Второй этаж
Шрифт:
— Нам нужно войти, — бормочу я, чувствуя на себе, прожигающий дыру взгляд. Константин соглашается и пропускает меня вперед.
Я сажусь напротив директора, стараясь не смотреть в его сторону. Виталий с интересом изучает нас. Напряжение за столом достигает критической отметки, «расплавляя» этот и три соседних стола.
— Утро недоброе, — нарушает тяготящую тишину директор. Я смотрю на него исподлобья. «Она мне нравится» — всплывает и маячит передо мной как на веревочке, и я принимаюсь за гипнотизацию перечницы. Не могу
— Что-нибудь выбрали? — раздается слева. И почему именно сегодня он не заказал для нас завтрак по своему усмотрению.
— Я уже себе заказал, — говорит Виталий.
— Мне и девушке завтрак номер два, — говорит Константин. Вот уж спасибо!
— Хорошо, — доброжелательно отвечает официант и отходит от столика.
— За эту ночь что-то изменилось между вами? — директор задает прямой вопрос, я краснею и вжимаю голову в плечи. Разве можно быть таким бестактным?
— Просто ешь молча, — как всегда грубит его брат.
— Значит, я прав, — с самодовольством заявляет Виталий. — Рассказывайте.
Я молчу, надеясь, что за нас ответит Громов. И он отвечает.
— Мы переспали.
Что?!
Я вскидываю голову и ошарашенно на него смотрю. Виталий давится яичницей.
— Ты это хотел услышать? — добавляет Костя.
Фух!
— Ну и шутки у тебя, — откашлявшись, журит его директор.
— А ты не лезь, куда не просят, — жестит Константин.
— Как директор я имею право знать, какая кошка пробежала между моими подчиненными? — парирует Виталий, Громов хмурится. Слово «подчиненный» явно пришлось ему не по вкусу.
— Не забывайся, — цедит он.
— И все-таки, когда вы успели поссориться? — не унимается директор.
— Мы не ссорились, — отвечаем мы одновременно и переглядываемся.
— Да с вами невозможно рядом находится, искритесь как бенгальские огни.
— Можешь выйти, — предлагает ему Громов, складывая руки в замок.
— Пожалуй, — внезапно сдается Виталий, швыряет салфетку на стол, поднимается и уходит. Я завороженно смотрю ему вслед, не веря своим глазам. Константин впервые победил.
— Мне бы хотелось сказать: зачем ты так? Но спасибо. Его общество меня порядком напрягает, — честно признаюсь я, до сих пор глядя на удаляющуюся спину директора.
— Это ненадолго, — предостерегает меня от излишней радости Костя и принимается есть. Килограмм бекона, жаренная яичница, клюквенный пирог и кофе. Разве столько кушают люди?
Съедаем свой завтрак, я часть, Громов полностью, в абсолютной тишине. Виталий всегда выводит Костю из равновесия. На некоторое время он становится таким потерянным и подавленным. Что это как не чувство вины? Только зачем он себя загнал в эту клетку? Не понятно.
— Поела? — заботливо спрашивает Громов.
— Да, — ковыряя вилкой в тарелке, отвечаю я.
— Тогда пошли?
— Да.
— Продолжим
— Да. Подожди! Что?! — вскрикиваю я и прижимаю ладонь ко рту. — Ты меня подловил!
— Пошли, глупышка. — Костя смеется.
— Больше никогда так не делай. — Я выставляю перед ним указательный палец, когда мы выходим из отеля.
— Откуда мне знать, что ты задумалась.
— Все равно не делай, — с угрожающей твердостью требую я.
— Я подумаю, — усмехается он и открывает передо мной дверь автомобиля. Бездумно сажусь внутрь под его насмешливым взглядом, и до меня доходит, куда я села.
— Долго вы завтракали, — как ни в чем не бывало, говорит Виталий.
— Кажется, прошла вечность, — бурчу себе под нос, встречая его ледяной пронизывающий взгляд. Ох!
— Поехали, что пялишься, — обрубает его Константин. Иногда мне кажется, что директор не выдержит и врежет ему. Однако и в этот раз Виталий пропускает колкость и встраивается в поток.
— Разве можно не любоваться такой красотой как у Миа? — льстиво произносит директор, вгоняя меня в краску.
— Можно, только про себя, — отвечает ему Громов.
— То есть как ты? — парирует директор.
Я устремляю взгляд в окно. Эти двое невыносимы.
— У тебя провалы в памяти сегодня?
— Хочешь восстановить?
— С удовольствием, только машину останови.
— Может, хватит? — неожиданно для себя встреваю в их перепалку. Оба устремляют на меня свои глаза. — Давайте молча доедим до офиса.
Виталий улыбается и прибавляет музыку. Из колонок на нас набрасывается сумасшедший ор какой-то рок-группы, я морщусь, но не протестую. Константин отворачивается к окну. Так-то.
Как только директор нажимает на тормоз, я пулей выскакиваю из машины. Забегаю в здание и рывком открываю офисную дверь. Ребята сидят на диване, пьют кофе, наверное, обсуждают новости. Увидев меня, все разом замолкают и встают. Когда я успела стать такой важной?
— Доброе утро, Миа.
— Доброе. Девочки, пойдемте. — Быстро вхожу в роль и прежде, чем меня успевают нагнать братья, скрываюсь в кабинете отдела продаж.
Я хватаюсь за бок, стараясь отдышаться. Сначала Громов, потом Илья, теперь еще и директор. Прав был Валера, ох, как прав. Никогда не считала себя мега привлекательной особой, более того никогда такой не была. Я совершенно обычная девушка, но, что, твою мать, происходит? У всех повышенный уровень тестостерона?
— С тобой все в порядке? — интересуется Даша, глядя на меня своими большими беспокойными глазами.
— Да. Приступим?
Сажусь за стол напротив девочек, разворачиваю монитор и начинаю наглядно показывать, что им предстоит делать. Не проходит и пяти минут моей с натяжкой связной речи, как мобильный издает противный писк, оповещая о новом сообщении. Смотрю на экран и невольно краснею — Константин.