Выбор рыцаря
Шрифт:
Джон не мог не восхищаться таким поступком, и в то же время в нем поднялась паника в ожидании того, что скажет король.
Король Генрих с грозным видом повернулся к своему кузену:
– Ты сказал мне, что Рассела не нашли, что он скорее всего умер.
– Мы все так полагали, ваше величество, – поспешно сказал Баннастер. – Он не заслуживающий доверия человек, который не способен защитить леди Элизабет.
Это было именно то, что Джону нужно было услышать. Сбросив плащ, он шагнул вперед и встал на колени рядом с Элизабет. Она повернула к нему голову, и он увидел, как изумление на ее лице сменилось любовью.
– Король
Он взял руку Элизабет и стиснул ее. Кожа у нее была холодной и влажной, однако улыбка, которую Элизабет ему подарила, мгновенно согрела Джона.
Раньше чем заговорил король, большой зал взорвался одобрительными восклицаниями, и потребовалось несколько минут, чтобы он успокоился. Баннастер побледнел, взгляды, которые он бросал на Элизабет, не сулили ей ничего хорошего.
Король Генрих поднял руку, и последние возбужденные голоса смолкли. Он с озабоченным видом обратился к Джону:
– Лорд Рассел, можете ли вы удостоверить свою личность? Вы находились в отъезде долгие годы, и хотя ни в некоторой степени похожи на представителей Расселов, которых я знал, мне нужны доказательства.
Джон поднял руку, на пальце которой поблескивало старинное кольцо. Он увидел, как поникли плечи Баннастера, но тут же снова распрямились. Битва еще не была окончена.
– И я готова поручиться за этого человека, ваше величество, – заявила Элизабет. – Я хорошо помню его с того времени, когда находилась в замке Рейм. В наших беседах он без всяких затруднений напомнил мне о таких событиях, которые может знать только один из Расселов.
Король нахмурился, и Джона стало охватывать отчаяние. По-видимому, королю представленных доказательств было недостаточно.
И тогда шагнул вперед и встал перед королем один из советников. Он был невысоким, с неопрятной бородой, но на Джона смотрел одобрительно.
– Ваше величество, я был в Париже в прошлом году и видел, как лорд Рассел с большим преимуществом победил в турнире. Это тот самый человек.
Джон признательно наклонил голову.
– Благодарю вас, лорд Фогг. – Напряженность покинула лицо короля, хотя говорил он по-прежнему строго. – Лорд Рассел, я обнаружил, что за последние годы процветающий замок Рейм пришел в запустение.
– Да, это так, ваше величество, – сказал Джон. – Я посвящу свою жизнь возрождению земель и восстановлению связей, которые моя семья всегда имела с моим народом.
– Он хочет завладеть наследницей лишь ради денег, – сердито вмешался Баннастер.
Король выгнул светлую бровь и повернулся к Баннастеру:
– А для вас деньги не имеют значения, кузен?
Баннастер покраснел.
– Я не рвусь получить их во что бы то ни стало. А этот человек запустил свое имение, растратил деньги, чтобы обеспечить себе роскошную жизнь в Европе.
– Это ложь, ваше величество, – твердо заявил Джон. – Будучи третьим сыном, я зарабатывал на жизнь шпагой. Я только недавно узнал, что по причине случившейся трагедии я сделался бароном и унаследовал невесту.
– Я наслышан о вашем умении владеть шпагой, – сказал король Генрих, бросив взгляд на лорда Фогга.
Даже Баннастер не мог не заметить сочувственного интереса в голосе короля.
Джон наклонил голову в поклоне:
– К вашим услугам, ваше величество. Я сделаю так, как вы пожелаете. – Он
– Он обманом проник сюда, – начал было Баннастер.
Джон его перебил:
– Узнав, что моя нареченная оказалась в заключении, я почувствовал потребность прокрасться сюда. Я вверяю себя вашей милости. Я многому научился, многое понял и очень жалею, что не доверял моей семье, которая из лучших побуждений поощряла мое пребывание в Европе. Я вырос до понимания потребности отца научить своего ребенка быть настоящим мужчиной. Я никогда не думал, что достигну многого, но мой отец в меня верил. Именно поэтому он составил контракт таким образом, что на леди Элизабет должен жениться наследник Расселов, а не какой-то конкретный сын. Раньше я не понимал, что это значит.
– Кузен… – начал было Баннастер, и в его голосе послышались первые признаки отчаяния.
Король заставил его замолчать одним только взглядом.
– Продолжайте, лорд Рассел.
– Я превратился в совершенно иного человека, ваше величество, – сказал Джон. Он посмотрел на Элизабет, черпая силу в любви, которую излучали ее глаза. – И все благодаря этой женщине. Ее мужество покоряет меня. Она рисковала жизнью ради своего народа, в то время как я в прошлом рисковал жизнью всего лишь ради денег. Я думал, что приключения и путешествия заменят мне семью, станут моим будущим, но леди Элизабет показала мне, насколько я ошибался. Я извлек выводы из своих ошибок и мне не нужно больше ничего, кроме нее. Она управляла замком после смерти своих родителей, ожидая моего приезда. Я глубоко сожалею, что не мог прибыть сюда своевременно, чтобы спасти ее от заточения и от страхов за свое будущее. Завоевать ее любовь – моя главная цель в жизни. Находиться с ней рядом, быть ей равным – это все, о чем я мечтаю.
Элизабет взяла его за другую руку и, все так же стоя на коленях, повернулась к нему:
– Лорд Рассел, мой нареченный, ты заслужил мою любовь, и я сожалею, что боялась будущего и не предложила тебе ее раньше.
Джон благодарно закрыл глаза. Чем он сумел заслужить любовь такой женщины? Он поднес обе ее руки к своим губам и с благоговением поцеловал их. Он уже не надеялся снова прикоснуться к ней, разве мог он себе представить, что она так откровенно предложит ему себя?
– Ваше величество, – сказала Элизабет, не отрывая взгляда от Джона, – этот человек пришел в Олдерли без войска и средств, из-за неудач, которые постигли его брата. И он рисковал своей жизнью. Его честь и мужество покорили мое сердце. Я никогда не думала, что мужчина способен заслужить мою преданность, но сейчас я с радостью вверяю Джону Расселу свое сердце, свой дом и свою жизнь. Я знаю, что он обо всем этом позаботится.
Одобрительные возгласы сделались оглушительными, и король Генрих поднял обе руки, чтобы успокоить толпу. Баннастер поник, опустившись в кресло и безнадежно подперев кулаком подбородок.
– Я провел расследования, лорд Рассел, и пришел к выводу, что в ошибках вашего брата нет вашей вины. Приказания, которые вы отдали с целью реставрации замка Рейм, были разумными, а призовые средства, которые вы для этого предложили, более чем щедрыми. – Король улыбнулся. – Не забыты и налоги, которые должны идти в королевскую казну.