Вторжение

Герасимов Никита

— Это аналог «лазера». Будет стрелять до тех пор, пока в Ауре есть энергия, реагирует на мысленные команды. — я присмотрелся к стоящим передо мной Офицерам, выбирая наиболее подходящего для моего следующего номера индивида:

— Ты, — я ткнул в парня с пирсингом на губе пальцем, — шаг вперед.

Дождавшись выполнения команды, я шагнул навстречу, и обратился к остальным, с азартом взирающих на нас:

— Сейчас я вам покажу, что должен иметь любой уважающий себя Офицер. Мозги. — я взглянул на стоящего передо мной парня:

–

«НЕ СМЕЙ ДАЖЕ ПРИКОСНУТЬСЯ КО МНЕ!»

— Стукни меня вот сюда, — я ткнул себя большой пальцем в грудь, — не волнуйся, я разрешаю.

Лейтенант ухмыльнулся, и замахнулся рукой с такой решимостью, что на мгновение в моей голове появилась мысль о провале этой затеи. Но…секунда, другая — а шумно пыхтящий лейтенант так и стоит в шаге передо мной с занесенным кулаком. Я осмелел — идея увенчалась успехом:

— Ну же, ударь меня, я не против!

– «ТЫ НЕ МОЖЕШЬ МЕНЯ УДАРИТЬ!»

Наблюдать за потугами борющегося с самим собой Офицера, конечно, забавное занятие, но пора и честь знать:

— Расслабься, можешь опустить руку. Только что я продемонстрировал вам навык ментального контроля, которым, как я уже говорил, владеют все Офицеры. Решающий показатель тут — это сила и опыт. Я намного сильнее й опытнее, — я указал на раздосадованного лейтенанта передо мной, — поэтому могу мысленно приказать ему, и он будет вынужден слушаться, вне зависимости от его собственных желаний.

Из толпы раздался выкрик:

— А этого, который полковник, сможешь так же?

Усмехнувшись, я обернулся назад:

— Не смогу, и не буду. Взгляните на этого парня, — я хлопнул ладонью по плечу стоящего передо мной измененного:

— Не думаю, что ему понравилась та роль, которую я ему дал. Сейчас он ничего поделать с этим не может, но если расстроятся стоящие позади меня люди, — я обреченно покачал головой, — одним словом, зачем плодить себе врагов, способных за пару секунд с помощью магии пережечь сейф пополам? Это раз. И два — дело в уважении: я не стану даже пытаться манипулировать тем, кого уважаю. Вы все пока не достойны моего уважения, — я окинул взглядом неровный ряд бойцов передо мной, но не увидел отторжения — отлично!

— Вот когда станете кем-то, продемонстрируете свою полезность — тогда пожалуйста! — я развернулся и встал на свое место. На сей раз на меня смотрели с благоговением…приятно-то как!

Полковник Сухой потратил где-то с полминуты, ударив недалеко от нас каким-то мощным заклятьем со знакомым привкусом гравитации. Оглянувшись на место, куда пришелся удар, я успел заметить лишь облако пыли шарообразной формы, появившееся в метре над землей.

— Это заклятье с магической составляющей, потому подготовка заняла так много времени. — маг свел ладони вместе, будто в приветствии, и тут же резко развел их в стороны:

— Оно меняет гравитацию, и… — он снова повторил свою пантомиму, сосредоточенно глядя на свои руки. Ему на помощь тут же пришел Семен:

— В зоне применения этой магии гравитационные волны

искажаются, формируя на долю секунды гравитационный шар диаметром почти два метра, который притягивает к своим внутренним стенкам все, что находится в его центре. Человека, попавшего туда, разорвет на куски. Но для боевого применения, увы, оно мало подходит — слишком много времени для активации требуется. Однако я уверен, что рано или поздно мы сможем постичь секреты магии, и тогда человечеству покорятся и более сложные заклинания! Но давайте закончим с магией, ведь она — далеко не единственное, чем должны обладают Офицеры Центра! Перерыв пять минут, после — продолжим лекцию! — он подошел к нам, и довольно улыбнулся:

— Маршалл решил организовать обучение лейтенантов на начальном, самом важном этапе становления. Для этого будут привлекаться старшие Офицеры — и вы оказались первыми.

Сухой хмыкнул, исподлобья глядя на пополнение:

— Чтобы я стал учителем? Рассказать своим — не поверят!

Лазутин подошел к вопросу основательнее:

— И как часто нужно будет проводить эти «уроки»? У меня на это времени нет, сегодня я отправил группу без командира на патруль, потому что думал тут что-то важное…

Семен замахал руками:

— Маршалл считает подобные сборы очень важным элементом для…

— Для них! — полковник раздраженно ткнул пальцем в лейтенантов, настороженно наблюдающих за нами, — пока я тут бездельничаю, мои парни катаются по опасной территории без моей поддержки! А скоро, между прочим, третья волна! Я стал «одним из лучших Офицеров»- передразнил он начинающего преподавателя, — не оттого что с молодежью разговаривал. Короче, Сеня, без обид — но я занимаюсь этим в последний раз, уж извини.

Я удивленно проводил взглядом удаляющегося полковника. Не таким я его видел до сих пор! Со слов Андрея он казался мне не жадным до силы Офицеров, но, оказывается, все не так радужно: делиться знаниями, опытом, а значит и властью — он не пожелал. До меня дошло, в чем дело: если со своими подчиненнымы ему было совершенно не жалко поделиться своей силой, то эти парни, — я посмотрел на провожающих Лазутина лейтенантов — были ему совершенно чужими людьми. Во мне разгорелся интерес — а что же я? Проанализировав свои ощущения от произошедшего, я не ощутил особой неприязни или враждебности к пополнению, что сильно меня порадовало! Значит, я постепенно беру своего карманного демона под контроль.

Сухой хищно ухмыльнулся, и повернулся к огорченному уходом защитника Семену:

— А уроки рукопашной будут? Я бы показал им пару приемчиков!

Тот две не посмотрел на него, провожая уходящего Офицера грустным взглядом:

— Для этого лучше подойдет подчиненный Дениса…или даже сам Денис… — он встряхнулся, и повернулся к нам, не замечая неприязненного взгляда моего коллеги, брошенного на меня:

— Раз такое дело, тогда можете расходиться…я сам продолжу. Сегодня обойдемся одной теорией.