Второй Шанс 2
Шрифт:
— И каков был результат, — заинтересованно спросил я.
— Я не успел закончить исследования, как меня арестовали по ложному доносу. Лаборантка на меня донесла. Я ее поймал на том, что она ворует спирт. А она написала, что я занимаюсь какой-то самодеятельностью, и трачу государственные деньги зря. И что про товарища Сталина нелестно отзываюсь. Вот мне 58 и влепили! И я оказался тут.
— Мне очень жаль!
— А
— Они стали опухолевыми?
— В том-то и дело, что нет! Они не стали размножаться бесконечно, просто количество циклов деления у них выросло на пять-десять процентов, по сравнению с необработанными клетками. Потом я снова их обработал и получил еще прирост циклов деления на столько же. А вот когда я перестал обрабатывать отваром, они быстро погибли!
— Подождите, Сергей Порфирьевич, Вы хотите сказать, что этот отвар позволяет преодолеть предел Хейфлика? — спросил Саша.
— Именно! Леонард Хейфлик обнаружил, что нормальная клетка не может делиться больше пятидесяти-пятидесяти одного раза, что и вызывает старение организма. Но он это обнаружил только в тысяча девятьсот шестьдесят первом году. Еще должно было пройти одиннадцать лет, прежде чем это стало известным. Конечно, тогда этот заключенный об этом не знал.
— Вот это здорово! — сказал Саша. — И я, кажется, знаю почему это происходило!
— Расскажи! — дедушка Кати с интересом смотрел на юношу.
— Сначала расскажите конец этой истории, — попросил его Саша.
— Что рассказывать, — ответил старый академик, — он рассказал и объяснил, как найти: и шахту с золотом, и ущелье с этим Цветком.
— А Вы поняли что это за растение?
— В том-то и дело, что это обыкновенное лекарственное растение, но почему оно обладает таким свойством не понятно, — ответил с досадой дедушка Кати.
— А что это за ущелье?
— Вот ущелье как раз очень необычное. К нему ведет естественный природный туннель под горой, по которому течет ручей, вытекающий из этого ущелья. Точнее, это и не ущелье вовсе, а закрытая котловина, которая не имеет другой связи с окружающим миром. Думаю, там остались растения еще с доисторических времен.
— Как не имеет? А этот туннель? А по воздуху?
— С туннелем не так просто. Обычно, при нормальном уровне воды, чтобы пройти дальше, нужно поднырнуть под козырек, который привычнее видеть погруженным в воду.
— А как же они попали туда? — спросил Саша.
— В один засушливый год, уровень воды так упал, что появился просвет, и кто-то из этого племени туда прошел. Так они и нашли эту котловину.
— А как они узнали про свойства этого Цветка?
— Он не успел рассказать. На самом деле, там не один этот цветок был, а целый букет трав. Как они нашли, что именно этот цветок лечебный, я не знаю. Может
— А почему они все погибли? — задал последний вопрос Саша.
— А вот это интересно! — оживился старый академик. — Они стали все пить это отвар, и старики и молодые. Кончилось тем, что они стали все бесплодны. Но они были смертными. Травмы, стычки с соседями, смерть на охоте, а детей нет. И один раз, когда этот вождь вернулся из города, где изучал свойства отвара, в поселении не оказалось ни одного живого. На них напали беглые заключенные и все погибли. А вскоре посадили и его. Да, и последнее, что он сказал, было то, что он назвал этот цветок не жизни, а смерти. Именно он — бесплодием — и погубил все его племя. И это он назвал правильным!
— Почему? — удивился юноша.
— Потому что, если все будут жить долго и при этом рожать детей, то тогда население так увеличиться, что его не прокормишь. Потому что-то, что не умирает, не должно размножаться. Вот природа все и предусмотрела. Он меня предупредил, чтобы я начал пить отвар только тогда, когда у меня уже дети планироваться не будут из-за возраста. Но он уточнил, что сама детородная функция восстановится!
— Хорошо! Я все понял, Сергей Прокофьевич, а что Вы хотите от меня?
— Я хочу, чтобы мы вместе отправились в Хабаровский край и нашли: и золотую шахту, и эту котловину. Все найденное разделим пополам.
— Почему я? — спросил Саша.
— Потому что я тебе верю. Это раз. Во-вторых, ты взрослый мужик, но в крепком молодом теле. Это очень хорошо. О лучшем напарнике и мечтать нельзя. В-третьих, я сам не потяну. Стар я один по тайге шастать. Ну и в-четвертых, ты как сейчас относишься к Кате? — спросил ее дед.
Саша опустил голову, долго молчал, наконец поднял ее, и, глядя прямо в глаза старому академику, медленно и с печалью в голосе произнес:
— Я тоскую по ней. Вроде бы взрослый мужчина, видел много женщин в той жизни, но вот она запала мне в душу и все. С одной стороны я понимаю, что она еще ребенок, всего шестнадцать лет. А с другой — уже маленькая женщина, со своим характером. Мне нравятся: ее голос, ее смех, ее улыбка, ее запах! Даже ее капризы наполняли мою душу радостью и теплом. Я хотел бы прожить с ней всю свою новую жизнь. Не хочу в этом признаваться даже самому себе, но когда она уехала, у меня как будто частичку сердца вырвали.
Довольный услышанным дедушка Кати, улыбнулся:
— Вот тебе и четвертый аргумент! Ты же не навредишь деду своей любимой девушки. А на счет Кати я тебе скажу так. В этой жизни все возможно. Как все повернется — не известно. Но знаю точно одно! Она тоже тебя очень любит. А то, что вы пока не вместе, так это не беда. Я вот пять лет отсидел, а меня жена дождалась!
— Понятно, но мне от этого не легче, — вздохнул Саша. — Хорошо, не будем травить душу. Как и когда вы планируете это провернуть?