Выбор мага

Садов Сергей

Григ сидел с каменным лицом, выслушивая мою эмоциональную речь, даже не пытаясь спорить. Увидев, что я замолчала, признал:

— Ты совершенно права. И как я сам не подумал, что сапоги под подолом платья, которые никто не увидит, совершенно не подходят к этому наряду.

— Вот! И это, отвернись. — Сама поняла, что если продолжу, запутаюсь совершенно. — А лучше иди к Рамону.

— Ага, подготовлю, — Григ поднялся и вышел.

Платье я аккуратно сложила на полочку в шкафу. Все-таки придется снова на рынок сходить, к нему обязательно нужна подходящая обувь. Ну вот, готово. Оглядела себя в зеркало, после чего развеяла заклинание,

вернув ему первоначальный вид начищенного бронзового листа. И как в это убожище смотрят?

Рамон оказался не один. Ну понятно, Григ тут, сидит рядом с Рамоном и что-то тихонько ему говорит. Но кроме него за столом сидел какой-то старикашка и разглядывал несколько разложенных перед ним листов. И Воробей пристроился на скамейке, его тут явно держат в качестве посыльного: подай-принеси-позови. Сейчас увлеченно грызет что-то, похожее на наши сушки, макая в мед.

— Вот он, — Воробей возмущенно уставился на меня. — Заперся у себя и говорит, переодевается. Даже не открыл, — нажаловался мальчишка.

Рамон хмыкнул, оглядел меня с ног до головы.

— Ты, Воробей, помолчи. Рано тебе еще за девушками подглядывать.

Воробей поперхнулся.

— Каким девушками?

Рамон привстал и подвинул мне стул.

— Присаживайся, Ларесса.

— Что? Какая Ларесса? — Воробей завертел головой. Потом уставился на меня. — Так ты девчонка?! — возмущенно завопил он.

Я развернулась и отвесила ему затрещину, после чего нависла над ним, уперев руки в бока.

— Есть какие-то претензии?!

— Я… это… Рамон, она дерется!

— А ябеды получают еще, — новый подзатыльник.

— Рамон!

— Я не понял, ты хочешь, чтобы я заступился за тебе, потому что тебя избивает девчонка?

Я сунула под нос мальчишке кулак.

— Запомни, нахал, не девчонка, а девочка! Мужлан! — тряхнула головой, задрав нос и вернулась на место. Григ смеялся, Рамон был более сдержан, но и ему явно понравилось разыгранное представление. Старик за столом тоже улыбался в бородку. Из всех присутствующих недовольным остался только Воробей. Потер затылок и что-то забубнил себе под нос, хмуро глядя на меня.

— Мы обдумали твои условия, — заговорил Рамон, глядя на меня. — Сейчас, после рассказа Грига, он говорит, что ты спасла его от охотников…

— Он тоже мне помог.

— Возможно. Но Григ один из моих немногих друзей, как и Торн. И он ручается за тебя. Говорит, что у тебя нет желания навредить гильдии, хотя и мне понятно, что долго ты у нас не задержишься. Если все, что ты наговорила о себе правда, то скоро сумеешь найти свою дорогу.

— Но я не забываю доброту. Я слишком редко с ней сталкивалась после встречи с магами, чтобы отмахиваться от тех, кто искренне мне помогает.

— Григ мне сказал примерно тоже самое. Жаль, мало кто придерживается таких же взглядов. Но раз так, нам остается только использовать твои таланты по максимуму, пока ты в гильдии. Григ говорит, ты хочешь попасть в академию?

Я развернулась к бывшему пограничнику.

— Ну-ну, не сверкай глазами, — успокоил меня Рамон. — Он тебе помочь хочет, с нашей помощью попасть туда вовсе не так трудно, как может показаться.

— Вот как? Не просто так, разумеется?

— Разумеется, — кивнул Рамон. — Первое условие, ты рассказываешь нам о всех своих идеях, которые у тебя были, чтобы обосноваться в городе. Полагаю, что идеи от образованного человека, который много читал…

— Тоже Григ рассказал?

— Это

очень заметно. Мне приходилось общаться с разными людьми. Поверь, девочка, даже если бы Григ промолчал, все равно я бы все понял, просто время бы потеряли и доверия к тебе было бы меньше. Так вот, полагаю, что твои идеи будут полезны для гильдии. И без отчислений доли в твою пользу, — хмыкнул Рамон. — В обмен на наше покровительство, крышу над головой и помощь в проникновении в академию.

— И это все?

— Второе условие, ты трудишься на благо гильдии, переводя тексты с разных языков. Думаю, твоими талантами можно воспользоваться с большей пользой, чем просто в качестве писца на рынке, хотя, возможно, будем тебя привлекать и в этом качестве. Но тут тебе придется подтвердить свои таланты. Джорк, — Рамон показал на старика за столом, тот чуть привстал и кивнул, — работает в императорском университете и у него есть связи с профессорами. Сейчас ты сделаешь то, что он попросит, после чего отнесет написанное тобой в университет. Дальнейший наш разговор с тобой будет зависеть от его ответа. Если все, что ты говорила о себе подтвердиться, мы согласимся на твои условия.

А похоже, я продешевила. Отдельный дом, половина дохода. Они даже торговаться не стали, только захотели подтверждение моих слов. Впрочем, какая разница? Я же не ради денег, да и не стоит сильно наглеть.

Я подвинула стул к столу. Старик молча выставил чернильницу, перо, пачку чистых листов бумаги.

— Мне говорили, — чуть хрипловатым голосом заговорил он, — что ты знаешь пять языков.

— Три почти в совершенстве, — четыре, если считать русский, но тут лучше молчать. — Много на них читала, приходилось… общаться, — если можно так называть получение приказов. Хотя магическая практика сильно помогала ставить произношение. — А вот еще два… на них я только читать умею, говорить не приходилось. Их там, где я училась, почти никто не знал, а книг на них было много. На элларском может даже написать чего смогу, но будет много ошибок, а вот на торнском даже не возьмусь. Я с него и перевожу с трудом, постоянно в словари заглядывать приходится.

Кажется, у старика шок. Чего это? Что он так уставился на меня?

— Хм… в университете с торнского даже со словарем никто не переводит. Гм… девочка, у нас есть один текст на нем, если ты возьмешься его перевести…

— Об этом вам придется договариваться со мной, профессор, — с вежливой улыбкой прервал его Рамон. — Ларесса член гильдии, а я ее начальник.

— В принципе, можно попробовать, но мне нужны будут словари.

— Это у нас есть, — махнул рукой Джорк, — мы давно уже над тем текстом бьемся. Но язык не очень распространен и его мало кто знает, но именно на нем написаны самые лучшие книги по травам.

Потому в свое время его и учила. Не знаю уж, почему так, но торонцы — самые заядлые путешественники в этом мире. В библиотеке у Кайтаидов были собраны целые тома их записок. Но по какой-то причине писали они их исключительно на своем крайне запутанном языке. Переводить не запрещали, но в переводе очень много терялось, тем более и специалистов по языку было не очень много. Хорошо магам. Потом я еще тренировалась в языке у Голоса, где читала книги по описанию флоры мира. Худо-бедно, но натренировалась, но так и не уверена, что смогу составить на этом языке хоть одно предложение. И про словари почти не соврала, магия перевода — тоже ведь словарь своеобразный.