Выбор Шатеры
Шрифт:
Растерянно смотрю на брата в поисках защиты и поддержки, но, похоже, эти двое сегодня спелись.
— И не смотри на меня так! — рявкает Анигай. — Я с альтаирцем полностью согласен. Лично в следующий раз твою дурную башку ему топить помогу.
От обиды и пережитого нервы окончательно сдают. Губы предательски трясутся. Чем сильнее я пытаюсь взять под контроль расшалившиеся эмоции, тем хуже у меня получается. На глаза наворачиваются слезы. Нет! Ну это уже ни в какие ворота не лезет! Только разреветься перед всеми и не хватало! На мое счастье, внимание рассерженного Анигая переключается на Мэд.
— А ты, курица общипанная, куда
— Это я-то не позвала?! — возмущению подруги нет предела. — Да я тут же кричать начала, как она под воду пошла! Да если бы не я…
— Если бы не ты, кошка драная, она бы вообще в озере не оказалась. Готов спорить — это ты ее подбила туда полезть! Ты же без горячей ванны и дня прожить не можешь!
— А она может?! Да ты… Да ты… Драг обрезанный! Вот ты кто! — Разъяренная обиженная шатера переходит на визг. — Видела я тебя в одном месте! Да кто ты такой, чтобы мне претензии предъявлять?!
— Вот брошу тебя здесь на растерзание обрезанным драгам, и узнаешь тогда, кто я такой…
Пока они самозабвенно орут друг на друга, Дерек, поняв, что опасность миновала, решает заняться общественно-полезным делом — разведением костра. Замечаю на траве связку дичи. Видимо, у толстяка-землянина скандал скандалом, а завтрак по расписанию.
Все еще злой, как стая драгов, Эван садится под дерево рядом со мной.
— Не смей никогда больше так меня пугать, — тихо произносит он.
Так мы и сидим, молча наблюдая за тем, как Анигай с Мэд ругаются друг с другом, а Дерек неуклюже общипывает какую-то лесную птицу. К моему облегчению, постепенно ком откатывает от горла. Слезы отступают. Наши плечи с Эваном соприкасаются. Такое знакомое и родное тепло его тела невольно успокаивает меня. Закрываю глаза. Это так странно: прошло столько лет, а я будто и сейчас вижу: мы с мальчишкой-альтаирцем вот так же сидим плечом к плечу за церковью, на поляне, поросшей за лето разноцветным душистым ковром полевых цветов, семена которых привез с Земли священник.
Незабудки. Да. Кажется, они так назывались.
И болтаем. Весело. Беззаботно. Обо всем на свете.
Какими же мы были все-таки счастливыми в том забытом Богом и Отаром промозглом Катаре.
— Я слышала в озере голоса, — признаюсь я. — Мужчина и женщина. Они ругались. Он обвинял ее в предательстве, а она… В каком-то убийстве. Я толком не разобрала. Не понимаю… Зачем озеро дало мне услышать все это?..
Эван оборачивается. Чувствую его не на шутку обеспокоенный взгляд.
Надо же! Похоже, надменному альтаирцу, в которого превратился мой друг детства, все же не наплевать на меня.
— Думаю, это могли быть слуховые галлюцинации. Такое бывает, когда человеку не хватает кислорода…
— А мне их голоса почему-то напомнили отголоски… Только я их слышала будто через воду.
Наш разговор прерывает Дерек. Толстяк уже развел довольно большой костер, на котором ловко жарит на самодельном вертеле дичь.
— Эй вы, двое! Чего на земле мокрые сидите? Идите лучше к костру сушиться. А то с простудой свалитесь. Нам по этому долбаному лесу еще пилить и пилить.
До меня запоздало доходит, что Эван, как и я, мокрый насквозь. И это при его слабом здоровье! Я-то хоть пошла купаться в белье, оставив сухую одежду на берегу, а он… Единственное, что успел сделать альтаирец, прежде чем броситься за мной в омут, — разуться и скинуть плащ, в который я, к слову, и закутана.
Нет, ну это совсем
— Ты о чем думал?! — испуганно набрасываюсь на слегка удивленного альтаирца. — У тебя же здоровье слабое! Зачем ты вообще в это озеро полез?! Пусть бы лучше Анигай меня вытаскивал!
— Не! Ну нормально? — возмущается братец. — Значит, его беречь надо, а меня в расход?!
— Ай, — с психом отмахиваюсь от зануды-брата, хватая несколько удивленного Эвана за руку. Тяну к костру.
— Мокрую одежду сними, а то точно воспаление легких схватишь! — скидываю с плеч его плащ. — Держи. Я пойду в сухое переоденусь.
Хватаю свои вещи, все еще лежащие на берегу, иду в кусты. За мной увязывается Мэд. Ей тоже надо привести себя в порядок.
— Подожди, я с тобой!
— Только ради всего святого не вляпайтесь там опять во что-нибудь! — сердито бурчит альтаирец, стягивая рубашку. — Второй раз я точно не полезу тебя вытаскивать.
Хмыкаю, оборачиваюсь, чтобы ответить что-нибудь язвительное и… невольно застываю с открытым ртом.
М-да… Вот уж не думала, что мой некогда хилый мальчишка-альтаирец однажды превратится в такого до неприличия красивого, накачанного мужчину. Смущенно отворачиваюсь. Делаю это, пожалуй, чересчур быстро — ловлю веселую усмешку Мэд, которую, похоже, интригуют наши пока непонятные для нее отношения с альтаирцем.
— Постараюсь, но ничего обещать не могу, — бурчу в ответ.
На мою беду фраза оказывается почти пророческой, потому что даже банальное переодевание в кустах в нескольких метрах от парней заканчивается для нас с Мэдлин неожиданным приключением. Не успеваем мы застегнуть одежду, как обнаруживаем, что прямо на нас сквозь чащу Сумрачного леса несутся всадники — воины Руара во главе… с самим Дэмонионом.
Я никогда раньше не видела императора вживую, но это именно Дэмонион несется прямо на нас с Мэд на пугающе огромном черном коне — нет никаких сомнений. Мощь, исходящая от него, лично у меня вызывает оцепенение и панику. Прихожу в чувство, лишь когда слышу возле себя истошный вопль Мэд. Шатера, предвещая себе верную гибель от копыт конницы, летящей на нас, падает на землю, закрывая руками голову, а я… Растерянно смотрю в пустоту, которая еще секунду назад была заполнена всадниками Руара.
И что это было? Опять отголоски?
На вопль Мэд прибегают парни. Взбудораженный Эван переводит вопросительный взгляд с лежащей лицом в грязи шатеры на меня, затем на Анигая, который в открытую ржет над перепачканной раздосадованной Мэдлин. Шатера тоже не теряется: набрав в ладонь ком грязи, с поразительной меткостью бросает его прямо в рот моему смеющемуся братцу.
— Что, съел? — мрачно интересуется Мэд, глядя на плюющегося Анигая.
— Шею тебе когда-нибудь сверну, — многообещающе шипит он. — Чего орала-то хоть?
— Ты бы тоже заорал, если бы на тебя конница во главе с императором мчалась, — огрызается шатера. — Не веришь мне — спроси Аду.
Я киваю в подтверждение слов подруги:
— Ничего не понимаю. Целая толпа руарцев… Прямо на нас. — Увиденное до сих пор с трудом укладывается в голове. — Наверное, опять отголоски.
— Да что эти отголоски привязались-то к нам?! И часто ваш Сумрачный лес такие номера проделывает? — встревает в разговор нервный Дерек.
Переглядываемся с Анигаем. Мы оба прекрасно знаем ответ.