Второй круг
Шрифт:
Первые участники собора прибыли еще два дня назад, это те, которые проживали ближе всех к Тофии, и кто хотел успеть переговорить с Васинасом до всеобщего собрания. За своих приближенных Васинас был спокоен, вряд ли кто из них посмеет выступить против своего покровителя, а вот за вседуховных отцов из отдаленных графств, и особенно самого дальнего аббатства, можно было и обеспокоится. Свою отдаленность, они часто использовали для своеволия. Особенно преуспел в этом вседуховный Макарий, аббат того самого дальнего монастыря. Злосчастный аббат являлся главным оппонентом Васинаса в церковном мире, и главным конкурентом на прошлых выборах Первого священника. И хотя
Приглашенные участники и гости расширенного собора занимали места в большом зале главного храма. Длинные столы поставили квадратом – это для священников. Для приглашенных, рыцарей и графов, поставили стол чуть дальше, они присутствовали здесь в роли наблюдателей, хотя иногда их голос имел значимый вес. Прекрасная акустика зала позволяла говорить, не особо повышая голос – оратора отлично услышат во всех уголках зала. Но сейчас все присутствующие галдели так, что Васинас не мог сдержать недовольной гримасы – рыночные торговцы, да и только. Он терпеливо подождал, когда члены собора и гости рассадятся по местам, и утихнет шум двигающихся тяжелых стульев, и гомон голосов.
Наконец, шум постепенно стал стихать, стулья стали на места, и тяжелый взгляд Первого священника заставил замолчать, даже своих противников, которые всячески старались подчеркнуть свою независимость.
Установилась тишина, в которой хорошо поставленный голос хозяина собора прозвучал особенно значимо:
– Рад приветствовать собравшихся на собор, хотя не всех рад видеть одинаково. – И не давая оппонентам сообщить, что они так же не в восторге от этой встречи, продолжил. – Не прихоти ради, собрал я вас на этот расширенный собор. Беда пришла на наши земли. Снова пришла.
– Не без вашей помощи пришла к нам эта беда! – не выдержав, выкрикнул один из приспешников Макария.
Часть собравшихся согласно закивали головами, и таких оказалось больше, чем рассчитывал Васинас. А это был плохой знак.
– И в чем же наша вина? – вкрадчиво спросил Первый священник. И снова не давая ответить оппоненту, продолжил. – В том, что мы каленым железом выжигали скверну, которая возникла на теле нашей спокойной и богобоязненной страны, и которая своим существованием противна нашему Всевышнему Создателю.
Васинас демонстративно поднял ладони вверх, и устремил свой взор на купол храма, где хватало изображений Создателя.
– Не скверна вас здесь в Тофии интересовала, а богу противная корысть и алчность, – спокойный голос Макария разрушил впечатление, которого добивался Васинас.
– Алчность?! – прошипел Васинас. – Предок нынешнего Дривела украл у церкви священную реликвию, предался тягчайшему греху, нападал на соседние графства, грабил их, убивал и похищал людей, развел скверну! А ты говоришь об алчности? – он буквально кипел от возмущения.
– Я не меньше твоего наслышан о священной реликвии, – по-прежнему спокойно ответил аббат. – Я читал старинные рукописи, и знаю, откуда она появилась у нашей церкви. А вот ты, похоже, забыл, откуда она у нас взялась, и какие с ней связаны предсказания.
– Ничего я не забыл, – огрызнулся Первый священник.
Впрочем, его слова прозвучали не очень уверенно, и это не ускользнуло от внимания присутствующих.
– Реликвию, под названием Венера, еще в самом начале существования нашей церкви, святому старцу Арьяну принес
– Вот-вот! – подхватил Васинас. – Реликвию, которая нам досталась от ангела, или даже бога, похитили! И ты хотел, чтобы мы не пытались любыми путями её вернуть?!
Торжествующий голос Первого священника громогласным эхом пронесся по залу, и казалось, карающим мечем навис над Макарием. Но аббата это не особенно смутило.
– Незнакомец назвался Странником, и отдал Венеру Арьяну на хранение. Он сразу предупредил, что эта вещь магическая, и она не из нашего мира. И она может принести, как благо, так и несчастья. Поэтому она не должна попасть в руки злодеев, потому как беды не миновать. И еще он сказал, что когда-то придет новый Странник, и заберет реликвию. Её нужно отдать без сожалений, ибо она не из нашего мира. Сотни и сотни лет лежала Венера в наших хранилищах, и никому не удалось добиться от неё того, что демонстрировал нашему святому Странник. Пока её не выкрал Дривел. Он сумел воспользоваться реликвией, но раскрыл её злую сущность. Хотя я не совсем в этом уверен. Судя по записям, поначалу Венера вылечила тяжелобольного графа, и омолодила его. И пока наша церковь не прокляла его, зла от графа не было. Но потом, насколько я понимаю, не без участия церкви, его жена была отравлена, и граф начал мстить.
– Ты лжешь Макарий! – выкрикнул хозяин собора.
– Так продолжалось три сотни лет, – невозмутимо продолжал аббат. – А, судя по рассказам очевидцев, четыре десятка лет назад, в наш мира пришел другой Странник, который вместе с рыцарем Ризавиром, победил прежнего владельца реликвии, отобрал её, и исчез. Говорят, он закрыл за собой дверь в одной из комнат замка, и сказал, чтобы комнату не отпирали, он снова откроет её изнутри, когда вернется. И вот сейчас, насколько я понял, он вернулся.
В зале на некоторое время повисла чистейшая, как горный ручей тишина. Казалось, присутствующие даже своим дыханием не решались оскорбить такою редкую тишину. Многие услышали эту историю впервые. Некоторые слышали её в урезанном виде, разными частями. И им требовалось некоторое время, чтобы осознать услышанное, и сделать выводы.
Громкое сопение Первого священника осквернило эту редкую тишину, а затем его голос разогнал её окончательно:
– Ты лжешь Макарий! – вновь выкрикнул он. – Лжешь и рассказываешь сказки! Не было никакого Странника, а был Посланник. И он явился не из других миров, а был посланником нашего бога, который сотворил наш мир. А других миров нет. Не было, и нет! И твоя сказка больше похожа на ересь!
– Разве? – поднял бровь аббат.
– Я прошу прощения, что прерываю вседуховных отцов, – поднялся со своего места один из графов. – Спор о правдивости истории рассказанной аббатом Макарием, можно оставить на потом. Сейчас более важным является, что нам делать с тем, кто назвался старым графом Дривелом, и кто, я думаю, в этом никто не сомневается, обладает невиданными для нас способностями. Я не знаю, магия это, или нет, но, то, что он сделал с Прогнуром и его людьми, пугает.
Ответить графу никто не успел. Во дворе раздался громкий трубный рев, и за стеклянными витражами пронеслась чья-то огромная тень. После небольшого шока, вызванного появлением этой тени, вновь заскрипели, застучали по полу отодвигаемые стулья, и к окнам устремились желающие увидеть, что происходит в небе возле храма.