Второй Шанс 2
Шрифт:
Помахав ему с балкона рукой, Катя вошла в комнату, где собрались все ее родные. Не успели они начать обсуждение кавалера, как зазвенел телефон. Катя подбежала и сняла трубку: — Саша?! — спросила она. Потом замолчала, и, сказав: — Извините, — протянула трубку отцу. — Папа, это тебя.
— Меня? В такое время, — удивился ее отец и взял телефонную трубку.
— Да! Мстислав Всеволодович? Добрый вечер! Что? Это точно? Ошибки быть не может? Утвердили? Понял, в понедельник будем. Да, все вместе! До свидания! — и он положил трубку.
— Что
— Я не понял. Звонил Президент Академии Наук — Келдыш? Сам? — голос Сергея Порфирьевича не скрывал удивления.
— Да. Меня утвердили представителем от СССР во Всемирной Организации Здравоохранения. На пять лет, — ответил отец Кати, скользя озадаченным взглядом по всем присутствующим.
— И что это означает для нас, папа?
— Это означает, что через десять дней мы должны вылететь в Женеву, а оттуда в Соединённые Штаты Америки.
— Что значит вылетаем? — удивилась Катя. — А как же моя школа? А Саша?
— Школу ты окончишь в США, и там же сможешь поступить в университет, — опередила с ответом бабушка.
— Я останусь! — решительно заявила расстроенная девушка.
— Внучка, послушай меня сейчас внимательно, очень внимательно. Тебе выпал шанс, который выпадает только раз в жизни. Ты сможешь увидеть весь мир! Побывать в разных странах! Узнать обычаи, историю и культуру многих народов. Если ты не поедешь, ты этого не увидишь никогда. Ты хочешь всю жизнь просидеть в этом городишке? — голос бабушки звучал неумолимо.
— А как же Саша? — протянула Катя с отчаянием.
— Ничего с твоим Сашей не сделается! Если он тебя любит, то подождет тебя. Разве пять лет это срок? Сергея Порфирьевича его жена — твой покойная бабушка — пять лет из лагерей ждала, и ничего. А если не дождется, значит он тебя и не любил по-настоящему. Это хороший способ проверить ваши чувства. Хорошо подумай, девочка моя, — бабушка была непреклонна.
— В понедельник мы едем сдавать документы на заграничные паспорта и для получения виз, — осведомил отец Кати: — Я, мама и ты, Катюш.
— То есть я в школу не пойду? А как же Саша? Он же ничего не помнит! Как он в школе будет один?
— Думаю, Катя, в эту школу ты больше не пойдешь. Закончишь текущий учебный год при школе посольства или в американской. Лучше второе, потому как потом проще поступить в университет, — разъяснил отец.
— Насколько я успела узнать этого Сашу, он нигде не пропадет. Тем более в школе, — уверенно произнесла бабушка.
Катя растерянно замолчала и задумчиво огляделась по сторонам.
Вернувшись домой, Саша обнаружил очень довольного отца, сидящего на кухне. Тот уже успел переодеться в домашний спортивный костюм и, вскипятив чайник, заварить себе ароматнейший чай.
— Привет, Батя! Ты где пропадаешь весь день? — с улыбкой спросил сын.
— Так я… гулял… с товарищами по работе, — расплывчато ответил отец, улыбаясь в ответ.
— Ну и как ее зовут?
— Кого? — мужчина изумленно взглянул на сына.
—
— А знаешь, сын, не стану от тебя ничего скрывать, ты и так узнаешь раньше или позже, — с готовностью произнес отец, отодвигая чашку с дымящимся чаем в сторону. — Это одна из сотрудниц в нашем конструкторском бюро. Она не так давно окончила институт и попала к нам. Очень красивая.
— А сколько ей лет?
— Это проблема, — вздохнул папа, досадливо почесывая затылок. — Всего двадцать два, а мне уже за сорок! Я такой старый рядом с ней.
— Разница в возрасте — это глупые предрассудки. Бывает такое, что юная девица толковее, чем взрослая женщина. Даже за примером далеко ходить не надо. Глянь на свою бывшую супругу. Разве это поступок опытной женщины? Расчетливой — да, но не опытной. Такого мужика упустила. Ни за что не поверю, что между ними великая любовь.
— Ты прав, — взгляд отца задумчиво скользил по лицу сына. — Каждая женщина особенная по-своему. Идеально, когда находишь не просто сожителя для скрашивания совместного быта, а родственную душу. И возраст тут не имеет никакого значения.
— Бать, а расскажи о ней! — попросил сын.
Тяжело вздохнув, мужчина перевел взгляд на окно, и, щуря глаза, устремил взор в темнеющую даль.
— Она сирота. Родители погибли в автокатастрофе, ее воспитывает бабушка. Очень симпатичная, но умная. Редкое сочетание. А ещё она скромная, но коммуникабельная. Готовит вкусно. Ты знаешь, Саня, я, кажется, влюбился!
— А про «вкусно готовит» откуда знаешь? — улыбнулся сын. — Уж и борщами своими тебя потчевала? Когда ж успели?
— Да нет. Она в общежитии живет. Какие там борщи. Но кулинарные способности эта юная искусительница продемонстрировать успела.
— Пирожки да булочки на работу приносит? — за смеялся Саша.
— Почти. Такие блинчики с рисом да с изюмом. Закачаешься. А на днях голубцы приготовила. Мои любимые. Я один все и подчистил. Коллегам ничего не досталось.
— Сдается мне, что не коллегам она их и несла. Точнее коллеге, но одному единственному. Бать, а ты не теряйся. Не упускай свое. Ты у меня такой клевый! — Старик в Саше вспомнил давно забытое слово из своей далекой юности. — И совсем еще молодой. Уж поверь.
— Ну да… молодой, мне ведь за сороковник уже! Представляешь себе, если у нас с ней будут дети? Я приду на их выпускной, а мне скажут: — Дедушка, вы с кем тут? — еще более печально вздохнул отец.
— Держи себя в форме, и никто так не скажет! — ободрил его сын.
— А волосы? Седину ведь не скроешь?
— Ее можно закрасить!
— Я что же — женщина? Чтобы волосы красить? — возмутился папа.
— Многие седеют уже к тридцати годам! Так что не переживай, — утешил его сын. Они поговорили еще немного и легли спать.