Второй шанс
Шрифт:
Голденблад посмотрел на нее и успокаивающе произнес:
— Твайлайт, вернись в Кантерлот. У тебя отличный прогресс со своим стелс-костюмом. Сфокусируйся на этом. Забудь про Исследования Гиппократа и Флюкс. Ты не хочешь знать об этом, и не хочешь добывать это силой.
— Как… Откуда ты все это знаешь? — она вылупилась на него — Ты больше не директор, Голденблад! У тебя больше нет полномочий в Эквестрии.
Но он не двигался. Он даже не моргнул.
— Нет, я должна знать. Проект З.В.Т. должен работать. Просто должен. Нет ничего другого что может остановить войну! Я возьму своих друзей, и мы исследуем, если надо, все это место под микроскопом. Я попрошу Принцессу Луну…
— Оставь это, Твайлайт. — тихо сказал Голденблад. Может, мне показалось, но на секунду это прозвучало, словно он умолял ее. — Ты сделала великие и невероятные вещи, Твайлайт.
Это было любезным утверждением, однако на нее это подействовало как удар.
— Великих и невероятных? — она внезапно засмеялась, ее грива еще больше завилась — Я не сделала ничего… ничего… за пять лет. Ничего с момента смерти Биг Макинтоша! Мои друзья сделали гораздо больше чтобы помочь защитить Эквестрию, чем я. Это моя обязанность, заниматься магией, которая поможет спасти Эквестрию! Это то, что я обещала Луне, когда учреждала Министерство Тайных Наук. Но после всего что она для меня сделала… Я не приблизилась к тому, что нужно Луне для окончания этой войны. Как ты не понимаешь? Я неудачница. — Я узнала это выражение на её лице, у неё могло не быть матраса, но она сражалась, чтобы остаться на нем.
Голденблад одарил братьев коротким взглядом, обещавшим им путешествие вниз по шахте лифта. Я видела как два единорога переглянулись, один из них магически убрал болванчика-Твайлайт из виду, и они начали изучать потолок так, словно это была самая захватывающая вещь которую они когда-либо видели. Только тогда Голденблад снова посмотрел на кобылу, которая так чертовски сильно боролась за других пони.
Он смотрел на нее в течении еще одной очень долгой секунды.
— Извини, Твайлайт. Я понимаю. — он закрыл глаза, и словно задумался о чем-то. Я никогда не видела жеребца выглядящего настолько… старым. Голденблад выглядел усталым, причем не только телом, но и душой. — Мы все делаем всё что можем, чтобы спасти Эквестрию, даже если некоторые из нас в процессе станут монстрами. — Он посмотрел на близнецов. — Покажите ей.
Твайлайт подняла голову, глядя на него в замешательстве. Братья нервно заерзали.
— Я не уверен что… — начал Флим, но Голденблад заткнул его одним взглядом. — …что мы должны тянуть хотя бы секунду! Мы можем воспользоваться нашим личным лифтом! Чем быстрее мы закончим, тем лучше. — Брат отстучал по клавишам терминала и открыл дверь лифта.
— Но… Почему? — спросила
— Потому что… я тебе должен — спокойно ответил он, идя к дверям лифта — И прости меня.
* * *
Я проснулась, чувствуя, как кусок металлолома наполовину запутался в моей гриве и дергал мою голову, оттягивая ее назад и пронзая болью, когда он втыкался сбоку в мое лицо. Я вздохнула. Зашибись. Больше сумасшествия? Сон? Наконец запустившееся устройство контроля разума Анклава? Одержимость? Что за комментарий к моей жизни я не могла учесть в этом списке?
— Знаете, учитывая все произошедшее, в свете последнего дня или двух, я думаю я могла ошибиться насчет возвращения в Хуффингтон — сказала я, болтаясь в середине темной шахты на одной из передних ног. Она была поймана спутанным клубком кабелей, когда я пролетала мимо. Кабина лифта застряла надо мной и издавала стоны, когда я слишком сильно раскачивалась. Я не имела понятия, как глубоко я упала, или сколько осталось падать, или что все-таки ждало меня внизу. Мне казалось, что в какой-то момент я услышала голоса П-21 и Рампейдж, выкрикивающих мое имя, но теперь вокруг была тишина.
…Конечно, я могла ответить как минимум на один вопрос, замерив время падения этого мусора. Если бы я обратила внимание… Он же ударился о дно, так? О, идея! Я фыркнула, запыхтела, кашлянула, харкнула и наконец создала отличный кусок мокроты. Затем я повернула голову и сплюнула, отправив его в полет. Мои уши встали торчком, и я услышала очень отдаленный «плюх» далеко внизу. Лифт издал протестующий звук, пока я крутилась, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в темноте в тусклом красном свете моих, все еще горящих, глаз. Из лазеров получаются плохие фонарики.
Потом кабель внезапно заскользил вдоль моей ноги. Я дико замахала остальными конечностями в темноте, пытаясь найти что-то за что можно держаться, и затем, как раз когда моя нога освободилась, выдвинула свои пальцы, хватая ими кабель и быстро сжимая его в обеих передних ногах. Был напряженный момент, когда я, держась на месте, смотрела на место, где мой мозг увидел лучшее решения для темно-красной ноги, но металлические штуки держались.
— Окей, Ровер, где бы ты ни был… Ты был прав, пальцы лучше — лифт издал еще один стон и вздрогнул. — А теперь, как бы мне применить пугающую силу пальцев, чтобы выбраться отсюда?
Откуда-то снизу раздались несколько механических ударов.
— Окей, мощь пальцев преувеличена… наверное..
Я не могла больше чем перевернуть страницу книги своим рогом. Но я попыталась вспомнить учебник магии, раскачиваясь под стонущим лифтом. Магия внутри нас, это не набор магических слов, чар и заклинаний. И все рога единорогов светятся, когда мы творим магию. Я просто должна была заставить свой светить сильнее! Закрыв глаза, я начала представлять, что маленькая звезда излучает свет подобно свечи. Все что мне нужно… свет… светло-светлый свет… Электрический треск зарождался в моем роге, его покалывало. Я открыла глаз.