Вторжение
Шрифт:
– Понятно… И все же, ваше величество, не считаете ли вы, что будет разумнее сдаться?
– Сдаться? – приподнял брови теперь уже король. – Серым?
– А разве серые не люди?
– Люди, конечно. Но мне странен такой вопрос, ваше высочество. Разве вы уже позабыли, как обошлись эти люди с вашей семьей? Вы хотите, чтобы Владеку постигла судьба Симбаларя?
– Но к чему может привести бессмысленное сопротивление?
– Возможно, и ни к чему. Если бы серые обошлись с вашей Ларией мягче, я бы, возможно, и обдумал бы возможность сдачи.
Принцесса Гвениола Янтарновласая закусила губу и раздраженно постучала пальцами по столешнице. Рокушский король опер подбородок на ладонь, бросая намекающие взгляды на неоконченное письмо в пишущей машинке.
Однако принцесса намека не поняла. Или сделала вид, что не поняла. Она откинулась на спинку стула и широко потянулась, кладя ногу на ногу. Легкий халатик, и без того весьма фривольного покроя, распахнулся совершенно, но хозяйка не сделала ни единого движения, чтобы его поправить.
– А что, ваше величество, скоро ли стоит ожидать возвращения наших союзников? – неожиданно спросила она.
– Об этом вам лучше узнать у маркизы Ли, – вежливо сказал Обелезнэ. – Но сколько мне ведомо, ей это тоже известно только приблизительно.
– А какого размера и сорта будут подкрепления, которых вы ожидаете?
– Пока сложно сказать определенно, – уклончиво ответил король.
– А как скоро обещает появиться здесь владыка Тивилдорм?
– Мне это совершенно неизвестно.
– А что насчет кентавров? – не унималась принцесса. – Вы считаете, они в самом деле откликнутся на вашу просьбу?
– Я наблюдаю в вас сегодня неожиданный интерес к политическим событиям, ваше высочество, – мягко улыбнулся Обелезнэ. – Чем это вызвано?
– Ну, меня просто замучила бессонница, и я решила занять себя познавательной беседой… я ведь вам не мешаю, ваше величество?
– Надо так понимать, что маркиз Змекелен вам уже прискучил?
– Этот франтоватый чурбан? – фыркнула принцесса. – О, в спальне и за игорным столом он весьма хорош, грех жаловаться! Но сегодня меня не интересуют игры – ни карточные, ни любовные.
– Понимаю, – открыл ящик стола король. – Ну, раз уж вы сегодня настроены на такое необычное времяпрепровождение, я покажу вам еще одну интересную вещицу… а вот и она. Вам известно, что это такое?
На стол лег небольшой, но очень тяжелый медальон из потемневшей меди. На одной стороне красуется что-то вроде герба – восьмиконечная звезда с закругленными концами, пересекаемая надломленной стрелой. На другой – руническая надпись.
Раскрыв медальон, Обелезнэ Первый продемонстрировал тонкий кристалл, похожий на кусок мутного хрусталя. Потускневший, треснувший, довольно невзрачный.
– Венефирмит Искашмира!.. – не выдержав, подалась вперед Гвениола. – Но откуда он у вас?.. что такое?.. что вы делаете, ваше величество?!
– Я так и думал, – поднялся из-за стола король. В его руке блеснул тяжелый двуствольный пистоль. Модель «Слепошар» – при выстреле в упор разнесет
– Что?.. – растерялась Гвениола. – О чем вы говорите, ваше величество?!
– Отвечайте на вопрос, пока у меня не закончилось терпение. Кто вы такая?
– Вы сошли с ума?! – прижалась к спинке стула принцесса. – Ваше величество, я решительно отказываюсь понимать…
– Этот медальон был снят с трупа главы серых колдунов двадцать два года назад, после битвы в Дорилловом ущелье, – спокойно произнес Обелезнэ. – Кристалл внутри был вынут из его мертвых пальцев. Все эти годы он хранился здесь – сначала у моего отца, потом у меня. Никто, кроме нас двоих и генерала Лигордена, который его и нашел, не знал о его существовании. И даже мы трое не знали, как этот предмет называется. Вы назвали его венефирмитом. До этого я никогда не слышал слова «венефирмит». Вы сразу узнали, кому он принадлежал. Значит, вы видели его прежде. Но этот медальон двадцать лет не покидал ящика стола, и настоящая принцесса Гвениола совершенно точно никогда его не видела. А теперь отвечайте, кто вы такая!
Принцесса внимательно посмотрела на невыразительное лицо собеседника. Почему-то у нее не возникло сомнений – король спустит курок, не моргнув глазом.
– Подловили все-таки… – закусила губу Гвениола. В ее глазах заплясали ехидные огоньки. – Ловко, ваше величество, ловко… Хотя вам повезло, что на моем месте не оказался кто-нибудь помоложе – из тех, что не помнят моего покойного мужа и его венефирмит…
Обелезнэ моргнул.
– Зеньора… Руаха, если не ошибаюсь?.. – очень осторожно сказал он.
– Ну, отчасти, – кивнула та. – Мое дряхлое тело по-прежнему в Промонцери Альбра, поэтому я заняла это… вместилище. Молодое, крепкое и очень привлекательное тело – я уже давно собиралась переехать, да все откладывала…
– А где же… настоящая владелица?
– Здесь же, здесь. Пока что. Эта глупенькая девочка мне еще нужна… ну, точнее, не она сама, а ее память. Кстати, вам известно, что зеньорита Гвениола не весьма высокого о вас мнения? Если точнее, она полагает вас «скучным неинтересным трудоголиком».
– Не стану спорить с очевидным – я такой и есть, – безразлично пожал плечами король. – Так значит, вы воспользовались памятью принцессы, чтобы выдать себя за нее?
– Именно.
– Ваша работа была небезупречна. Я сразу заподозрил неладное, когда вы принялись расспрашивать меня о принятой в Рокуше тактике. Принцесса Гвениола никогда не проявляла интереса к столь приземленным материям. Уговоры сложить оружие и расспросы о союзниках окончательно утвердили меня в мысли, что с вами не все в порядке. Вы назвали колдуна Тивилдорма «владыкой», хотя принцессе не должно быть известно, каков его правильный титул. И вы пропустили мимо ушей то, что я назвал герцога Змекелена маркизом – принцесса весьма ревностно относится к таким вещам и обязательно меня бы поправила. В общем, медальон я показал уже для окончательной проверки.