Выбор Кота
Шрифт:
«Джеков», судя по всему, снабжал «Ломаный крест» либо они воровали у него. Повсюду валялись маркированные ящики. Он прочел надписи, светя себе подаренным Рю камнем. Он легко помещался в ладони, и его можно было вертеть как угодно. Вал нашел ящик с гранатами и еще один — с «зажигалками». Сплав алюминия с оксидом железа, если его накалить, сваривал металлы и был излюбленным зажигательным веществом для наиболее изощренных полицаев. Валентайн позаимствовал у мертвых гарнизонных бойцов карты, ружья и патроны и сел за баранку грузовика, вглядываясь вперед сквозь протертое им лобовое стекло, забранное проволочной сеткой.
Тронувшись с места — не слишком уверенно поначалу, поскольку подобные механизмы ему были
Валентайн так никогда и не узнал, что его неспешный автопробег по Северной Небраске стал местной легендой. Он избегал встреч с патрулями и Жнецами, а потому держался в стороне от территории севернее Линкольна, контролируемой Номером Первым. Он крался по боковым дорогам, огибая район, где господствовал курианин, грог и человек. Он останавливался на уединенных фермах, меняя ружья и патроны на еду и ночлег.
Местные жители не задавали лишних вопросов, но с готовностью рассказывали ему о своих бедах. Он уничтожил досаждавшее маленькому селению гнездо гарпий, обосновавшихся в старом Уэйн-колледже, подпалив их насест. И устроил засаду на шайку головорезов из беглых солдат, которые промышляли, разъезжая на двух автомашинах, когда те остановились на ночлег. Он убил одного из дезертиров, отправившегося в овраг облегчиться, надел его шляпу и, прежде чем его сообщники успели подняться с места, расстрелял их в упор.
В конце концов Валентайн уступил грузовик, позаимствованный в Брокен-Боу, нескольким объединившимся в кооператив семьям, которые поселились в живописном месте севернее Блэра. Снова на своих двоих он отправился к руинам Омахи.
От Омахи остались только обгоревшие остовы зданий. Пригороды разорены, внутренние районы — сплошные обугленные развалины. И все, что находилось к югу от города, между Каунсил-Блафс и Папильоном, сровняли с землей ядерные воздушные и подземные взрывы, направленные против командной базы прежних Военно-Воздушных Сил Стратегического Назначения, находившейся в Бельвью. Валентайн собирался объехать руины по старому шоссе 1-680. Но тут Судьба сдала ему одну из тех козырных карт, что круто меняют жизнь.
9
Омаха, сентябрь
Расположенный в безлюдной лесистой долине Миссури транспортный узел Старого Мира — ныне лишь жалкая тень того, что он представлял собой прежде. Остов Вудменовского центра, где когда-то делались карьеры и процветала коммерция, возвышается над разрушенными стенами и снесенными крышами. Так же как и другой ее товарищ по несчастью в Миссури город Сент-Луис, Омаха теперь место обитания разрозненных групп грогов и всякого людского отребья. Город и его окрестности были отданы на откуп племенам грогов в обмен на их помощь курианам во время Поражения, и гроги обустроили его на свой вкус. Контроль над жизненно важными коммуникациями — железнодорожными мостами, речным транспортом — перешел к Квислингам из Каунсил-Блафса. На восточном берегу, в кирпичном, девятнадцатого века здании Старого рынка обосновался местный людской сброд: хулиганы и спекулянты, занятые, возможно, второй древнейшей профессией — поставлять товар тому, кто способен за него платить. Но даже это змеиное гнездо, расположенное чуть южнее того, что осталось от Хартленд-ского парка, теперь подумывает о переезде на новое место — ходили слухи о драках за район обитания между грогами и высокими, хорошо вооруженными людьми. Гроги убрались из города.
Это на руку людям. Но потопленная недавно баржа с грузом контрабанды и гибель всей команды заставили гангстеров Старого рынка насторожиться. Квислинги смотрели сквозь пальцы на контрабандистов, снабжавших их отдельными предметами роскоши, доставляемыми из других районов страны, а гроги,
Кто-то, без сомнения, начал игру за контроль над городом. И игру не на жизнь, а на смерть.
Валентайн находился в северо-западной части города, возле одного из многоуровневых крытых торговых центров Старого Мира. Теперь его цементные стены были покрыты зеленовато-черным налетом и изъедены дырами, словно гнилой зуб. От него на полмили несло гарпиями, так что Валентайн предпочел обойти здание стороной.
Он хотел наверстать упущенное время, поэтому шел не прячась, с автоматом, угрожающе выглядывающим из-за плеча, изрядно потея под теплым сентябрьским солнышком. Валентайн миновал густо заросшую площадку, некогда представлявшую собой поле для гольфа в городском парке, и направился к расположенной посреди раскинувшейся здесь рощи парковке, к западу от которой виднелась прохудившаяся крыша кегельбана.
Валентайн дошел до протянувшейся с востока на запад дороги, не хуже и не лучше тех, по которым ему уже приходилось идти, усеянной ржавыми останкам автомобилей, среди которых кое-где, в нагромождении обломков, свили себе гнезда змеи. Валентайн уловил зловоние, присущее полю боя, — запах гниющей на солнце плоти.
Он пошел на запах и вскоре увидел на одной из машин пятна, недавние, но уже ставшие коричневыми. В нос ему ударила затхлая вонь разлагающихся тел. Чуть впереди, на дороге и разбитых автомобилях, валялись мертвые гарпии, с обломанными зубами, уродливые, кривоногие, и гроги, с руками, словно дубины, к которым Валентайн питал отвращение еще с первых дней на Свободной Территории.
Среди их останков он обнаружил некое подобие ранца, слишком большого для гарпии, даже идущей по дороге в полный рост. Ранец был сделан из прутьев и кожи, натянутых на раму из металлических трубок, по форме напоминающую кухонную табуретку. Это, несомненно, была самоделка, но достаточно искусная, крепко пригнанная с помощью скоб и кожаных шнуров. Очевидно, гарпии победили в неожиданной стычке с владельцем ранца, поскольку тот оказался пуст.
Валентайн, заинтригованный, попытался по расположению мертвых тел разгадать, что за битва здесь произошла. Судя по тому, что два трупа со следами пуль валялись с восточной стороны, гарпии первыми напали на свою жертву прямо посреди дороги. Решив восстановить полную картину, Валентайн опустился на четвереньки и принялся искать стреляные гильзы. Жертва, похоже, пыталась укрыться среди деревьев, из-за которых он сам только что вышел, и по пути ей удалось убить одну из гарпий, ухватив ее за кожистое крыло, сломав ей шею, и забросить в машину. Кто бы это ни был, силы ему было не занимать. И роста тоже: гарпия перелетела через крышу старого седана. Вокруг валяющегося ранца было много засохшей крови, след от которой становился все шире, превращаясь в настоящий поток возле разбитых окон старого здания «Макдоналдса». В разоренном вестибюле ресторана Валентайн обнаружил еще одну мертвую летающую тварь. И больше ничего.
«Макдоналдсы» строились на века: почти пятьдесят лет спустя после трагедии в Небраске крыша этого здания все еще была относительно целая. Осторожно ступая по обломкам и пучкам травы, пробивавшейся в трещинах, Валентайн продвигался вдоль кровавого следа внутрь ресторана. След заканчивался в похожем на склеп металлическом закутке, когда-то, вероятно, бывшем холодильником или морозильной камерой.
Валентайн почуял свежую кровь и услышал слабое, затрудненное дыхание. Он открыл дверь в морозилку и заглянул туда.