Вторжение
Шрифт:
— Денис, опаздываешь. Я уже связался с Семакиным, он собирает своих бойцов. Договорились встретиться у станции метро «Рижская».
— Почему Семакин? — поинтересовался почему-то у меня Петр. Я кивнул на Андрея. Тот пожал плечами, взглянув на своего напарника:
— Распоряжение Центра. Без понятия, почему сменили состав. Лоза-то свободен.
Запрыгнув на заднее сиденье джипа, я уточнил:
— У Семакина крыша едет, и наши хотят устроить ему нечто вроде разрядки — сбросить пар. Так что нам предстоит играть роль наблюдателей — пускай веселится. Только об этом никому! — я прижал палец к губам.
— Ясно…
— Принято…
Двигатель низко заурчал,
— Слышишь, чем пахнет? Вроде как жмотом…
Я поморщился — совсем забыл о том, что можно было бы угостить блинами своих ребят. Те, в отличие от меня, питались в столовой, как и все Офицеры — каши, консервы да галеты, вот и вся еда. Пассия Андрея, к которой он периодически ездил ночевать, готовить то ли не умела, то ли не хотела, и он завидовал белой завистью, подкалывая меня при каждой удобной возможности.
В итоге, вместо того, чтобы заняться делом и обсудить предстоящую миссию, мы всю дорогу перешучивались.
На условленном месте, по соседству с одним из блокпостов, нас ожидала группа поддержки во главе с полковником. Я, кстати, как был майором, так им и остался. Не знаю, зачем так нужно — подозреваю в этом один из многочисленных социальных опытов Маршалла, которые он постоянно проводит. Ситуация, которая сложилась вокруг меня перед третьей волной — всеобщая нелюбовь — так же была его экспериментом. Кругом творилось слишком много безумия, на фоне которого подобные мелочи просто терялись.
Полковник выступил вперед, протянув руку:
— Денис.
Я крепко пожал ее: несмотря на то, что стоящий передо мной человек не утруждал себя соблюдением принятых в Центре правил хорошего тона и не скрывал своей Ауры, я не испытывал по отношению к нему негатива. Он был надежен, всегда четко следовал указаниям и мог проявить инициативу в нужный момент. Не самый плохой набор качеств для защитника, если что.
— Добрый день. Ну что, музыканта ловим? — я улыбнулся пузану. Вот, кстати, что странно — все измененные подсознательно стремились к некоему идеалу самих себя: нарастить объем мышц, сбросить лишний вес, здоровье в целом подтянуть — это происходило с любым человеком, и было нормой. Майор — уж насколько шарообразным он был, и то привел себя в порядок. Семакин отчего-то не занимался этим: то-ли специально, то ли не считал нужным что-то менять?
— Певец опасный противник. Знает как минимум пять заклятий, все с магическим элементом, из них одно быстрое — выглядит как струя огня. Бьет далеко, метров на двадцать, машину режет пополам как нож масло, — он хищно оскалился, — я за этой тварью третий рейд гоняюсь, шесть бойцов потерял, так что успел выучить все его грязные трюки.
Я поставил галочку напротив Демона, известного как Певец. Трижды уходить от достаточно опытной команды защитников дорогого стоит — не нужно недооценивать эту особь:
— Выходит, у тебя с ним личные счеты?
— Можно и так сказать…поэтому у меня к тебе будет просьба. Оставь его мне. Просто не позволяй ему вырваться — прикончить его должен я сам, лично!
Создав видимость напряженной работы мысли, я с некоторой задержкой кивнул ему:
— Договорились. Расскажи больше о нем: какие заклинания использует, какой тактики придерживается, каких от него стоит ждать сюрпризов — все! — я помахал рукой апостолам — выслушать Семакина будет не лишним.
Офицер прикрыл глаза, вспоминая детали своего знакомства с ним:
— Дай-ка подумать… Нападает наскоками — атакует, и тут же отступает. Редко когда вступает в продолжительное сражение. При
Я удовлетворенно кивнул: подсмотренная мной пару месяцев назад способность распылять вокруг себя облако Ауры для блокирования некоторых атак многим пришлась по душе, и была доступна практически всем измененным — даже не Офицерам.
— Двигается быстро — я его догнать не в состоянии. Неплохо скрывается — нужно постараться, чтобы найти эту тварь, когда она того не желает. Атакует обычно быстрой атакой, Ауру использует редко. Насчет ментала — предпочитает грубые, силовые техники: внушает чувство страха, тревоги…пару раз смог спровоцировать меня на магию, сученыш… Может создавать энергетических паразитов, которые довольно быстро оттягивают энергию из Ауры — редкостная гадость…одно радует — они уязвимы к любым воздействиям: можно их уничтожить хоть ментальной атакой, хоть магией, хоть простой палкой, напитанной сырой энергией. — полковник взмахнул рукой, и от его Ауры будто оторвался небольшой лоскут, тут же принявшийся кромсать мою энергетику. Забавное умение, но…лажа какая-то, если честно.
– «УМРИ!»- короткий мысленный приказ развоплотил создание, и я кивнул Семакину, предлагая продолжать инструктаж.
— Пару раз Певец использовал воздушный пресс, вроде того, который Жора делает, — он указал на парня рядом с ним.
Пресс я освоил с месяц назад — довольно популярное заклятье у демонов третьей волны — но не особо активно использовал его, в первую очередь из-за бестолковости — конечным эффектом заклятья был мощный толчок плотной воздушной волны. От подобного не то, что у Демона — даже у меня проблем не будет. Разве что удастся подгадать момент, и размазать соперника по стене. Я поглядел на Жору — у того изо лба, прямо под линией роста волос выступали два небольших рога — одна из самых популярных мутаций среди Офицерского состава. Процентов тридцать защитников могли похвастать костяными образованиями на голове: кто двумя, а кто и побольше. Эланиэль считала, что рога могут быть признаком личного могущества, но я был с этим не согласен — у меня же они не росли!
— Само собой, эффект у Демона посильнее будет — сминает машину в лепешку, но увернуться от этой атаки не составляет труда. Насчет защиты — использует такую же, как у тебя радужную броню… — Семакин посмотрел на меня, и я ощутил, как по его Ауре пробежала рябь от испытываемой зависти.
Далеко не все заклинания были доступны для изучения…точнее не так — изучать-то можно было их все, но тут вставал вопрос способностей людей к их постижению: обладающие недостаточно качественной энергетикой Офицеры не могли воспринять все аспекты некоторых заклинаний, а, соответственно, и изучить их. Радужная броня оказалась одним из таких — во всем сопротивлении на территории Центра ей овладели только два Офицера: это я, и полковник Лазутин, более известный как Лоза. Он не вылезал из рейдов, с жадностью изучая новые заклятья: правда, у его радужной брони был дефект: сразу после использования он должен был присесть и покурить. Именно такие два условия — сесть, и покурить. Хотя бы на секунду и одну затяжку — без этого броня просто рассыпалась. Так что иногда можно было увидеть, как перед очередным рейдом он сидит где-то в уголке и матерится, сжимая в зубах сигарету. Тем временем Семакин огорошил меня: