Второй Грех
Шрифт:
Шаман вдруг улыбнулся, словно понимая, что у них с Севером одна проблема.
— Банкир тогда сказал, — продолжил Север, — что знает, как найти этого человека, и сказал, что, мол, в ваших интересах его найти и мы с ним договорились, что я беру сорок процентов от тех пятисот «штук», остальные отдаю банкиру, но он всё равно будет нам отстегивать. Он вроде как согласился.
— Ну а вы что? — у Шамана прошла его злость за убитых «братьев» и он даже хотел «кое о чем» потолковать с Севером.
— Ну а мы ничего, он назвал адрес, сказал, где живет, назвал имя.
— Как его имя? — спросил заинтересованный Шаман.
Но Север продолжал.
— Я кое-что придумал сейчас. Может быть нам объединиться а?
Шаман вдруг резко захохотал и обернулся к своим людям, убедившись, смеются они или нет. Но тут он поймал взгляд одного человека, который не смеялся, это был Топор. Он сделал знакомый только в их «бригаде» знак, означавший «надо срочно поговорить». Шаман перестал смеяться, снова обернулся к Северу, серьезно посмотрел на него. Затем снова повернулся к двоим, державшим Севера. — Следите за ним, мне нужно отойти.
Топор и Шаман отошли в сторону. Убедившись, что из никто не слышит, Топор начал говорить.
— Шаман, а ведь он дело говорит.
— Чего?
— Я про Севера, он ведь дело говорит, зря ты засмеялся. Почему бы нам не объединиться, не будет лишних войн между нами, а брать деньги с банкира мы сможем вместе, так даже лучше получится. Ведь банкир сразу расколется под натиском наших общих ребят.
— Ты чё несешь? — прошипел Шаман, — я знаю тебя 10 лет и это первая твоя идиотская идея, с которой я категорически не согласен. Он убил наших людей, я лучше на помойке буду теперь жить, чем сотрудничать с тем, кто убил наших людей.
— Хорошо, посмотри на это с другой стороны. Сейчас он убил троих наших людей, мы убьем у него всех, то есть и его и троих вместе с ним. Некоторое время они будут в периоде раздробленности и это будет не удивительно — без предводителя-то, так сказать. Вскоре они конечно объединятся с кем-нибудь и снова начнется война между ними и нами. И снова будут смерти — пять они у нас, пять мы у них. Нехорошо получится. Как тебе такой довод.
— Всё равно несогласен, тогда может нам всем в одну группу соединиться, стать одной общей группой, все наши банды объединить и что? — улыбка за секунду исчезла с его лица, — И что? Вот именно. — У Шамана была очень необычная манера разговора, он частенько сам задавал вопросы и сам на них отвечал, — Так что не надо дурью страдать, мы вот воюем, захватываем торговые центры, магазины, дома, банки и прекрасно справляемся.
— Спорю, — упирался Топор, — насчет объединения «всего в одно» я с тобой спорю. Никто ведь не предлагает нам вместе, поровну делить наши деньги, а этот Север явно клонит к тому, чтобы стать нашим союзником. В конце концов кто у тебя в помощниках? А? Только я? У меня «бригада» 150 человек, возьмем себе ещё и людей Севера, будет у нас 400 с лишним человек. Неплохо А?
Шаман замялся.
— Ну не знаю, обидно мне за людей.
— С этим я разберусь сам.
— Ну ладно, придется
— По рукам.
Когда Топор и Шаман вернулись, Севера продолжали держать, а его человек продолжал болтаться на крюке, только замолчал.
— Мы поговорили о твоём поведении, — продолжил Шаман, снова подойдя к Северу и начав сверлить его своими злобными глазами, — и решили… ,- он задумался, словно собирался с духом, — решили что, объединяться нам надо. Понял?
— Нет, — ответил Север, хотя по голосу было слышно, что он рад предложению.
— Мы решили объединить наших людей вместе, так мы будем большей убойной силой, нажмем на этого банкира, и он выплатит нам всё.
— Знаешь Шаман, — Север слегка улыбнулся, — я согласен.
И Север протянул руку, чтобы Шаман пожал её. Но тот продолжал сверлить его глазами.
— Кстати, ты говорил, что ты знаешь имя того человека, который взял деньги у банкира, как его имя.
И Север сказал имя, которое Топору, стоявшему рядом с Шаманом, слышалось последнее время всё чаще.
— Его зовут Тед Уайт.
Через час Север, Топор, Шаман и трое людей от каждой «бригады» сидели в общем кабинете Шамана.
— Он возможно будет не один, — говорил Север.
— Сомневаюсь, я с ним провел не один час вместе, — говорил Топор, щелкая зажигалкой, — я смутно полагаю, что это те самые 500 тонн баксов, которые он предлагал мне за то, чтобы я вытащил этого ублюдка Грэйса из тюрьмы. Это мне стоило 20 моих людей. Ещё семеро лежат в больнице. Я бы с удовольствием замочил их обоих, сначала Грэйса, а потом и эту суку.
— Да я заметил, как ты относишься к убийствам своих людей, — сказал Север.
— Да, я тоже его помню, — вмешался Шаман, — я лично приказал Топору, чтобы он проник в тюрьму к Грэйсу и похитил его.
— Мы даже приставили в тюрьму двух осведомителей-стукачей, которые должны были сообщать нам всё, — добавил Топор. — Но уже через полнедели связь с ними прервалась, оказалось, что этот ублюдок их прикончил. Одного задушил, второй в коме лежит.
— Я вот что думаю. — предложил Шаман, — сразу этого Теда убивать не стоит, нужно у него спросить про этого Питера.
— Он сбежал недавно, — сказал Север.
— Знаю, — ответил Шаман, — об этом весь город говорит, он там по-моему троих прикончил.
— Точно, причем при не вполне выясненных обстоятельствах, — согласился Север.
— Я слышал он там стену бронированную пробил и умудрился сквозь закрытую дверь пройти шесть вагонов вперед и положить голову одного из охранников к машинисту.
— А я слышал, что их почему-то было двое, — сказал Топор, — так по телевизору сказали.
— Предатель? — спросил Север.
— Что ж, наши мнения расходятся, но не в этом дело. Неважно сколько их было, — сказал Шаман, — главное, что среди них был Питер. Значит у меня такое предложение, направим несколько людей следить за этим Тедом.