Вверх. Шаг за шагом
Шрифт:
Княжна фыркнула:
— Вы принимаете его актерскую игру за чистую монету.
— Тогда ему не перед кем было играть.
— Если долго носить маску — она прилипает к лицу, — парировала княжна, — на самом деле он просто марионетка островитян. Будучи молодым человеком он долго гостил у их короля, что немудрено, ведь они родственники. Там он, очевидно, попал под их влияние. В этом нет ничего плохого, но великий князь настолько увлекся островной культурой, что искренне уверился в её превосходстве над отечественной. Допустить к трону такого наследника Его Величество,
Вадим посмотрел на великого князя и ощутил укол ничем не обоснованной ревности. Наталья усмехнулась.
— Пойдёмте выкажем почтение будущему наследнику престола Империи.
Константин стоял в окружении своей свиты и принимал приветствия от придворных, выстроившихся для этого в очередь строго согласно табели о рангах. Причём скорее неформальной, чем официальной. Княжна уверенно обошла большую часть очереди и они с Вадимом предстали перед великим князем. Константин пожал руку мнимому Валицыну, дружески улыбнулся.
— Скажите. Князь, вы знакомы с методами принуждения рабочих к труду, применяемых на землях Островного Королевства?
— Ну что вы, ваше Императорское Высочество! Вы хотите поговорить об этом на балу? — Валицына попыталась, как ей казалось, спасти Вадима.
— Я читал об этих методах, — сказал он.
— И как вы их находите?
— Думаю, следует понаблюдать за ними повнимательнее. Если они покажут свою эффективность, их можно будет внедрять и у нас.
— Да что там цацкаться с отребьем! — воскликнул один их новых друзей великого князя. Судя по нездоровому блеску глаз, он принимал что-то отличное от подаваемого на балу шампанского, — Пару ударных батальонов в боевом строю сомнут толпу бунтовщиков любого количества!
Его одобрительными возгласами поддержала свита наследника. Не все возгласы показались Вадиму искренними.
— А вы знаете, сколько у меня на заводах людей работает?
Это заговорил Домидов. Он в сопровождении Вороновой подошёл к беседующим. Вадим заметил, что вокруг них незаметно собрался цвет имперской аристократии, и даже Император с Императрицей стояли неподалёку.
— Да какая разница, сколько их там! Вы их боитесь, что ли?
— Предлагаете воевать с собственным народом? — спросил Вадим, — Проигрыш, само собой, неприемлем, но и победа нас уничтожит. Нас просто некому будет кормить.
Великий князь одобрительно улыбнулся. Воронова скользнула по Вадиму холодным как у змеи взглядом.
— Нет господа, — сказал наследник, — история учит нас, что воевать с народом дело неблагодарное, да и постыдное. Не те сейчас времена, на крестьян как на скотину безмолвную и покорную смотреть. Запрет на продажу человеческих жуш не даром ещё мой дед отменил.
Он заложил руки за спину и начал вещать:
— Я считаю, что проявивших непокорство следует не смертию карать, а исправлять. Для того неплохо бы было учредить соответствующие заведения, где полезный труд и пастырское слово поможет мятежным умам
Все слушали его как заворожённые. Лишь Вадим смотрел по сторонам. Он видел, что неподалеку стоит непонятно как пробравшийся сюда господин, строчащий сейчас в блокнот. Наверняка речь великого князя уже сегодня окажется в газетах. Самое время для покушения. Великий князь, наследник престола, перед высшей аристократией Империи защищает крестьян и рабочих. А неблагодарные радикалы нанесут в этот момент удар. Тем самым, князь, чудом спасшийся, станет героем, а радикалы потеряют поддержку в обществе.
Он увидел как Воронова шевелит пальцами, меж которых словно сплетается клубок тёмных нитей. Что бы она ни задумала, надо её остановить. Пользуясь тем, что все увлечены речью великого князя, он тихо подошёл к Вороновой сзади, схватил за запястье руки. Которой та творила волшбу и резким движением поднял её.
— Измена! — выкрикнул он слово, издревле побуждавшее обитателей роскошных дворцов немедленно приступать к решительным действиям. Поднялась жуткая суматоха. Свита великого князя прикрыла его своими телами, неведомо откуда появившиеся гвардейцы выводили из зала императорскую чету.
— Ты что творишь, мразь! — прошипела Воронова. Если бы сейчас она показала раздвоенный язык, Вадим бы решительно не удивился, — Какая измена!? Он лжёт!!!
— Нет. Князь говорит истинную правду. Вы только что пытались покуситься на жизнь Его Императорского высочества. Отличная работа, князь.
Сухонький старичок, вся грудь которого была усыпана почетными орденами, встал рядом с Вадимом.
— Я наблюдал за вами, и готов подтвердить сказанное под присягой. Думаю, Его Величество прислушается к моим словам. К тому же, мой сын выследил вашего наймита из радикалов. Вот он, собственно.
Молодой светловолосый парень крепко держал человека с неприметной наружностью.
— Павел Петрович, вы как всегда на высоте, — промурлыкала Валицына. Она теперь полностью переключилась на светловолосого. Тот передал задержанного подоспевшим гвардейцам и учтиво поклонился княжне. Похоже, это сами Плечеевы, понял Вадим. Никто другой просто не имел права титуловаться князем при живом отце.
— Вы тоже не сплоховали, — протянул он руку Вадиму, — прошу пройти со мной. Надо обсудить некоторые детали.
Они покинули зал. В котором гвардейцы пытались восстановить хоть какое-то подобие порядка. Когда за Вадимом закрылась дверь, Павел Плечеев повернулся к нему. В его руке заплясал водяной шар. Учитывая, что юный князь едва ли не самый сильный маг Воды в Империи. Угроза было более чем очевидной и недвусмысленной.
— А теперь, — сказал он, — говорите, кто вы такой?
— Я… — в голове Вадима мысли понеслись вскачь. Надо потянуть время, что-то придумать…
Плечеев поднял руку.
— Не трудитесь. Я знаю, что вы не князь Валицын. Он сейчас лежит без сознания. Его прокляли. Дело в том что с моим отцом не так давно произошло почти то же самое. Так что сейчас над ним колдует лейб-медик Его Величества. Вы один из них? Отвечайте!