Второй круг

Ландарь Юрий

Во дворе слышался гам, топот и звон оружия. Гартош с сопровождающими вышел на знакомое широкое крыльцо. Внизу, в десятке шагов он ступеней, выстроились в ряд два десятка воинов – половина из них лучники. Но, похоже, это оказались все смельчаки, которые решились выступить против страшного Дривела. Остальные, по той информации, что выдала Алаза, сейчас что есть силы удирали из замка.

– По Дривелу, и его выродкам залп! – отдал приказ бородатый, хорошо подвыпивший воин.

Огонь, который сжег стрелы, закружил с такой силой, что опалил даже стрелков и остальных бойцов.

Этого оказалось достаточно, чтобы храбрецы потеряли остатки смелости, и, побросав оружие, бросились наутек. Конечно, им это не удалось. Злая магия сбила их с ног, и что есть силы вдавила в песок, отобрав даже малейшую возможность двигаться.

– Аруш, Квирт, догоните тех, кто убежал, и убейте их. Но двух, или трех оставьте в живых. Пусть разнесут весть, что Дривел вернулся. Паника нам не помешает, – распорядился Оскол.

Пегас возмущенно всхрапнул.

– Ладно, мчи с ними, – согласился Гартош.

– Паника, конечно дело хорошее, – произнесла Алеандра. – Но не боишься ли ты, что твои враги не просто запаникуют, но подготовятся к твоей встрече, и объединятся против тебя?

– Только не здесь, в Фазилане, – усмехнулся Гартош. – Судя по рассказам Ризавира, больше всего владетельные лорды боятся появления лидера, который смог бы стать королем. А без лидера объединения не будет.

Герцогиня понятливо кивнула.

– Что будешь делать с этими? – она кивнула на распластанных подручных Прогнура.

– Убью, – коротко ответил Оскол. – Убью так, чтобы весть о жестокости Дривела разнеслась как можно дальше, и отбила охоту у желающих поживится за счет чужих земель.

– Может сработать в обратную сторону, – не согласилась вампиресса. – Могут появится смельчаки, которые отправятся бороться против жестокого злодея.

– «Тем более, если есть те, кто направит смельчаков в нужную сторону», – многозначительно добавила Алаза.

– Ты имеешь в виду Первого Священника? – уточнил у атрата Гартош.

– «Вот именно».

– Разумное замечание, – согласился Оскол. – Рыцарство в Фазилане возникло на фоне с противостояния с Дривелом. И теперь оно может возродиться с новой силой.

– «Нужно устранить главный источник, который направлял рыцарей на Дривела. Я бы даже сказал, Первоисточник», – не менее многозначительно сказал Тенос.

– Война с церковью? Это по мне! – обрадовался подсказке атратов Гартош.

– А убивать этих подонков не обязательно, – продолжала развивать мысль Алеандра. – Это слишком быстро, и малоэффективно.

– Но они заслужили это!

– Они заслужили большего. Чтобы к ним относились так, как они отнеслись к несчастным местным жителям.

– Превратить их в дривелонов! – снова обрадовался Гартош.

– Или в отвратительных уродцев. Настолько отвратительных, чтобы даже мысль о том, что можно пойти войной на земли Дривела, вызывала страх у храбрейших из храбрейших, – продолжила герцогиня.

– Пожалуй, это наилучший вариант, – с уважением согласился нынешний Дривел. – Я не мог сам додуматься до такого коварства. Что значит многовековой опыт.

Алеандра снисходительно улыбнулась:

– За свою, как ты точно подметил, многовековую

жизнь, мне часто приходилось наказывать за разные проступки. Со временем и ты научишься такому коварству.

– Я думал убить их с особой жестокостью, но некоторых оставить в живых, чтобы разнесли весть по всему Фазилану, но твой план мне нравится больше, – рассуждал Оскол. – Все эти уроды останутся живы, и сами разнесут весть по стране. Расскажут, и наглядно покажут, что значит врываться в логово Дривелов. А это кто здесь такой? Никак старый черт Зевист!

К столбу, неподалеку от хозяйственных построек, толстыми веревками был привязан дривелон, который первым вышел к победителям Дривела, и просил их не убивать своих собратьев. Седая шерсть клочьями висела на облезлой шкуре. Ребра, казалось, вот-вот вырвутся наружу. Все его тело покрывали многочисленные раны, ссадины, и старые рубцы.

– Дедушка!

Клая вместе с Тиросом бросились к Зевисту, пытаясь развязать туго стянутые узлы. Гартош поспешил вместе с ними.

Услышав знакомые голоса, дривелон с натугой поднял голову. Его помутневший взгляд прояснился, когда он увидел детей.

– Не бойтесь, я все еще жив. Я живучий, – пробормотал он.

Хотя с первого взгляда становилось понятно, что жить ему осталось совсем недолго. Просто удивительно, как жизнь не покинула это тщедушное тело.

Гартош быстро завязал узлы, и усадил мученика на землю:

– Узнаёшь ли ты меня, Зевист?

Дривелон долго всматривался в новоприбывшего, и, наконец, удивленно воскликнул:

– Никак господин Алекс вернулся! Тот, который победил старого Дривела, и сам принял его родовое имя!

– Ну, добровольно я это имя не брал, меня вынудили его взять, – уточнил Гартош. – А в остальном ты прав старый черт, я вернулся.

– Как долго, – заплакал Зевист, и его плечи мелко затряслись. – Как долго вас не было. Сколько за это время умерло и погибло хороших людей. Сам не знаю, как я до сих пор живу.

– Теперь тебе жить долго, – пообещал носитель семьи атратов, и направил на дривелона живительный зеленый луч.

Объединенная семья действовала планомерно и согласованно, и Зевист оживал на глазах. Старая шерсть выпала совсем, кожа приняла более светлый цвет. Исчезли раны, и даже рубцы. Начала пробиваться молодая блестящая шерсть, тело стало наливаться мышцами, и, казалось, под кожей у дривелона сплетались клубками целые семьи змей. Внуки сначала со страхом, а затем с восторгом наблюдали за преображением старого друга.

– Я тоже так хочу научится! – воскликнула Клая.

– И я! – вторил ей Тирос.

– Если у вас есть способности, а у моих внуков они должны быть, то я вас научу, – пообещал Гартош, не прекращая лечебный сеанс.

Не менее поражающие преображения происходили внутри самого пациента. Зевист молча вслушивался в свои ощущения, пытаясь понять, что с ним происходит. Из открытых дверей жилых сараев, несмело выглядывали несколько человек. Они не знали, кто только что прибыл в замок, победил Прогнура и его людей, но то, что с ними находились Клая и Тирос, немного успокаивало немногочисленных обитателей замка.