Вы, как сон или виденье...

Biffiy

Пока Алёшка рассказывал, Майя чувствовала на себе пристальный взгляд Катерины Васильевны. И. когда ребёнок ушёл играть в другую комнату, она спросила Майю.

– А как твои дела? Как праздник? Было весело?
– И чуть помедлив, добавила.
– А он был?

– Было весело... И он там был. - Спокойно ответила Майя. Но старушка поняла, что что-то случилось на этом торжестве, и не стала вызывать её на откровение.

Майя была за это благодарна. Исповедоваться в эту минуту она не могла. От части, в этом

был виноват Алёшка со своим «новым другом», так называл он сына Катерины Васильевны.

Да и имя его «Влад», тоже внесло не малый трепет в её душу.

Позднее, когда Алёшка, вымытый и уставший после долгого дня, уже лежал в своей постели и наблюдал, как готовится ко сну Майя, он спросил.

– Мама, как жаль, что у нас нет папы. Он носил бы меня на плечах.

Майя замерла. Она и представить себе не могла, что ребёнок об этом мечтает.

– Что же делать, Алёша?
– Ответила она.
– Нет у нас папы, и не думай об этом. Не мечтай зря. Думай лучше о завтрашнем дне. Мы пойдём к Алёнке. А потом все вместе пойдём в парк, кататься на санках со снежных горок.

– Как здорово, мама!
– Вскликнул ребёнок и сел на кровати.
– И мы будем долго, долго кататься.
– Продолжал мечтать он.

– Долго, долго.
– Заверила его Майя, укутывая одеялом.

– И всё же жаль, что у нас нет папы. Он пошёл бы вместе с нами.
– Это были последние слова засыпающего Алёшки.

Майя тяжело вздохнула и задала себе вопрос: - «На что ты надеешься, Майя?»

«Ни на что»!
– Тут же захотелось заверить себя, но сердцем она почувствовало совсем другое. А праздник Оли и Вовчика её в этом убедил... Влад ревновал! И ревновал её к Юре. Майя заметила это во время танца с Юрой и потом в течение всего вечера. Иногда ей даже хотелось подойти к Владу и успокоить его. Но уверенности в ней не было. Она не верила ни ему, ни себе...

Влад еле дождался возвращения Оли и Вовчика. Они уезжали на две недели на родину к Оле, что б жених мог получить согласия родственников невесты на брак.

Эти две недели были очень тягостными для Влада по многим причинам.

Первой причиной была ступня Дарьи Михайловны. Она жаловалась на боль и, в конце концов после рентгена, врачи обнаружили у неё микротрещину, которая стала расходиться. Пришлось наложить гипс.

Второй неприятностью был звонок Сани. Она радостно сообщила ему, что скоро приедет в Россию и будет рада продолжению их знакомства. В конце разговора, она пригласила Влада к себе в Венецию. Влад молчал об этом звонке, тем более, что Сани ничего не сказала о Светлане.

После звонка, Влад долго не находил себе места. Он чувствовал, что Сани что-то не договорила и что-то очень важное, которое касается Светланы.

Но всё это было для Влада полбеды. Главная причина его беспокойства была в другом.

В первый же понедельник, после обручения его друзей, Влад, после работы, отправился к дому Майи. И какой же был ужас, когда

он, подойдя к дому, не вспомнил её подъезд! А дом был большой, и подъездов в нём было двенадцать. Влад прошёл весь двор, но ничего не вспомнил. Он вернулся домой совершенно растерянным. Влад ходил к дому Майи ещё много дней, но все его поиски были напрасными.

И вот, наконец Вовчик вернулся. Влад так этому был рад, что долго не выпускал друга их объятий. Вовчик был этим растроган.

– Друг, если б я знал, что ты меня так ждёшь, я бы вернулся гораздо раньше.- Сказал он Владу.

Влад улыбался. Он был счастлив. Он чувствовал, что теперь будет всё хорошо. Душа его освободилась от тягостных мыслей и пела. Он лихорадочно думал, как бы побыстрее, и невзначай спросить Вовчика об Оле и Майе.

Меж тем Вовчик рассказывал друзьям о родителях Оли. Его рассказ был красочным, но коротким, так как начальник отдела прервал его постукиванием своего карандаша о свой конструкторский стол.

Продолжение рассказа пришлось перенести на вечер. И Влад пригласил друзей к себе домой на «парнишник». Он не стал звонить Дарье Михайловне и предупреждать её о приходе друзей. Неугомонная старушка сразу же начала бы готовить ужин, позабыв о загипсованной ноге. Влад её пожалел.

Но какого было его удивление, когда, придя домой вместе с друзьями, он нашёл тёщу на кухне, жарившей целую сковородку котлет.

– Володенька, ты же сам мне сказал, что Вовчик сегодня возвращается. Я была уверена в том, что ты приведёшь его к нам в гости. – Улыбаясь, сказала Дарья Михайловна.- Разве я не права?

Вовчик подошёл к старушке, поцеловал её и ответил за Влада.

– Ну, и чутье у Вас, Дарья Михайловна! Просто замечательное снайперское чутьё! Особенно в смысле котлет. Я их так люблю, так люблю... Ну, простоя ужас, как люблю. И непременное все их съем. А, если Ваш зять будет Вас донимать глупыми вопросами, то котлет он не получит. Не дадим!

– Пущай голодает!
– Добавил эстонец Володя и тоже поцеловал старушку в щёку.

Дарья Михайловна рассмеялась, стыдливо краснея от объятий и поцелуев.

– Хватит обольщать мою тёщу.
– Успокоил друзей Влад.
– А то ещё она Вас полюбит больше, чем меня. Видишь, сколько котлет нажарила?!

– А у меня ещё пирог в духовке стоит. Сладкий, твой любимый. С яблочным вареньем.
– Обратилась она к Владу.

– Так чего же мы тут стоим?!
– Разом в один голос воскликнули все три Володи, рассмеялись, и стали быстро раздеваться.

Когда они уже были за столом, Дарья Михайловна, наблюдая за их нетерпением, с грустью сказала.
– Я всю жизнь мечтала иметь много детей, но Бог не дал. А как было бы хорошо иметь три сына, похожих на Вас.

Она поставила на стол сковороду с котлетами, достала тарелки и вилки. Володя порезал хлеб. Вовчик сервировал стол. Один Влад не принимал ни в чем участия. Он наблюдал и радовался той весёлой обстановке, которая сложилась между ними.