Второй фронт

Поселягин Владимир Геннадьевич

16 июля. Восемь часов вечера. Национальный парк 'Завидово', Государственная резиденция 'Русь'.

Премьер-министр обвел взглядом собравшихся в его кабинете людей. Можно сказать ближайшие соратники. Иванов Сергей Борисович, первый зам и правая рука премьера. Довольно длинная правая рука. Сечин Игорь Иванович, второй по влиятельности человек в Российской федерации. Владимир Иванович Якунин, главный железнодорожник страны, а по совместительству тайный главный идеолог. Бортников Александр Васильевич, директор ФСБ. Эти люди собрались здесь, чтоб обсудить невероятное, ставшее железобетонно-очевидным фактом.

— Ну, Александр Васильевич? — обратился хозяин кабинета к

опустившему голову директору ФСБ: — Обделались по полной?! Свои, своих не опознали?! Вам какая команда была? Наблюдать и доложить! А вы что учинили, мерзавцы? Должен вам напомнить, товарищи офицеры, КАКУЮ присягу и КАКОМУ государству мы с вами принимали в свое время. А это что такое? Сотрудник ФСБ крышует олигархов? С этого же началась вся история?! Что, Собственная Безопасность мышей совсем не ловит, или окончательно продались? Вам что, новый тридцать седьмой год устроить?! Напомнить, как это делается?! Вот даже специалисты под рукой есть! Значит, так! Список всех причастных к этой истории мне на стол. Мы с тобой птенцы одной конторы, знаешь, что потом делать. Да, обеспечь мне выход на товарища Судоплатова. Но чтоб, больше без пьяных выходок, нормальных людей поставь, проверенных. ТАМ Война идет, люди гибнут, а мы из-за твоих засранцев сейчас перед товарищем Сталиным в полной жопе.

— Сделаем, Владимир Владимирович, — кивнул Бортников, — я понимаю, больше такого не повторится…

— Ни хрена вы не понимаете, товарищи, война идет, и ТАМ и в любой момент может начаться здесь. Вы думаете пшеки просто так сдулись? Просто пришлось намекнуть пану Туску, что генерал Шаманов вот, вот выедет на учения в Белоруссию, во главе всех воздушно-десантных бригад. Мол, стратегические учения ВДВ, во взаимодействию с ВВС по принуждению к миру всяких отморозков.

Тут премьер несколько лукавил. Они сами затянули с нотой протеста для возможности ввести на территорию Белоруссии свои части, якобы для миротворческой миссии, а на самом деле иметь свои подразделения и рычаг давления на крайний случай. План удался, две десантные бригады расположились недалеко от границы с поляками, а значит и рядом с порталом.

— И что проснувшись однажды утром он может, не найти на привычном месте, например, Варшавы, — продолжил ВВ: — Знаете, отлично подействовало! Правда пришлось реально вывести пару бригад из военных городков и поднять в воздух самолеты… Польша знает, что дядя Сэм за нее воевать не будет, опыт пяти дней в августе имеется.

— Да?! — иронично улыбнулся Иванов, своей сногсшибательной улыбкой: — А что гарант?

— Дерьмо у нас, а не гарант, товарищи. Но тут уж моя ошибка, каюсь. Но, Сергей Борисович, если бы ты хоть немного порол в детстве своего отпрыска, то гарантом сейчас был бы ты, и нам было бы гораздо легче. Ты знаешь, что я имею в виду! — на этот раз опускать голову пришлось Иванову: — Не знаю что и как, но президентом в две тысячи двенадцатом году ему не быть, это точно. Короче, пришлось его 'заболеть' с временной передачей полномочий. Ставки в игре, товарищи, очень велики. В том числе и торговые связи с ТЕМ миром могут застраховать нашу экономику от кризиса. Владимир Иванович, как насчет возможностей подтянуть к порталу железнодорожные пути?

— Белорусские товарищи уже заканчивают, так что наша помощь не требуется, Владимир Владимирович. Можно помочь тепловозами и вагонами, — черкнул в своей записной книжке Якунин: — Есть и еще один вопрос, товарищ Путин, после выступления товарища Сталина народ кипит. Нам надо отреагировать в идеологическом смысле, потому что противоположный лагерь уже начал реагировать. Хотя ряды так называемых правозащитников изрядно прорежены, но все равно, немало дерьма осталось в нашей стране. Только господа Федотов и Сванидзе чего стоят? Да и вся либерально демократическая пресса воет как в ж…пу укушенная…

— Значит так, наплевать и забыть! Развернуть контрпропаганду, объявить

этих борцов с тоталитаризмом пособниками фашистов. С Моссадом свяжитесь что ли, у них к этому вопросу отношение серьезное. На месте товарища Сталина я бы всех местных евреев сплавил в наш Израиль, оптом. Так он и от собственного геморроя избавится и Праведником Мира станет. Да и там, в свое время не объявятся всякие Смоленские, Гусинские, Березовские, Ходорковские и прочие Абрамовичи и Дварковичи. Ну да, хватит о грустном, ближе к делу. Игорь Иванович, подумай со своими людьми над нуждами наших предков из сорок первого. Ну, там, танкоремонт, техника, боеприпасы… все что по промышленной части надо — подготовь.

— Владимир Владимирович… — вмешался в разговор Бортников, — по нашим сведениям порталы идут крест — накрест. Наш, из-под Казани — под тамошний Брест, где сейчас фашисты. А Белорусский из-под Бреста под тамошнюю Казань. Так что если и удастся открыть портал, то прямо в немецкий тыл.

— Так это же замечательно, — оживился Иванов, — может все-таки поручить товарищу Шаманову, провести давно запланированные учения?

— Не все так просто, товарищи, — заметил Бортников, — по нашим данным для открытия портала необходим специальный человек, у нас он проходит под позывными 'Гермес' и 'Проводник'. Во-первых, этот самый 'Гермес', по нашим сведениям, хоть и является уроженцем нашего времени, но принял гражданство СССР сорок первого года и теперь напрямую подчиняется товарищу Сталину. Но это только 'во-первых', а во-вторых, он сначала пропал на некоторое время, а два дня назад объявился из казанского портала. В результате чего был задержан группой наших не благонадежных сотрудников. В ходе задержания, при не до конца выясненных обстоятельствах, погиб боец Красной Армии. Кроме того, как удалось установить, в результате спецоперации осуществленной сотрудниками ГУГБ НКВД СССР, несколько часов назад он был освобожден из-под стражи. При этом все сотрудники нашей организации, — офицеры переглянулись, — принимавшие участие в этом незапланированном захвате, были уничтожены.

— Туда им и дорога, — кивнул премьер, — так что с этим 'Гермесом'?

— Скорее всего, его вывезли на территорию республики Беларусь, — уточнил Бортников, — И если так, то он уже на территории СССР.

— Понятно! — председатель правительства сжал пальцы в замок, — тогда мне нужна встреча с Александром Григорьевичем. Личная и абсолютно конфиденциальная. Никаких телефонных и радиопереговоров, только с глазу на глаз. Александр Васильевич это по твоей части, будем через товарища Лукашенко выходить на товарища Сталина. Да, и смотри у меня, чтобы наш Дмитрий Анатольевич с привязи не сорвался, вот это точно будет не приятность!

— Сделаем. Владимир Владимирович. Есть еще одна новость. Я получил ее перед самым совещанием.

— Что там?

— Сталин ответил на вопли правозащитников…

— Что опять?! Они и так уже более сорока человек под 'нож' пустили и они продолжают работать. Мы уже устали прикрывать их работу…

— Нет. Тут другое. Они ответили на Катынь…

— Это уже интереснее. Что?

— Вот. Этот документ отправлен не только полякам, но и во все СМИ. Копии разуметься. Этот перехвачен нами, — передавая листок бумаги, ответил директор ФСБ.

Взяв листок в руки премьер вчитался, после чего откинулся на спинку сиденья и задумался, передав документ Иванову. Прочистив горло, тот зачитал его вслух.

'НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР, ВРУЧЕННАЯ ПОЛЬСКОМУ ПОСЛУ В МИНСКЕ ЛЕШЕКУ ШЕРЕПКА

15 ИЮЛЯ 2011 ГОДА через представителя правительства Республики Беларусь

Господин посол,

Советское правительство доводит до Вас и Вашего правительства нижеследующее: