Выбор сердца
Шрифт:
Наступил момент, когда на месте трагедии я осталась одна. Пару минут ещё стояла, чувствуя, как мелкой нервной дрожью охватывает всё тело, а внутри холодит от страха. Но нужно было двигаться.
Просто бежать куда глаза глядят, я не могла. Оставалось только одно направление — в ту сторону, откуда пришли бандиты. И уже оттуда искать выход на дорогу. Но совесть не позволяла уйти. Беспокоила судьба ребёнка. Неспроста убийца отправился за лучником. Точно не в помощь.
Я осторожно выбралась из своего укрытия и приблизилась к телеге. Мёртвый Злотар так и лежал у колёс.
Как пользоваться арбалетом, я знала. Нашла несколько болтов, рассыпавшихся по дну телеги, и забрала арбалет у мёртвого. Ему он уже не понадобится. С каждым действием уверенность в принятом решении росла.
Забег к дороге оказался очень коротким. Успела в самый последний момент.
Мечник уже успел перерезать горло Рыжу и, придерживая тело, аккуратно укладывал мёртвого на землю. Мальчишка от ужаса уже не плакал. Он, как немой, открывал рот, но из груди не вырывалось ни единого звука.Мне понадобился один удар сердца, чтобы вскинуть арбалет к плечу и прицелиться в убийцу. Удар — палец нажал на спусковой крючок. Удар — тяжёлый болт вошёл точно в висок нагло ухмыляющейся рожи. Удар — тело покачнулось и рухнуло оземь кулём, продолжая в последнем мышечном спазме сжимать в руке рукоять окровавленного меча.
Я отбросила своё оружие и бросилась к ребёнку. Сжала его в крепких объятиях и расплакалась, отпуская все свои эмоции на волю.
Первая волна переживаний схлынула. Мальчик в моих объятиях тоже обмяк и завозился, вытягивая грязную руку в кровавых разводах и соплях.
— Ты кто? — шмыгнул он носом и уставился на меня блестящими глазами насыщенного вишнёвого цвета.
— Арина.
— А я Эль, сын Малвина из Рубежья. А из какого ты ковена, мара?
От вопроса мальчика я напряглась. Про ковены мне не было ничего известно. Теперь я очень сожалела, что вместо того, чтобы предаваться глупым надеждам на несбыточное, не расспросила Злотара об устройстве мира и приблизительной географии. Я даже не знала название города, в который меня должен был отвезти староста. А что бы я делала в том городе с непонятной инфраструктурой, традициями, ничегошеньки об этом не зная? Меня даже замутило от этих вопросов, обрушившихся на мою несчастную голову.
— Я из очень далёких мест, Эль. Что делать будем? Ты хоть знаешь, в какой стороне находится твой город?
Мальчик шмыгнул носом, почесал затылок, а потом предложил:
— Нам нужно найти мой поезд. Там у кормилицы был кристалл поиска. Он нам поможет. Разбойникам он ни к чему. Они простые люди.
— Тогда идём.
Я уверенно поднялась с колен на ноги и протянула мальчику руку, за которую тот крепко ухватился. Убитый мною мужик лежал как-то боком. Один глаз с застывшим взглядом был направлен на меня.
Только увидев его сейчас, я осознала, что убила. Пусть и с благими целями, но всё же факт остаётся фактом. От осознания содеянного меня замутило и скрутило рвотным
Мальчик подошёл сзади и положил руку на мою склонённую голову. От руки шло приятное успокаивающее тепло.
— Не печалься, Риана, — перекрутил он моё имя на свой лад. — Он жил со злом, со злом и умер.
Глаза Эля сверкнули расплавленным золотом, но стоило мне моргнуть, как они снова приобрели свой такой необычный цвет.
— Бери лук и пошли, — в следующую минуту мальчик уже стягивал с плеча Рыжа колчан со стрелами. Лук лежал рядом.
Я остановилась у оружия, рассматривая его совершенный изгиб и тугую тетиву. Форма лука была не совсем мне привычна. Этот был больше, чем современные спортивные, используемые на соревнованиях. По деревянной части вился странный орнамент — смесь старо-славянских букв с рунами. И борозды в глубине подсвечивались голубоватым светом. Так, если бы были расписаны флуоресцентной краской.
— Красивый! — я с восхищением рассматривала лук. Надписи стали светиться ещё более заметнее.
— Странно, что им пользовался такой, как Рыж. В нём искры почти и нет, — ребёнок вытянул шею и что-то зашептал, ведя пальчиком по буквам. — Я только начал заниматься с учителем, — он доверчиво посмотрел на меня. — Дай мне руку, Риана.
Я протянула руку ладонью вперёд и совсем не ожидала того, что произойдёт дальше. Откуда ни возьмись у Эля появился маленький ножик, больше похожий на заточенный коготь, им он и порезал мне ладонь.
— Больно! Ты что делаешь?!
Такого от семилетнего ребёнка я не ожидала.
— Тут написано, что он должен испить твою кровь, мара... Хотя не мара ты, — он покачал головой, прищурив глаза совсем, как взрослый. — Но пусть пока всё будет так.
Эль с недетской силой схватил меня за запястье и вложил в мою руку лук. Тот вспыхнул призрачно-голубым огнём, охватывая языками пламени и меня. Но не было в том огне ни тепла, ни холода.
— Что это? Кто ты?
Мальчик снисходительно улыбнулся.
— Теперь это твоё боевое оружие. Лук Наргала признал в тебе хозяйку. А я Эль, сын Малвина из Рубежья.
7. Глава 7. Неожиданное предложение
Слова мальчика о боевом оружии меня насторожили. А уточнение, что лук признал во мне хозяйку, заставило задуматься. Даже дома, на Земле, известно, что оружие «выбирает хозяина», а не наоборот. Мой лук в клубе тоже был только моим, и в целом среди спортсменов-лучников не принято давать кому-либо пользоваться своим оружием. Даже чтобы просто попробовать пострелять.
А что означает этот выбор в чужом мире? К тому же, этот лук принадлежал какому-то Наргалу. Кто он? Какой-то местный герой?
— Скажи, Эль, а кто такой Наргал?
От моего вопроса мальчик резко остановился и уставился на меня, открыв рот. Сейчас он почему-то выглядел абсолютно на свой возраст, а не так, как тогда, когда успокаивал мою истерику и заставлял принять лук. Да и в глазах больше не поблескивало расплавленное золото.
— Мара Риана, Наргал — это великий дракон, наше верховное божество! Как можно такого не знать?