Вторжение
Шрифт:
Николай уже откровенно засмеялся.
– Но очень старается им стать. – И тут же убрал улыбку. – Все правильно делают. Первая моя фирма, где на вахтах лодырей, лоботрясов, алкашни и бешеных росомах не попадалось. С подбором кадров в «Гермесе» все в порядке. Если на слово поверишь. Пройдешь куратора – сам всё увидишь. – И тут же деловито уточнил: – Насчет синевы не сильно падок?
Я безразлично развел руками:
– Пивка под настроение не прочь, водочка тоже бывает, но свою норму знаю.
– Это хорошо… Любителей синьки у нас не держат.
– И рекомендовавших их тоже?
Николай
– Да, так и есть. Ты, я так вижу, уже предупрежден.
Я кивнул. Николай продолжил:
– Жестко, но тоже правильно. Сейчас не социализм. Я на вахту еду деньги зарабатывать, а не за дармоедов работать. Каждый должен сам свою краюху отрабатывать.
Тема себя исчерпывала, и я предпочел перевести разговор. Психологический портрет собеседника у меня уже сложился.
– Куда набирают, не в курсе?
Николай снова остро на меня глянул и скривился в ухмылке:
– Слухи разное доносят. Сплетничать не буду. Если повезет, нам как раз сегодня и расскажут.
Разговор прервался, на чайном столике вскипел чайник, потом следовало успеть помыться, побриться и позавтракать, впереди был весьма напряженный день.
За столом кабинета, куда меня пригласили на собеседование, сидели двое в хороших костюмах с открытыми папками перед собой. Первым был сухощавый мужчина в возрасте, которого я, едва глянув, определил тем самым куратором проекта, которым меня в хостеле пугали. Вторым была матерая такая оперская рожа, от которой за версту несло службой безопасности и полковничьими примерно погонами висящего в шкафу старого кителя. Цвет кителя беглым взглядом не определялся. Пред их очами в очереди я был шестым.
– Здравствуйте. Седых, Сергей Алексеевич, на собеседование прибыл.
РПН, он же руководитель по направлению, и безопасник переглянулись. РПН кивнул в сторону стоящего перед ними стула.
– Присаживайтесь. – Оба зашелестели моими бумажками.
Я ждал.
– Итак, Сергей Алексеевич. Вы хотите устроиться к нам в компанию на должность…
Я закончил за него фразу:
– Водителя.
– Простите, а почему, с вашей биографией, вас интересует именно эта должность, а не допустим сотрудника службы безопасности компании?
– Потому что мне нравится эта работа, а веревка на шлагбауме – нет.
Наблюдающий за мной безопасник на секунду скривил губы в подобии улыбки:
– У нас нет веревок на шлагбауме, везде одни кнопки и видеонаблюдение.
Я равнодушно пожал плечами.
– Без разницы. Тут имеет значение ещё и денежный вопрос. Водители хотя и работают, но всегда больше получают.
Куратор улыбнулся, видимо, мой спокойный ответ ему понравился.
– И вы считаете, что ваша квалификация позволяет вам занять данную должность?
– Безусловно.
– Не объясните нам почему?
Вздохнув, я начал вспоминать ранее подготовленную речь.
– На контракте первые четыре года я был водителем, командиром автомобильного отделения и заместителем командира взвода, далее два года – старшиной ремроты. За это время получил опыт вождения, эксплуатации и ремонта большинства типов автомобилей, имеющихся в Российской
2
Многоцелевой тягач легкий бронированный.
– У вас, я вижу, высшее техническое образование? – задал вопрос, внимательно слушавший и попутно деланно изучавший мое дело безопасник.
– Да, инженер-строитель, промышленное и гражданское строительство. Скан диплома я отправлял.
– И вас не интересует должность ИТР?
Настал черед улыбаться уже мне.
– Должность-то меня принципиально, может, и интересует, но кто ее мне без стажа работы по специальности сразу даст? Вы… вряд ли. Опять же, знания надо восстанавливать. Водитель ближе, проще и надежнее. По крайней мере пока. Хотя бы чтобы поручителя не подвести.
Собеседники переглянулись, безопасник удовлетворенно кивнул и задал мне еще один вопрос:
– А почему в армии на офицерское звание не аттестовались?
– Под сердюковские [3] реформы попал, ходил старшиной, пока прапорщиков не восстановили. А дальше уже сам не захотел, не в моем возрасте лейтенантом ходить.
– Расточительно…
Я пожал плечами, не желая поддерживать данную тему разговора. Отдавший инициативу безопаснику, РПН заинтересовался сказанным.
3
Сердюков А. Э. – министр обороны РФ с 2007 по 2012 г.
– Вы сказали, что командовали ремонтным взводом… И какова специализация?
– Сначала колесная и гусеничная техника, далее командир артиллерийского ремонтного взвода. Комбриг решил, что я там нужнее.
– Понятно, – РПН удовлетворенно кивнул.
– Вы, я так вижу, награждены, участвовали в боевых действиях? – Разговор вновь перехватил безопасник.
– Так точно, и в милиции, и в составе вооруженных сил.
– И где же? – вопрос почему-то задал куратор, а не представитель службы безопасности.
Я пожал плечами.
– Про вооруженные силы, не уверен, что имею право говорить. В ОМОНе две командировки на Северный Кавказ, оперативником – одна.
Безопасник усмехнулся:
– Не хотите, не говорите.
У меня складывалось мнение, что про свои боевые командировки мог ничего не говорить. Все, что ему нужно, он знал про них если не до начала нашей беседы, то посмотрел сейчас.
– Меня больше интересует, почему вы предпочли погоны офицера милиции погонам сержанта-контрактника.