Выбор Девлина
Шрифт:
С первыми лучами рассвета Девлин обрел мир в душе. Он сделал все, что мог. Все, что по силам смертному – ведь не в его власти вернуть к жизни мертвых или изменить прошлое. Он взял на себя их грехи и теперь без страха ждал того дня, когда Боги свершат над ним свой суд.
Девлин растер замерзшие пальцы и достал из кармана фляжку и кремень. Он налил спирт в чашу и поджег его. Языки вспыхнувшего пламени лизали стенки медной чаши. Когда огонь погас, Девлин снова спрятал чашу под плащом. Добрый глоток кельджа согрел его внутренности и заставил кровь бежать быстрее по жилам. Ноги затекли от долгой неподвижности, и, с трудом поднявшись, Девлин прислонился к дубу, словно старик.
Немного
XX
Медленно, почти неуловимо, зимние морозы уступили место весеннему теплу. Империя постепенно пробуждалась к жизни, точно огромный зверь, потягивающийся после долгой спячки.
Первыми в столицу прибыли посланцы из дальних провинций с вестями о трудностях и бедах, вызванных стужей. За ними в Кингсхольм съехались знатные вельможи со своими приближенными. Придворные аристократы тоже стряхнули с себя зимнюю хандру: рушились старые союзы, появлялись новые.
Королевский замок, долгие месяцы пустой и гулкий, заполнился людьми. Дворяне, много лет не посещавшие столицу, непременно хотели напомнить о себе королю. Даже Девлин заметил, что во дворце гораздо больше народу, чем в прошлом году, хотя причины этого он узнал только после объяснений Стивена.
Впервые за много лет в Кингсхольм приехали дворяне из приграничных провинций. Почти каждую провинцию представлял барон или баронесса. Среди прочих здесь был Рикард, тан Мирки. Он привез с собой лорда Далкассара – того самого, которого Девлин спас от рук убийц на постоялом дворе. Девлин получил приглашение к лорду Рикарду и целых полчаса испытывал неловкость, выслушивая бурные изъявления благодарности от лорда Далкассара. Когда тот наконец ушел, лорд Рикард пообещал Избранному свою поддержку, но в то время Девлин не придал значения его словам.
Затем появилась леди Фальда, баронесса Денвира – провинции, граничившей с Миркой на западе. Она настояла на беседе с Избранным с глазу на глаз, и хотя она не дала ему никаких обещаний, этого вполне хватило, чтобы по дворцу поползли слухи.
Вслед за леди Фальдой Избранного навестила Сольвейг, старшая сестра Стивена и будущая баронесса Эскера. Стивен изображал, что рад видеть сестру, однако ее присутствие означало, что он больше не мог притворяться простым менестрелем. Новость о том, что Стивен – юноша благородных кровей и сын барона Эскера, была встречена с большим недоверием. Кое-кто из придворных начал коситься на Избранного, подозревая, что всем известная дружба между ним и менестрелем служила доказательством тайного союза или, того хуже, сговора.
Девлин постепенно начал разбираться в сложном переплетении дворцовых интриг. На первый взгляд, все члены королевской свиты находились в добром согласии под властью короля Олафура, но, если присмотреться, становилось понятно, что это всего лишь иллюзия. Придворные разделились на три группы.
В первой объединялись «старики» во главе с герцогом Джерардом и леди Ингелет. Сюда входили самые богатые и родовитые кланы, которые ведали внутренними делами государства и все эти годы жили припеваючи.
Второе крыло, поменьше, состояло из провинциальных дворян и их союзников – тех, на чью долю сыпалось больше всего неприятностей и кто боялся, что в следующий раз очередь дойдет и до них. Эти жаждали перемен, но никак не могли прийти к соглашению, как лучше действовать. Они постоянно ссорились между собой, воюя за власть и влияние при дворе.
Существовала и третья группа, члены которой не надеялись на своего монарха и считали, что нужно принимать решительные меры немедленно, при поддержке
Он никогда не боролся за власть, однако благодаря своему титулу невольно приобрел ее. За полтора десятка лет только Девлин из всех Избранных уцелел после первого задания. Он показал себя настоящим воином, с силой которого следует считаться. Если ему и дальше будет сопутствовать успех, он обретет еще большую власть. По крайней мере так, очевидно, считали его враги, иначе зачем было подсылать к нему убийц?
Девлин отказался возглавить кучку придворных, недовольных положением дел в королевстве, но предложил себя в качестве советника – равного среди равных, как это принято в Дункейре. Ответ он давал всем один и тот же: с трудностями в королевстве справиться нелегко. Нужно рассчитывать на взаимную помощь и быть готовыми на большие жертвы. Перед рассветом ночь наиболее темна – прежде чем что-то улучшится, им всем придется пережить тяжелые времена, и, возможно, далеко не все утраченное удастся восстановить.
Некоторых позиция Избранного не устраивала, и они по-прежнему согласно внимали глупостям, которыми их успокаивал герцог Джерард. Лишь горстка придворных не желала слушать сладкие речи. С помощью Девлина они начали строить собственные планы.
В тот день они собрались в покоях Сольвейг, которые стали для них импровизированным залом совета. Сольвейг во многом походила на своего отца, лорда Бринйольфа. Она обладала такой же прямой и прагматичной натурой и была лишена наивности и мечтательности, свойственной ее младшему брату. Как никому другому ей было известно, что творится вблизи границ и как трудно будет навести порядок.
Стивен тоже приходил на собрания – здесь могла пригодиться его осведомленность в истории тех времен, когда королевство сталкивалось с подобными проблемами.
Кроме них, присутствовал лейтенант Дидрик. Хотя формально капитан Драккен держала нейтралитет, но расписание дежурств Дидрика таинственным образом изменилось, чтобы Избранный в любой момент мог воспользоваться познаниями лейтенанта в военном деле.
В союз также входил молодой и порывистый лорд Рикард, родственников которого спас Девлин, и осторожная леди Фальда, чья провинция всегда была союзником Мирки. Самым последним к ним присоединился лорд Эрлинг из Вильфорта. Эрлинг говорил мало, однако больше других рассчитывал на перемены – в его владениях творились самые страшные бесчинства, и с каждым днем бандиты все больше наглели от своей безнаказанности.
– Надо доказать, что есть другой путь. Нам нужен еще один успех – не мой лично, а общий, победа всего народа, – проговорил Девлин.
– Ты справился со скримзалем, – сказала Сольвейг, – и если не ударишь в грязь и в следующий раз, мы сможем привлечь на свою сторону других лордов. Когда людей наберется достаточно, у нас будет возможность повлиять на один-два голоса в Совете.
Снова спорили об одном и том же. При дворе короля Олафура было сорок влиятельных аристократов и больше сотни менее знатных дворян. Взгляды Избранного разделяли не больше дюжины придворных – и никто из них не входил в Совет. Девлин и его союзники хотели сделать многое – сформировать из солдат королевской армии отряды и отправить их на помощь тем, кто патрулирует дороги и границы; выделить наиболее пострадавшим провинциям деньги из казны; начать вооружение и подготовку жителей приграничных районов, чтобы те могли хоть как-то защитить себя.