Второй шанс
Шрифт:
– Вот, журнал вашей группы, - он протянул коробочку Повериной.
– У вас сейчас было занятие с моими?
– Удивлённо спросила Наталья.
– Да, как и каждую неделю, с начала четверти.
– И...
– она так взволнованно на него взглянула, что тот от неожиданности вздрогнул, - как он вам?
– Кто?
– Не понял вопроса Люммонт.
– Ну, новенький!
– Какой новенький? Я не помню никаких новеньких!
Он что, в первый же день прогуливает?!
– Пронеслось в голове у Натальи. Она раскрыла коробочку и вставила инфокристал в гнездо терминала для учителей, находившегося
– Да вот же он - С. Мастерс! Его присутствие подтверждено с карточки учащегося!
– Да?
– Люммонт уставился туда, куда своим изящным пальчиком указывала Наталья.
– Значит, действительно был, а я его даже не заметил.
– Как истинный учитель информатики, данным компьютера он доверял больше, чем собственным глазам.
– Смотрите, он и задания все сделал, большинство даже правильно. Кстати, - он нахмурился, - раз уж мы всё равно смотрим эту страничку, полюбуйтесь на ваших подопечных. Ситуация с выполнением домашних заданий - просто кошмар! Мне по полчаса от занятия приходится тратить на разбор ошибок!
– Ну, это ведь входит в ваши обязанности, - пожала плечами Наталья, - указывать детям на допущенные ошибки и помогать в них разобраться.
– Да, но...
– Ладно, мне действительно пора, - Поверина убрала инфокристал обратно в коробочку, - да и вам тоже.
И она быстро покинула учительскую. Люммонт вышел следом и, найдя взглядом удаляющуюся фигуру учительницы, улыбнулся, наблюдая за её воздушной походкой до тех пор, пока она не свернула за угол.
Глава 6
На перемене Вадик хотел было уволочь Степана в какое-нибудь спокойное место, чтобы пообщаться, не повышая голоса - обычно коридоры заполнены стайками галдящей малышни - но тут их перехватила компания из четырёх девчонок, возглавляемая Тоськой.
– Ну, а вам, чего надо?
– Сурово сдвинув брови, произнёс Вадик.
– Отвали, Ермаков, не видишь, у нас к человеку дело?
– Насупившись и уперев руки в бока, ответила высокая девчонка с коротко стриженными тёмными волосами.
– Какое у них к тебе дело?
– Полуобернувшись к Степану, спросил Вадик.
Карпатов молча развёл руками.
– Мы знакомится пришли, - сказала за всех Тоська.
– Знакомится?
– Улыбнулся мальчишка.
– Стёпа, знакомься, это Верка, Алина, Тоська и - он кивком указал на стриженную - Вика. Девчонки, а это, как вы уже знаете, Степан. Все знакомы! Все довольны! Идём, Стёп.
И, ухватив нового друга за рукав, Вадик потащил его по коридору, не обращая внимания на недовольные крики сзади. Степан хоть и повырывался, для приличия, но не отставал - честно говоря, он даже не представлял, как вести себя в компании девчонок, являясь при этом объектом их внимания. В своём первом детстве он подобной популярностью не пользовался.
– Ничего не понимаю, - сказал он Вадику, когда они перебрались на пустую лестничную клетку, - в... детдоме на меня никогда так девчонки не смотрели.
– Да чего тут непонятного? Просто они экзотику любят.
– И с какой это стороны я экзотичный?
– Приподняв бровь, поинтересовался Степан.
– Слишком ты угрюмый и таинственный. Зашёл
– Владик хлопнул Карпатова по плечу.
– На Монблане итак этой экзотики выше крыши! Долго тебя мурыжить не будут. Вон, в соседней группе пацан учится, Лином звать. То ли китаец, то ли кореец, то ли ещё кто - фиг поймёшь, а по-русски шпарит как на родном! Ни намёка на акцент!
– Не удивительно, корни у него хоть и азиатские, а так он урождённый монбланец.
– Ты что его знаешь?
– Поразился Вадик.
– Так в одной общаге живём. Кстати, вместе с Тоськой и Сидни.
– Да?! Ну ты даёшь! И как там, в общаге, живётся?
– Обычно, - пожал плечами Степан.
– Обычно...
– передразнил Вадик, - там же над вами вообще никаких взрослых нет! Делай что хочешь!
– Ты малость сгущаешь краски, не так всё просто как кажется.
– Ну да?!
– Да, - кивнул Карпатов.
– Ты с родителями живёшь?
– Допустим...
– Бельё сам стираешь? Ужин сам готовишь? За порядком сам следишь?
– Ну я...
– Вот и я про то. У нас дежурства и по кухне и по дому есть. С малышнёй, опять же, возится надо, перед школьной администрацией отчитываться. Всё это, типа, цена свободы, - хохотнул Степан.
– Да-а, - вынужден был согласиться Вадик, - непросто у вас.
– Как есть, - хмыкнул Карпатов.
– Слушай, а расскажи про нашу группу, мне же с ними ещё знакомиться надо.
Слово "коллектив" было для него не простым звуком. В боевом прошлом, людям, которые его окружали, нередко приходилось доверять свою жизнь.
– Про группу значит...
– Вадик задумчиво почесал подбородок.
– Значит, староста у нас Генка Крылов. Отличник, весь такой правильный, на него и без экзотичности почти все девчонки заглядываются. Как говорится, первый парень на деревне. С ним ещё два его закадычных другана ходят - Митька и Славка. Эта троица у нас самая ответственная. Потом есть Серый с Игорьком - шутники грёбаные! Видал, как я об Серого приложился?
– Он потряс залепленной пластырем конечностью.
– Зато не будут в следующий раз лямки на ранцах подрезать! Ну и ботаники тоже водятся, куда уж без них - вон Сидни твой, к примеру. А остальные... да что я буду рассказывать, сам потом разберёшься. А насчёт знакомства не переживай, Наташка на следующем тебя сама со всеми познакомит, так что ещё раз отсидеться не удастся, - ехидно добавил Вадик, увидав как скривился от подобной перспективы Карпатов.
"Дети - это Степан, Степан - это дети! Теперь вы все подружитесь!" - Примерно так он представлял вмешательство взрослых в детские, а скорее подростковые дела. Удивительно, но он уже привык дистанционировать себя по отношению к взрослым. Возможно, слишком сильно вошёл в образ ребёнка, а может и действительно стал таковым. С недавнего времени, Степан предпочитал не размышлять на данную тему, ему было достаточно того, что он мог трезво рассуждать, адекватно оценивал происходящее и - самое главное - не забыл ничего из прошлой жизни. Теперь он не думал о себе ни как о взрослом и ни как о подростке. Он - это он, такой, каким его сделала сама жизнь и врачи-клонирователи... или клонировщики.