выдержу, поэтому надо держаться сейчас. Лучше он, чем любой из них.

Затем парень замирает, я чувствую поток его семени, а его тело придавливает меня собой. Хочется скинуть его, но я лежу не шевелясь.

И что теперь? Отдала самое ценное, что было у меня. А дальше что? Как жить?

Глава 12

Минут через пять он встал и начал одеваться.

– Одевайся, нам надо выйти. Ты для первого раза хорошо справилась. В другой раз будет приятнее.

– Другого раза не будет.
– отвечаю я, трясущимися руками застегивая джинсы и глядя на пятно на зеленом покрывале. Моя кровь. Невинность, отданная мужчине, который даже не понял, как много он взял и в каком священном месте для меня он это сделал.

Он подходит ко мне и заставляет посмотреть себе в глаза.

– Будет, когда ты придешь в себя, а теперь одевайся и пошли!
– вкрадчиво говорит он, нежно поглаживая меня по щеке, отчего мурашки пошли по моей спине, а дыхание сбилось и я поняла, что он прав.

– Как же я тебя ненавижу.
– шепчу еле сдерживая желание разрыдаться - Ты буквально изнасиловал меня, а теперь еще смеешь говорить о продолжении!

– Разве?
– этим единственным словом и поднятой вопросительно бровью он перевернул мой мир и заставил чувствовать себя последней шлюхой. А ведь он прав. Я сама отдалась ему. Позволила и даже сначала наслаждалась этим. Отвожу взгляд и хватаю полуразорванную блузку.

А через три минуты, выходя из этой комнаты, я снова увидела пятно в центре кровати и осознаю, что уже не смогу войти в эту комнату, ставшую для меня свидетелем моего позора.

Но и это было не всем, что мне уготовил этот день. Люк останавливает меня на лестнице и велит:

– Сними трусики и отдай мне.

– Зачем? А в чем я пойду?
– ужасаюсь я.

– Делай что говорю! Или ты хочешь пустить их в спальню?

Покраснев и ненавидя весь мир, подчиняюсь. На трусиках появилась кровь - свидетельство моей потери. Он взял трусики и пошел дальше. Я за ним. Едва мы вышли на улицу, нас окружили ребята и тут же мои трусики стали передаваться из рук в руки.

Как же стыдно мне было в этот миг. Как хотелось умереть. Они держали мое белье, разглядывали кровь, смеялись, а мне оставалось только стоять рядом с Люком, который умудрился меня обнять, и делать вид, что так и надо!

– Это не доказательство!
– зло засверкала глазами Сандра, хотя уже и сама не сомневалась, что проиграла.
–

Пусть снимет штаны.

Я с ужасом посмотрела на Люка.

"Только не это, прошу! Не унижай меня так!"

Ответом мне было:

– Нет! Вы получили желаемое!
– его голос был тих и при этом он оглядывал всех, отчего ребята съеживались и отступали - Дальше кина не будет! Если не заметили - она еле на ногах стоит! Я забираю ее домой, и любой, кто попытается меня остановить - умрет.

Я не видела его глаз, но ребята расступились, а Люк повел меня прочь. Как мы добрались до дома, я не знаю. Едва оказавшись вне зоны видимости, как у меня потемнело в глазах, и я потеряла сознание. То ли стресс последних месяцев, то ли еще что, но я просто не смогла удержаться в реальности. Мне нужен был отдых, и он пришел ко мне в виде отключки. Очнулась я уже в своей кровати поздней ночью, вымытая и укутанная в одеяло. А вспомнив все, что произошло, разрыдалась и решила, что из комнаты больше не выйду и пусть он рвет связь, если хочет, но не позволю больше унижать меня! Утром кто только не заглядывал. Укрывшись под мнимой защитой одеяла, моя персона лежала с закрытыми глазами, делая вид, что сплю, и не реагировала ни на какие слова. И так было до тех пор, пока не зашел он.

– Открой глаза!
– подчиняюсь, решив, что все равно надо будет ему все сказать.
– Встань!

– Нет!
– с трудом удерживаю себя в лежащем положении, при этом вцепившись в кровать пальцами. Наши воли схлестнулись. И впервые, наверное, из-за стресса он проиграл.
– Никогда больше! Ни за что! Можешь разорвать свою связь и убить меня, но я больше не выйду из этой комнаты и не позволю себя унижать!

Внимательный взгляд и он садится на корточки, из-за чего наши глаза оказываются на одном уровне.

– И ты готова так просто сдаться?
– голос усталый, а во взгляде что-то похожее на отчаянье.
– Неужели ты не понимаешь, что оставаясь в этой комнате, ты признаешь, что они правы, и ты не заслуживаешь иного обращения?

– Мне плевать на них! Я устала и так больше не могу! Я не хочу больше видеть вас всех!
– у меня начинается истерика.

– Знаю!
– и это слово заставляет меня замереть - Но ты не единственная Мэвл и есть те, кому хуже! Неужели ты их бросишь?

– А какая тебе разница? Я что, мало отдала за то чтобы им помочь? И что получила взамен? Ничего! Только тычки и синяки?
– закричала в отчаянье - Каждый раз, когда я пытаюсь что-то изменить, это кончается волной насилия! В прошлый раз заплатили они, а вчера я!

– И ты спустишь этим тварям все это?
– закричал вдруг он, и я впервые увидела его истинное отношение к другим хозяевам. Всю его ненависть и омерзение. Но там было что-то еще. Но увы я не успела понять что это было.
– Давай, останься тут и все, что они делают, будет оправдано или встань, оденься и пойдем со мной, и пусть они сами испытывают стыд за свое вчерашнее поведение.

– А им разве не все равно!

– Нет, моя дорогая, не все равно! И от того, появишься ты сегодня или нет, будет зависеть как дальше к тебе будут относиться! Как к вещи, которую можно как хочешь использовать или как к хрустальной статуэтке на камине, сдувая пылинки и следя чтобы не попала в руки к детям!
– он помолчал, давая мне время обдумать его слова, а потом приказал - А теперь встала и начала одеваться!