Втроем в будущее
Шрифт:
Официант принес их заказ. Анна-Лиза принялась за свою лапшу. Обычно она любила это блюдо, но сегодня почти не чувствовала его вкуса. А Доминик слишком нервничал, чтобы есть.
Закончив есть, они отправились в галерею. Анне-Лизе было трудно молчать. Даже тихая обстановка и картины любимого художника не успокаивали ее.
Они остановились возле одной из любимых картин Анны-Лизы.
— Она прекрасна, — произнес Доминик.
— Я тоже так считаю. Видишь детей, которые бегают по мосту и кидают в воду камешки?
— Нет. Я вижу тихий
— Расскажи о своих выходных, — попросила Анна-Лиза, когда муж замолчал.
Доминик огляделся, взял жену за руку и увел к другой картине.
— Они оказались интереснее, чем я ожидал. Сначала я поехал в дом, где прошло мое детство. Я не узнал его. Там все изменилось. Потом я поехал к отцу. Мы поговорили. Он удивил меня, сказав, что однажды попытался получить место в театре в Нью-Йорке.
— Но его не взяли?
— Верно, и он не стал больше пытаться.
— Плохо. Могу поспорить, что со временем он бы устроился куда-нибудь.
Похоже, ему проще валить все на обстоятельства, чем на собственную инертность.
— Так же как проще винить кого-то другого в том, что у него появился ребенок? — осторожно начала Анна-Лиза.
— Мне сложно говорить об этом, Анна-Лиза. Но я дал себе клятву и сдержу ее. Ради тебя и меня. Ребенком я часто слышал, как отец корил мать в том, что появился я. И только сейчас я понимаю, что не во мне причина того, как он прожил свою жизнь. Я был просто удобным оправданием. Интересно, что бы он говорил, если бы мама не забеременела.
Анна-Лиза не понимала, к чему он ведет. Значит ли это, что Доминик не будет считать малыша обузой, как это делал его отец?
— Я должен был сказать тебе о своей женитьбе, когда мы встретились впервые. Прости, что не сделал этого.
— Но почему ты не сказал? В самом начале я не обратила бы на это большого внимания. А после стольких лет молчания… Я начала задумываться, достаточно ли мы с тобой близки, чтобы делиться всем?
— Я хотел забыть о первом браке. Сделать вид, будто его и не было. Стереть из жизни двенадцать месяцев, как будто у меня за плечами нет тяжелого груза. В то время для меня это было важно. Быть таким же беззаботным, как другие студенты. Ты можешь это понять?
— Могу, но ты мог бы открыться мне, когда мы обручились.
— Ты была молода и полна энтузиазма и оптимизма. И я не хотел, чтобы мое прошлое легло тяжким грузом и на тебя. А потом мы стали жить вместе, и я так и не нашел подходящего момента, чтобы рассказать тебе все. С каждым днем прошлое уходило все дальше и дальше, и я стал думать, что оно уже не настигнет меня.
— Пока моя беременность не всколыхнула его?
Доминик кивнул и подвел жену к другой картине. Но оба смотрели друг на друга.
— Да. Лишь только я узнал о том, что ты ждешь ребенка, я тут же вспомнил, как боролся с судьбой. И как ужасно я себя чувствовал в результате. Разве можно отказываться от ребенка? Что я за монстр после этого?
— Ты не
— Я ездил к Филис в эти выходные.
— Ты говорил.
— Она замужем и растит двоих детишек. И счастлива в браке.
Еще одна пара подошла к картине. Доминик с Анной-Лизой ушли в другой зал. Там стоял всего один человек, изучающий очередной шедевр Моне.
Анна-Лиза остановилась подальше от мужчины и понизила голос.
— Ты говоришь о счастье Филис с удивлением. Если бы ты спросил меня пару месяцев назад, я бы сказала, что и ты счастлив. Почему Филис не может быть счастливой?
— Самое забавное в том, что она вышла замуж за парня, с которым мы оба были знакомы еще в школе. Она уже тогда ему нравилась, но мы об этом не знали. Потом мы развелись. Филис в одиночестве переживала потерю ребенка, и вот тогда-то и появился он. Год спустя они поженились. Ее старшему мальчику два годика. А недавно у них родилась дочка.
— Зачем ты поехал к Филис?
— Не знаю. Чтобы поставить точку, наверное. И получить прощение за свой грех — за то, что в мыслях отвергал ребенка.
— И ты получил все это?
— Больше того. Было странно увидеть Филис такой счастливой. Я помню, как несчастна она была, когда мы были женаты. А глядя на нее сейчас, я вспомнил, как были счастливы мы с тобой, Анна-Лиза. Сразу после встречи с Филис я пошел на кладбище. Я ведь так и не видел надгробье. Никто не виноват в смерти нашей малышки. Просто так уж вышло. Филис рассказала, как боялась, что ее беременности закончатся также, но родила двоих здоровых детишек. — Доминик сделал глубокий вдох. — Она ни в чем меня не винит.
У Анны-Лизы потеплело на сердце. Она сжала руку мужа.
— Ты ведь и сам всегда знал, что ни в чем не виноват.
Мужчина покачал головой.
— Не я подал на развод — Филис. Сказала, что не хочет ехать со мной туда, где я хотел бы жить. Ей больше нравилась тихая жизнь в деревне. И теперь ее желание сбылось. И ее дети будут ходить в ту же школу, где учились мы.
— Этот визит что-нибудь изменил для тебя? Или ты до сих пор жалеешь, что я забеременела?
— Мы не думали заводить детей, — начал Доминик издалека, — но теперь все не так. Не знаю, какой из меня получится отец, но постараюсь, чтобы не самый плохой.
Надежда начала зарождаться в душе Анны-Лизы.
— Я знаю одно, — продолжал мужчина, — мы должны сохранить наш брак.
Анна-Лиза смотрела на их сплетенные руки и не знала, получится ли это у них.
— Как? Похоже, у нас разные цели.
— Значит, надо сблизить наши цели так, чтобы в конце концов они слились в одну. Я хочу здоровенького малыша. Думаю, что и ты тоже. Это хорошее начало, правда?
— Хорошее. Но разве этого достаточно? Что, если у нас наступит еще один кризис и ты снова испугаешься?