Выбор сердца
Шрифт:
— Вот я как раз и спокоен, — сообщил тот, для чего-то проинформировав, — Если что, у меня квартира в Праге. Деньги в нужных банках. Сейчас не о высоких материях думать надо, а о том, как отсюда побыстрее ноги сделать. Куда ты со своей новоиспеченной пассией отправишься, если хвост прижмут? У неё, наверняка, и загранника нет.
Вот до таких мелочей в разговорах они с Ритой, действительно, еще дойти не успели. С некоторых пор как-то больше других тем касались. Достаточно личных. Он бы даже сказал — совсем личных. А наличие загранпаспорта… Ну, не нужен он для пропуска в те места, которые сейчас посещать приходилось.
— Да вроде, никуда не планировал, — честно признался Константинов, не без сожаления глянув на часы. До конца тренировки осталось не так много времени и начинать какие-то упражнения смысла не видел. — Меня здесь все утраивает, — закончил без тени сомнения.
У них с Сашниковым вообще разные взгляды на многие вещи были. По крайней мере политику обсуждать избегали. До сего момента. Да и сейчас не хотелось. Во-первый, отсутствовала какая-либо ясность происходящего. Во-вторых… В своей жизни ничего менять не собирался.
— Лёха, война началась, — а вот сейчас резануло слух. Начавшиеся в стране, да и в мире в целом, события, как-то не рассматривал с данной точки зрения. — Спустись со своего Олимпа на грешную землю, — продолжал тем временем язвить Сашников. — Здесь, не сегодня-завтра, трандец всем и всему наступит, — и, самое главное, данный человек в том, судя по тону, был абсолютно уверен. — На нас весь мир ополчится. Не до киношников будет. Не хочешь со мной в Прагу сорваться?
И почему-то Константинов не сомневался, что, по крайней мере, для данной личности вопрос с будущим уже решен.
— Артем, я на арабском или марсианском говорю? — полюбопытствовал Константинов, не сводя с друга достаточно внимательного взгляда. Не верилось почему-то, что тот ни с того, ни с чего странный разговор затеял. Если только, конечно, сам параноиком не становится. — Я никуда из этой страны не собираюсь, — продолжал он с присущим себе спокойствием. Да и не лгал сейчас. Уж если до сих пор не перебрался за границу, хотя возможность такая и была, то теперь… — Будет трандец, буду искать выходы и жить дальше. Всё? — и вопрос прозвучал достаточно резко.
— А не думал, что из-за всего этого, своего младшего пацана вообще можешь не увидеть? Сейчас, как при совке, занавес железный захлопнется, и останется Никитка за бугром.
А вот сейчас был использован запрещенный прием. Константинову потребовалось приложить максимум усилий, чтобы удержать себя в руках. Скандал вокруг собственного имени допустить не мог. Не имел права. Ладно, сам. В такие минуты всегда думал о близких людях.
— Тём, ну чего ты добиваешься? — уже направившись к выходу из зала и оборачиваясь, поинтересовался Алексей, напомнив, — Я ведь и врезать могу. А рука у меня тяжелая. И ты — не женщина, по полной получишь.
Вообще, силовое решение проблемы не принимал в принципе, предпочитая спорные моменты урегулировать так сказать словесно, включая дипломатию. И Сашников о том тоже прекрасно знал. Вот только провоцировал для чего — никак понять не получалось.
— Ясно, больной патриотизм зашкаливает, — резюмировал тот. — Только подумай, кому ты здесь нужен будешь, когда каша заварится.
— О себе беспокойся, — совершенно спокойно обронил Алексей и не оборачиваясь, направился
У него оставалось достаточно времени, чтобы принять душ и… Судя по времени — сделать звонок. Не другу — любимой женщине. Женщине, вернувшей его к жизни. К нормальным отношениям. Никогда не думал, что в сорок восемь влюбится, как пацан.
Позвонил уже в машине. Настроение её совершено не понравилось. Предложил заехать, забрать с собой, пока ещё находился на полпути к месту съемок. Однако получил категоричный отказ с предложением спокойно работать и обещанием его дождаться.
— А вот этого не надо, — попросил он, выезжая на трассу. — Я, действительно, могу быть поздно. Ложись спать.
Не видел смысла в подобных жертвах. Это у него — без вариантов. Хотя… Не мог не согласиться с тем, что фраза, с обещанием дождаться, затронула какую-то невидимую струну. Душевную струну. Появилось непонятное и неизвестное ранее ощущение нужности, важности. До сих пор его никто не ждал. Из командировки, с премьеры, да просто с работы, со съемок. В лучшем случае, нарисовывался на пороге Димка. В таком случае появлялась возможность перекинуться хотя бы парой фраз.
— Предлагаю считать это репетицией семейной жизни, — неожиданно весело прозвучал голос Риты в телефоне, а на втором плане что-то достаточно аппетитно зашкварчало.
Судя по всему, эта маленькая несносная женщина всё-таки добралась до кухни. Мелькнувшая мысль вызвала беззлобную усмешку Константинова. Да, вот теперь знал точно, чего ему в этой жизни так не хватало…
3
Санкт-Петербург. Это непонятное, необъяснимое ощущение. Оно снова появилось несколько часов спустя, когда вернулся домой. Света не было нигде, кроме спальни, в которой приглушенно горел ночник. Прислонившись к дверном косяку, улыбнулся. Рита дремала, обнимая его подушку. И выглядела совсем… по-домашнему. Такой… уютной, тихой. Поймал себя на желании её поцеловать. Вот именно сейчас, когда спит.
Почувствовав взгляд, а возможно и посторонние звуки, связанные с открыванием им входной двери и перемещением по квартире (хотя постарался всё делать максимально тихо), Рита, открыв глаза, подняла голову. Натягивая на плечи одеяло (странное действо, учитывая, что в квартире тепло, а уж обнаженной, только за эти пару дней, видел не раз), села на постели.
— Ну, и как это понимать, почему мы не спим? — поинтересовался он, присаживаясь на корточки перед постелью и постаравшись удержать взглядом взгляд гостьи. — Что-то случилось? Или новостей перед сном насмотрелась? — кажется, была сделана попытка сыронизировать. Только с последним сейчас, учитывая происходящие катаклизмы в стране, было сложновато.
— Скорее из-за Ксюхиного звонка психанула, — проворчала Ритка, продолжая удерживать одеяло практически у самой шеи, что Константинова заводило в некоторый тупик. Если его надумали стесняться, да еще до такой степени… Самое время начать поиск причины. Всего пол дня отсутствия, а на пороге уже новая проблема вырисовывалась. И это при том, что за минувшие пару суток у них всё было в данном вопросе просто замечательно.
— Что-то дома? — спросил осторожно, решив, по крайней мере — пока, поддержать тему, с которой хотя бы на контакт пошла.