Вторжение
Шрифт:
— Готово, — наконец, сказал солдат, поворачиваясь к командиру.
— Шенк, приступай, — произнес офицер.
Сержант с силой ударил обломком трубы по препятствию. Один взмах, второй, третий На каждый стук стрелки индикаторов реагировали, как сумасшедшие.
Теперь Храбров понял, зачем поисковикам понадобилась эта аппаратура. Звуки в космосе не распространяются, а значит, услышать ответный сигнал разведчики не могли. Нужно ловить вибрацию стены. Другого способа наладить связь нет. Ожидание длилось три минуты.
— Тишина, — разочарованно вымолвил кто-то.
— Попробуй
Шенк бил от души. Приборы даже зашкаливало, что неудивительно. Толщина перегородки значительная, и индикаторы настраивали на слабый сигнал. Отбросив трубу, сержант прислонился спиной к холодному металлу стены. Он словно хотел ощутить призыв спасшихся людей собственным телом через скафандр. На показания аппаратуры аланец не смотрел. Надежды таяли с каждой секундой.
— Есть! — воскликнул один из солдат.
Стрелка чуть колыхнулась. Пауза. Нервы напряжены до предела. Взгляд от прибора не оторвать. Но вот очередной скачок. На этот раз более мощный. Все сомнения рассеялись. Капитан расправил плечи и негромко заметил:
— Иногда приятно ошибаться. Шенк, постарайся получить от них хоть какую-нибудь информацию. Главное — сколько людей и долго ли они еще продержатся.
— Будет сделано, — отрапортовал сержант, вновь берясь за трубу.
— Корн, — офицер обратился к связисту. — Соединись с кораблем. Пусть высылают специальное оборудование и готовят переходники. А мы, тем временем, поищем место для зачистки.
Настроение у Эдвила сразу улучшилось. Еще на «Келвите» русич обратил внимание, что все разведчики являлись аланцами. В этом не было ничего странного. Тасконцы только-только пробивались в элиту звездного флота. Число выходцев из подземного мира в экипажах крейсеров не превышало пятнадцати процентов. Такая же ситуация сложилась и на космических станциях. Следовательно, большинство погибших на «Янисе» — соотечественники капитана.
Олесь без труда распознавал тасконцев и аланцев. Цвет кожи, манера поведения, особенности речи. После объединения двух планет прошло всего пять лет. Слишком короткий срок, чтобы увидеть реальные плоды ассимиляции.
Работа на базе буквально кипела. Кто-то разбирал завалы, кто-то расширял пробоину во внешнем корпусе, кто-то резал стальные перекрытия. Бездельничал лишь русич. Неподалеку от Храброва расположился Шенк. Сержант неторопливо, но очень сильно и расчетливо стучал по стене. Это особая кодовая система, применявшаяся в чрезвычайных ситуациях.
Отбив вопрос, разведчик тут же смотрел на стрелку индикатора. Иногда ответ был четким, иногда аланец просил его повторить. По лицу Шенка текли крупные капли пота. Но вот сержант остановился и аккуратно положил трубу на пол.
— Капитан, — тяжело дыша, проговорил разведчик. — Их двадцать семь. Загерметизировались непосредственно перед штурмом. Аппаратура жизнеобеспечения на грани. Регенерации воздуха практически нет. Они очень ослабли, но часов десять-двенадцать протянут.
— Отлично, — сказал Эдвил. — Времени у нас достаточно.
Вскоре прибыл второй бот. Землянин увидел его через боковую пробоину. Машина
К Олесю подошел командир группы и вежливо произнес:
— Господин майор, нам требуется ваша помощь. Сейчас каждый человек на счету. Мы будем резать перекрытия. Выдвижная переходная труба имеет длину шесть метров. Разобрать нужно втрое больше.
— Понимаю, — ответил русич. — Я в вашем распоряжении. Говорите, что делать.
Последующие четыре часа Храбров практически не разгибался и не отдыхал. Поисковики работали как сущие дьяволы. Яркие лучи резаков, отогнутые балки, летящие в сторону куски стен. Скафандр становился всё тяжелее и тяжелее. Порой землянин жалел, что на базе сохранилась гравитация. Еле волоча ноги, Олесь оттаскивал от проломов броневые листы, трубы, напольные плиты.
К счастью, капитан нашел участок, где повреждения были наиболее значительны. Горги постарались на славу. В некоторых местах пробоины достигали трех метров в диаметре. Аланцы соединили их воедино, и получился довольно широкий тоннель.
Русич абсолютно потерял счет времени. Ему казалось, что он трудится целую вечность. Но вот десантный бот развернулся и двинулся вглубь станции. Через минуту переходная труба плотно уперлась в стену технического сектора. Края вспыхнули и вварились в металл. Герметизация достигнута. Эвакуация людей началась. Разведчики стояли неподалеку и молча наблюдали. Они свою задачу выполнили.
— Осталось полчаса, — устало вымолвил Эдвил. — Пора возвращаться. На обратном пути заберем нескольких мертвецов из шлюзового отсека.
Машина оторвалась от пола и, набирая скорость, устремилась к «Келвиту». Солдаты сидели на скамьях, не снимая гермошлемы. И хотя и давление, и воздух в салоне в норме, смотреть друг на друга аланцы не хотели. Между поисковиками почти до потолка возвышалась гора трупов. Семнадцать тел. Группа загрузила бот под завязку.
Аппарат плавно опустился на посадочную площадку. Разведчики покинули машину и не спеша зашагали к раздевалке. Стянув с себя скафандр, Храбров прислонился спиной к стене и блаженно закрыл глаза. Олесь даже не заметил, как уснул.
— Я так и думал, — раздался насмешливо-добродушный голос.
Землянин с огромным трудом разлепил веки. Сквозь пелену он различил силуэт Витаса. Храбров улыбнулся и еле слышно сказал:
— Вздремну немного.
— Подъем, — бесцеремонно произнес Майк. — Тебе приготовлена отдельная каюта. Там отдохнешь по-человечески.
Русич встал и, покачиваясь, побрел за первым помощником. Коридор, лифт, люди — всё словно в тумане. Войдя в помещение, Олесь скинул ботинки, расстегнул китель и рухнул на кровать. Аланец укрыл его легким одеялом и тихо вышел из комнаты. Первый этап войны с горгами завершился. Ценой огромных потерь врага удалось отбросить из системы Сириуса. Надолго ли? Ответа на данный вопрос не знал никто.