Выбор Альфы

Росман Алиса

Похоже на высокий жар, только с лихорадкой и тошнотой одновременно. Я слышу разговор отца с целителем, но мой разум так затуманен, что я совершенно не могу сосредоточиться и понять о чем они говорят, пока не слышу слова отца:

– Приведите Кириана, дьявол его побери. Я не потеряю свою дочь еще раз!

***

Я снова в пелене тумана. Пытаюсь с ней справиться. И в тот момент, когда мне кажется, что тошнота отступает, а я перестаю дрожать то накатывает

следующая волна. Я снова слышу голос отца, Марка и целителя... А затем Кириана.

Чувствую его прикосновение на моей руке и боль начинает отступать. Не сразу, а постепенно. Вначале уходит тошнота, оставив после себя неприятное, горькое послевкусие, затем тело перестает трясти и я наконец-то могу расслабиться. Остается только легкий жар.

Кириан поглаживает меня по руке.

— Это обязательно? – Я слышу голос отца, не знаю о чем он говорит, но почему-то мне кажется, что ему не нравится, что Кириан меня трогает.

Целитель снова объясняет и рассказывает, а мне удается перевернуться со спины на бок и даже приоткрыть глаза. Я лежу в кабинете на диване, Кириан сидит рядом на полу и держит меня за руку.

Глаза открывать больно, они пекут так, словно в них насыпали песка. Сразу открыть не получается. Очень хочется умыться. Быстро моргаю, жмурюсь с надеждой, что это поможет.

– Она приходит в себя, - говорит Кириан и поглаживает по плечу, - Кира, как ты себя чувствуешь?

Его голос тихий и вкрадчивый, но когда я распахиваю глаза, которые продолжают печь вдовым огнем, то взгляд Кириана меняется.

Он в ужасе. Или это восторг? А может то и другое?

Я перевожу взгляд на отца, но он стоит ко мне боком, а вот целитель, невысокий и полный мужчина смотрит прямо на меня.

На его лице я вижу ужас.

– Светлейшая Луна. Древнейшие Волки! – Восклицает мужчина, а затем опускается на колено.

Отец медленно поворачивается в мою сторону и смотрит на меня. Удивленно.

– Что со мной? – Говорю я осипшим голосом, - почему вы так смотрите?

Пытаюсь сесть, но голова еще немного кружится, заваливаюсь на бок, но Кириан меня ловит, усаживает на диван и шепчет на ухо:

– Твои глаза красного цвета.

– Ну и что? Что это? – Я пожимаю плечами, - я заболела и у меня конъюнктивит?

– Нет, сестра, - рядом с отцом появляется Марк, — это значит, что ты следующий Альфа.

— Это идиотизм какой-то… - Я вяло улыбаюсь и снова пытаюсь сесть.

Кириан пытается мне помочь, но моей отец и Марк начинают рычать.

– Вы сами меня позвали, - бросает Кириан.

– И не думаю раз мы к тебе обратились то… - Начинает Марк, но Альтрен останавливает его жестом.

– Нам не по душе твое пребывание тут, - начинает отец, - но мы понимаем необходимость этого для Киры.

– Осталось только объяснить это Кире, - ворчу я и нахожу в себе силы, чтобы

отодвинуться от Кириана.

– Целитель, - мой отец подзывает уже знакомого мне полноватого мужчину, - объясните моей дочери что происходит. Потому что я не могу о таком с ней говорить.

Целитель синеет, потом краснеет и начинает мне напоминать хамелеона, который пытается окрасом подстроиться под окружающую среду, но у него ничего не получается.

– Я ей объясню, - говорит Кириан и на его лице мелькает улыбка.

– Не сомневаюсь, - грубо бросает отец, а затем поворачивается ко мне, - родная, мы выйдем, а ты поговори с этим, - он кивает на Кириана, - если что-то мы в соседней комнате. По воду глаз мы поговорим позже, сейчас самое важное это твое здоровье.

Я ошалело смотрю на свою новоприобретенную родню, которые оставляют меня наедине с Кирианом. Целитель облегченно вздыхает и практически выбегает из комнаты.

– Так что тут происходит? – Спрашиваю я у Кириана, а сама чуть отсаживаюсь назад.

– Наша связь сильнее чем мы оба думали, а так как ты постоянно сопротивляешься, то тратишь на это много сил и в этот раз ты, моя сладкая, перестаралась. Теперь тебе нужно восстанавливаться, а самый лучший способ — это расслабиться. – Кириан кладет мне руку на колено и чуть сжимает его, а потом скользит выше, но я убираю его руку.

– Отлично! Сейчас ты уйдешь, а я наберу себе пенную ванну и с мороженым туда залезу.

– Так, моя девочка, не получится, - мужчина снова придвигается ближе, - проблема в том, что ты все равно будешь думать обо мне, сопротивляться, - он придвигается ближе, - особенно в горячей ванной, неизвестно какие мысли тебя могут посетить.

– Только самые чистые, - отрезаю я.

— Это какие?

– Помыться!

– Кира, - он проводит ладонью по моей щеке и этот простой жест действует на меня умиротворяюще, - теперь ты не просто человек, ты оборотень, а у нас все совсем иначе. Мы живем инстинктами, мы поддаемся своей природе.

Я прикрываю глаза и поддаюсь его приятному голосу, все-таки он жутко привлекательный. И знает это!

Кириан мягко, еле весомо касается моих губ, а затем проводит ладонью по талии:

– На нас сейчас действует зов, это сильная, древняя магия. Нам она не подвластна. Мы можем только принять ее…

Кириан целует мягко и нежно, ласкает языком мой рот, я в ответ ласкаю его, чуть прикусываю нижнюю губу. И еле слышно постанываю, прижимаясь к его телу.

Приятная нега охватывает мое тело, усталость уходит, я будто наполняюсь энергией.

– Ты чувствуешь? – Шепчет Кириан.

И я чувствую, но конечно же признаваться ему никто не собирается. Еще раз целую в ответ, желая насытится поцелуем, которого мне так мало.

– Ничего не чувствую, - я отстраняюсь и тяжело дышу.