Выбор Кота

Найт Эрик

Он присел на корточки рядом с отверстием, не обращая внимания на свистящие вокруг пули. Балансируя на кончиках пальцев, весь изогнувшись, он тянул и рвал тонкую решетку, пока та не подалась. Затем выбил пластиковую пластинку.

Кот спрятал оружие и проскользнул внутрь.

Только один из находившихся там успел удивленно взглянуть на незваного гостя, который появился среди них из тумана, как будто по воле фокусника. Валентайн расстрелял в них половину всего заряда автомата. ППД стрекотал в тесном помещении, раскидывая присутствующих по полу.

Валентайн

почувствовал мимолетное движение за спиной. Он едва успел пригнуться, как выпущенная из пистолета пуля срикошетила от бронированной стены в том самом месте, где мгновение назад была его голова. Он выстрелил в солдата, пытавшегося поднять с пола какого-то человека, и выпустил очередь в еще одного стрелка, пока человек из «Ломаного креста» пытался перезарядить винтовку.

Восемь мертвых или полумертвых людей лежали сейчас в задней части броневика. Валентайн ринулся к пулеметам и пальнул в голову одному из солдат, пытавшемуся доползти до бойницы. Передвижная крепость разворачивалась к воротам лагеря, водители в кабине находились в полном неведении о том, что творилось позади них.

Валентайн отвернул в сторону направленный на стену из фургонов пулемет и заглянул в наполовину пустой магазин. Он решил, что здесь ему делать больше нечего, и вылез наружу, на огневую позицию в передней части броневика. Отсюда прекрасно просматривалась кабина. Водитель и его напарник обменивались выстрелами с Орлами на стене. От людей в кабине Валентайна отделяли лишь брезент и проволочная решетка. Он крепко упер автомат в плечо, положил палец на курок и спрыгнул сверху на ничего не подозревающих солдат. Оружейная вспышка ослепила его. Когда он снял палец с курка и снова обрел зрение, оказалось, что оба водителя лежат мертвые в изрешеченной пулями кабине.

Валентайн направился к другой пулеметной амбразуре в стене цистерны. Это была хорошо оборудованная оружейная ниша: в прорезанной сквозь бронированное железо щели на треноге было установлено орудие под прикрытием пуленепробиваемого щитка. В прорезь Валентайну были видны вставшие друг к другу спиной и образовавшие треугольник Жнецы. Они находились уже за воротами и стреляли во все стороны, в то время как им самим благодаря доспехам пули не причиняли вреда. Они казались неуязвимыми. Прямо в середину этого треугольника угодила фаната. Один из Жнецов упал на колени, но тут же поднялся и продолжил стрелять.

Валентайн нацелил орудие, в чем ему помогла тренога, и дал длинный залп. Отдача оказалась весьма ощутимой. Стреляные гильзы звенели, как колокольчики, падая сквозь дыры в проволочной решетке поддона на днище броневика.

Один из Жнецов упал, разорванный пулеметным залпом пополам. Другому снесло голову в тот самый момент, когда он обернулся к первому. А третий, сбитый выстрелом с ног, пытался отползти в сторону. Прежде чем он тоже упал замертво, Валентайн бездумно выпустил в него короткими очередями, должно быть, сотню патронов.

Держи себя в руках. Действуй не только оружием, по и головой.

Пытаясь обуздать безумие, все еще бушевавшее

в его крови, Валентайн сбил еще двух «ломаных» со стены. Другая группа Жнецов запрыгнула внутрь боевого фургона. Один из нападавших одним ударом под подбородок обезглавил охраняющего фургон Орла. Второй Жнец выстрелил из странного оружия, по виду напоминающего скалку с приклеенным на ее конце футбольным мячом. Зарядное отделение отвалилось, разбрасывая вокруг себя искры, и взорвалось под днищем боевого фургона. Тела и осколки полетели в разные стороны.

Валентайн разрядил оружие в эту парочку. Он припечатал одного из них — его внутренности растеклись вязкой массой — к изрешеченной пулями стене, а второго сбил наземь. Тот, лишившись ноги и руки, скользнул, извиваясь между фургонами, в ров.

Действуя уверенно, Валентайн достал новую патронную ленту. Едва он ее заправил, из темноты на него бросился «ломаный». Он за две секунды преодолел расстояние до броневика.

Заметив его бросок, Валентайн выхватил саблю. И когда нападавший пролез сквозь люк, клинок уже ждал его.

«Ломаный» появился из входного отверстия.

Первым же взмахом сабли Валентайн отрубил ему руку по локоть. Тот мотнул своим оружием. Валентайну пришел бы конец, набросься «ломаный» на него со всей яростью своих когтей, но кто бы ни управлял действиями Жнеца, он предпочел, чтобы тот воспользовался автоматом.

Жнец наклонился и пошарил возле себя по земле, чтобы поднять упавший «Калашников». Это дало Валентайну необходимое время, чтобы броситься вперед. Он вспорол «ломаному» брюхо чуть ниже края жилета, в том месте, где доспехи, защищавшие пах, соприкасались с верхней частью амуниции. Затем, вторым ударом, поразил его в подмышку.

Жнец развернулся, вырвав саблю из руки Валентайна, как бык, настигнутый бандерильей. «Ломаный» отшатнулся назад, но Валентайн выхватил паранг и рассек ему шею одним резким движением похожего на мачете ножа. Туша, согнувшись, сделала еще один шаг и тяжело рухнула на пол. По днищу броневика потекла, хлюпая, вязкая, черная, как деготь, жидкость.

Люди на стенах и вражеские фигуры за воротами продолжали обмениваться выстрелами. Валентайн слышал интенсивную стрельбу на склоне горы, с северной стороны лагеря. И это был не стрекот «Калашникова», а «пах-пах-пах» — звук винтовочных выстрелов. Одиночное громкое «ба-бах», по-видимому, означало выстрел одной из поворотных пушек. Затем раздались резкие хлопки, которые Валентайн определил как гранатомет.

Чувствуя, как онемели конечности и заложило уши, Валентайн перезарядил свой ППД. Встряхнувшись, взбодрившись новой порцией адреналина, он привел в боевую готовность пулемет и направил его на брешь в воротах. Но пальба со стороны «Ломаного креста» начала стихать. Звуки выстрелов вокруг лагеря уступили место стонам раненых, просящих о помощи и изливающих свою боль.

Больше некого было убивать.

Валентайн привалился к пулемету, не чувствуя ничего, кроме запаха кордита и горячего металла. Теперь кто-нибудь другой пусть принимает решения.