Второй шанс
Шрифт:
— Сцена их клипа. Концепция осталась та же, что и была. Поменялись детали, — тру я свою руку. На ней остались пальцы Ромы. Его хватка сильна. Он сильный, такой же какой и раньше.
— Я не хочу. Не так. Только не эта сцена. Без нее. — сурово отрезает Рома.
Я не сдамся так легко.
— Но, Роман Константинович, ваш курорт носит подобное название и…
— Это не относится к клипу! — повышает тон Рома.
— Почему?
— Не ваше дело. И, вообще, я не знал, что вы будете в качестве актрисы.
— Это мое хобби, перетекающее
— Неважно. Это место, название… все это имеет для меня значение.
— Тогда доверьтесь мне и моей команде в работе над клипом.
Я разворачиваюсь, собираюсь уйти. Платье шуршит над травинками. Ветер тоже не перестает трепать его. Я спешу уйти отсюда. Еще пару минут и я могла сорваться, а это невозможно.
Из-за пышной юбки мне невидно дороги и когда я наступаю на мокрый и скользкий валун, осознаю я это не раньше, чем начинаю падение.
— А-а-а-а…
— Осторожнее! — подхватывает меня Рома, подставляя руки под спину. Я оказываюсь в его объятиях. Наши глаза смотрят друг на друга. По моему телу острыми иголками проходит ток. Его руки прижимают меня к нему. Мне уютно в его объятиях. — Ты так неосторожна Лера… простите, кхм, — поднимает меня Рома. У меня едва не вылезают глаза из орбит. Лера?! Он только что это сказал?! — простите, Варвара. Я не хотел. Извините. — прячет тем временем руки в карманы брюк Рома, словно улики. — Я лучше пойду. Осторожнее здесь. — я киваю и молча провожаю его.
Я бреду по тропинке, которая опутывает весь комплекс базы отдыха. На мне шорты и майка. Очки вернулись на место, правда, они солнцезащитные. Мне жарко, но не только от того, что светил солнце. Мне жарко от того прикосновения Ромы.
Обхватываю себя руками, пытаясь спрятаться ото всех. Не получается.
Что я делаю? Зачем мне все это? И тут же ответ на вопрос приходит ко мне:
— Варвара! — слышу я свое имя. Я оборачиваюсь туда, откуда доносится крик. Чуть вдали стоит Наташа — невеста Ромы.
Она одета в сарафан, а на голове у нее панама. Она выглядит как девочка-школьница, но никак не девушка. Это вызывает у меня улыбку. Я машу ей. Она спешит к мне. Что ей нужно?
— Варя, — запыхавшись, хватается она за мою руку.
— Что случилось? — не могу понять я. Она ужасно расстроена и испугана. — Что произошло? — в моем сознании поселяется паника. Девушка подтверждает ее, когда по ее лицу начинают течь слезы, а сама она заикаясь и тыча пальцем в один из домиков, произносит:
— Р… Ро… Рома, он там… все… он там крушит… все…
Я не слушая ее, бегу к домику. Уже подбегая, я слышу стук и характерные звуки разбивающегося стекла. Я отворяю дверь. Картина передо мной аховая: Рома сидит на коленях посреди комнаты, а вокруг валяются осколки, земля и черепки от разбитых горшков.
Аккуратно я пробираюсь к Роме. Его глаза закрыты. Он тяжело дышит, со звуком втягивая в себя воздух.
— Я никого не хочу видеть! Оставь меня, Наташа! Я же просил! — не открывая глаза произносит он.
— Рома, — опускаюсь я рядом с ним. — Рома, не надо, пожалуйста, — глажу я его по волосам. Он открывает глаза и на секунду застывает. Затем, резко и без слов, он стискивает меня в объятиях, яростно прижимая меня к себе. Я обхватываю его голову руками и прижимаюсь к нему. — Все будет хорошо, — вру я ему. Ничего не будет. Все в прошлом. Для него, для меня, все в прошлом. Но и оставить его в таком состоянии я не могу.
— Я скучаю, очень скучаю. Я так сильно скучаю по ней! — кричит Рома, сжимая меня в своих руках. — Мне плохо без нее, очень плохо.
— Тихо, тихо — убаюкиваю я его, слегка покачиваясь.
— Я так устал. Я не могу.
— Все будет хорошо. Все будет…
Рома поднимает на меня взгляд. Я смотрю ему в глаза. Он тянется к моим губам, мои глаза закрываются сами собой.
Легкое, словно спрашивающее разрешение, прикосновение теплых губ Ромы. Я моментально отзываюсь на его поцелуй. Он прижимает мою голову к себе, зарываясь пальцами в мои волосы. Я чувствую его, чувствую как тогда, в палатке, ночью…
Мои руки обнимают его, спускаясь и лаская шею. Из его горла раздается хрип. Он не прекращает эту сладкую пытку, а лишь начинает целовать все более настойчивее и яростнее.
Как тогда, когда еще… Стоп!
Я резко отстраняюсь. В панике я смотрю на Рому. Он тоже растерян. В его глазах огонь, а мои щеки — сплошь один румянец.
— Прости, я не хотел. Извини.
— Ничего. Что с тобой произошло? Расскажешь? — встаю я на ноги и отряхиваюсь. — Здесь погром. — качаю я головой. — Надо убраться.
— Ничего, — мотает отрицательно головой Рома. — горничная все уберет. Пойдем.
Мы выходим из домика. У него нас ждет взволнованная Наташа. Она стоит, переминаясь с ноги на ногу, и мнет свои пальцы в ожидании.
— Извини, дорогая, — подходит к ней Рома. Она кидается ему на шею и крепко прижимается своим телом. Он осторожно сжимает ее в своих объятиях. Нежно и очень бережно. — не знаю, что на меня нашло.
Да, все правильно. Она — его невеста, он — ее жених, а я — никто. Все верно. Я незаметно смахиваю непрошеные слезы и удаляюсь, пока меня не хватились.
Все верно. Так и нужно. А тот поцелуй — ошибка. Моя ошибка.
Я бреду по периметру комплекса, не обращая внимания ни на что вокруг меня. Все кажется таким блеклым и не нужным, что становится противно. Буйство красок природы, словно, издеваясь, искрится в лучах заката, отливая теплым золотом. Незаметно, опускается прохлада и мои руки покрываются мурашками. Смешно. Я улыбаюсь сама себе и вглядываюсь вдаль, туда, где возникают образы из прошлого.