Второй потоп
Шрифт:
— Вставай, застудишь себе все, бетон холодный.
Мужик лет тридцати, крепкого телосложения, какое-то время изучал Стаса, сверля его пронзительным взглядом голубых глаз и, наконец, решившись, ухватился за руку, рывком встал на ноги.
— Спасибо, — буркнул он и помог встать раненому.
Остальные поднялись сами. За спиной Стаса встал Аркадий и еще один крепкий мужичек лет тридцати пяти. Так и стояли друг напротив друга четверо новичков и Стас с двумя старожилами.
— Ты здесь главный? — спросил мужик, которому Стас протянул руку.
— Нет, — отрицательно покачав головой, ответил
— Тогда кто?
— Никто, здесь нету хозяина, — влез в разговор Арк.
— Так не бывает, бандиты всегда ставят главного, — талдычил свое мужик.
— В принципе, ты прав, главный был, — просто согласился Стас, — а со вчерашнего вечера его нет.
Мужик внимательным взглядом окинул помещение, вглядываясь в лица рабов. Наконец его взор остановился на свежих пятнах крови, слегка присыпанных песочком.
— Ладно, нету главного, и хорошо. Тогда, кто лидер?
— Он, — совершенно неожиданно для Стаса произнес Арк.
Мужик, стоящий рядом, кивнул.
Стас повернул голову и внимательно посмотрел на них, в лицах нет угодливости или подхалимства, эти двое, действительно, признали его вожаком. Что ж, слабые всегда тянутся к более сильному.
— Меня зовут Стас, — повернувшись к новичкам, представился он.
— Михаил, — представился здоровяк с голубыми глазами и светлыми, почти что золотыми, волосами. Его хоть сейчас можно было бы снимать для плаката: «Германия — превыше всего». Чистокровный ариец. — А это Саша, — он указал на раненого. — Богуслав. Он серб, — смуглокожий парень кивнул. — И Денис.
— Устраивайтесь, где найдете место, — делая широкий, приглашающий жест, произнес Стас. — Поспрашивайте, может, кто тюфяками поделится. Хотя особо не рассчитывайте и не вздумайте отнимать, иначе будет другой разговор. Мы здесь все в одном котле варимся, так что никаких, кто сильнее, тот и прав. Где вас взяли?
Пока Богуслав и Денис устраивали раненого и пытались отыскать хоть какие-то спальные места, Стас отошел с Михаилом в сторонку.
— Нас схватили часа три назад километрах в двух от города. Скорее всего, мы нарвались на боевиков, возвращающихся с рейда, потому что минут за двадцать до этого слышали ожесточенную стрельбу на севере, именно оттуда явились те, кто нас схватил.
— Аркадий, где база Никиты?
— Отсюда километра три будет, — немного подумав, сказал мужик, — в сторону Мещерского района.
— Да, именно оттуда мы и шли, — кивнул Михаил.
— Сколько было тех, кто вас захватил?
— Человек десять, но трое были серьезно ранены, их несли на носилках. Но мы дали им прикурить, у нас было два пистолета, автомат и охотничье ружье. Как минимум, троих завалили и двое раненых. Они гранату швырнули, нашего пятого в куски, а нас только контузило. Сашка пытался отстреливаться, но ему прострелили плечо, потом долго били.
— А теперь слушай меня, — зашептал Стас. — Не знаю, как поступят с вами, но сегодня я укокошил четверку местных ублюдков, что посчитали себя выше всех. Они занимались расширением бункера или что-то типа того, не знаю точно, это Аркадия нужно спросить, я здесь сам всего два дня. Меня и всех остальных рабов гоняют на грядки в бывший сад юннатов. Бандюги там думают себе жрачку вырастить. Пока вроде растет.
— А с чего это ты так разоткровенничался? Вдруг я бандит?
— У тебя глаза другие, не знаю даже, как объяснить. Просто знаю и все.
— Короче, если я правильно понял, ты предлагаешь нам при случае бежать?
— Ты, Миша, все правильно понял, — кивнул Стас, — еще неделя и сил на побег не останется.
— А эти? — он бросил быстрый взгляд на рабов.
— Они уже не смогут, — шепнул Стас, — если брать, то только некоторых из них. Максимум, годятся на это трое или четверо. Аркадий, второй мужик, которого я не знаю, как зовут, и вон тот парень.
— Седой который? — быстро глянув в ту сторону, спросил Миша.
— Да, — кивнул Стас. — Остальные уже сдались и смирились, а у этих огонек в глазах.
— Хорошо, завтра посмотрим, если нас всех погонят в одно место, рвем.
— Погоди, есть еще одна проблема! Ваш четвертый с прострелянным плечом.
— А что с ним? — насторожился Михаил.
— С ним все нормально, — опустив голову, нехотя сказал Стас, — но его могут из-за раны оставить здесь.
Михаил погрустнел.
— Я без него не пойду, — наконец, сказал он.
— Я понимаю, а значит не пойдут и твои друзья, и шансы на побег резко падают.
Миша кивнул:
— Давай посмотрим завтра, вернее уже сегодня.
— Хорошо, — согласился Стас, — шепни твоим то, что я сказал тебе. А я пойду попробую еще немного поспать, вечер был хлопотный, — и, прихрамывая, парень направился к своему лежаку, прекрасно зная, что его собеседник буквально сверлит его взглядом пронзительных голубых глаз.
Все повторилось в точности, как и в предыдущее утро, кастрюля с геркулесовой склизкой кашей, общая цепь, которая сковала всех. Череп решил, что раненый тоже может работать, и Сашок с простреленным плечом плелся в конце цепочки. Единственное, что было не так, так это количество охраны. Это Стас обнаружил еще на выходе из бункера. В доте сидел один пулеметчик, а не трое бойцов, как обычно, и внутри гаража не было никого. Вместо семерых охранников рабов сопровождало четверо, включая Егора. Он был напряжен, вертел головой, прислушивался, вздрагивал от каждого шороха.
— Я слышал, — прошептал Аркадий, ходивший сегодня на кухню за кашей, сокращая дистанцию, — что банда понесла вчера большие потери, одиннадцать человек убитыми и семеро ранеными.
— А сколько всего у Черепа народу? — как можно тише спросил Стас.
— До вчерашнего дня было человек сорок, — еще тише, так, что даже Стас расслышал с большим трудом, произнес Арк.
Стас кивнул сам себе, это именно тот шанс, про который говорил внутренний голос. Четверо, это, конечно, не один, но уже и не семеро. Бежать нужно сегодня или никогда. Добравшись до сада юннатов, Егор отправил трех бойцов проверить, все ли в порядке. На короткое мгновение рабы остались почти без охраны.