Второй этаж
Шрифт:
— Добрый, — расцветает Виталий и поднимается с места. Следую его примеру, прохожу и сажусь напротив Ангелины. — Чай, кофе? — заботливо спрашивает директор.
— Нет, спасибо, — заразительно улыбается она, демонстрируя свои идеальные зубы. Я же поджимаю свои губы. Почему эта девочка вырабатывает во мне комплекс неполноценности?
— Тогда начнем, — воодушевляется Виталий, представляет меня девушке, не забыв отметить, что я администратор и ее непосредственный руководитель. «С чего бы, а?» Ангелина кидает на меня
Директор посвящает девушку в тонкости работы, задает ей несколько наводящих вопросов. И, кажется, остается довольным ее ответами, как и я. «Умеет производить впечатление. Так-так. Плюс или минус?» — не сдает позиций настороженная Миа-2.
— Миа, у тебя есть вопросы? — со всей любезностью обращается ко мне Виталий.
— Когда вы готовы начать? — игнорируя его, спрашиваю у Гели.
— С понедельника.
— Так поздно? — не довольствует Виталий, состряпав гримасу омерзения.
«Это еще что?» — корчится Миа-2 от увиденного.
— Эта неделя последняя на моей нынешней работе, — поясняет она, заметно занервничав. «Этот тип умеет выводить из равновесия», — поддерживает ее Миа-2.
— Что ж, если Миа не против… — Виталий бросает на меня вопросительный знак. Я согласно киваю, и он продолжает: — Ждем тебя в понедельник к девяти.
— Хорошо, спасибо. — Сияет она и встает. Мы с Виталием тоже поднимаемся. — До свидания.
— До встречи, — отвечаем мы хором, переглядываемся и на мое удивление искренне улыбаемся друг другу.
Когда Ангелина покидает кабинет, директор оборачивается ко мне и с улыбкой говорит:
— Полагаю, конфликт исчерпан?
— Полностью, — вполне искренне говорю я.
— Я рад. Извини, что наехал, — вдруг выдает он.
— Принимается, — удовлетворенно кивая головой, отвечаю я.
— Хорошая девочка, — отмечает Виталий.
— Да, мне то же понравилась, — соглашаюсь с ним. Миа-2 кладет очки эксперта на полку.
— Скажешь Васе, что нужно для нее настроить?
С чего вдруг такое подхалимство?
— Конечно.
Выхожу из «Гранд Плазы», оглядываюсь и нахожу Константина. Он стоит, облокотившись на Гелендваген, подставив свое суровое лицо послеобеденному солнцу. У меня захватывает дух от его вида, и я на подкашивающихся ногах подхожу к нему.
— Бу! — кричу ему в ухо. Громов, не испугавшись, распахивает глаза и внимательно смотрит на меня, на его лице появляется улыбка.
— Вижу, все хорошо?
— Абсолютно!
— Тогда поехали? — Костя открывает передо мной пассажирскую дверь.
— Так точно, босс! — салютую ему и забираюсь внутрь.
— Как все прошло? — интересуется он, когда мы отъезжаем от офиса.
— Хорошо. Девочку взяли.
— Когда выходит?
— В понедельник.
— Ясно.
— Куда
— К морю. — Ошарашивает меня Громов.
— К морю?!
— Ага. Тебе не помешает свежий воздух. Да и мне тоже, — спокойно отвечает он, не отрывая взгляда от дороги.
— А как же еда?
— Ты любишь сэндвичи? — На его лице появляется ухмылка.
— Ага. — Довольно киваю головой.
— Тогда выбирай, — говорит Костя, припарковавшись около пит-стопа.
Я изучаю меню.
— Здравствуйте. — Появляется блондинистая голова в окошке. — Слушаю вас.
Костя бросает на меня заинтересованный взгляд.
— Сэндвич с курицей и капучино с корицей.
— Два сэндвича с курицей и два капучино с корицей, — говорит он девушке, чем удивляет меня.
Окошко закрывается, мы встречаемся глазами.
— Люблю тоже, что и ты, — изрекает он, словно прочитав мои мысли.
Отчего-то я краснею и отворачиваюсь к окну. Люблю тоже, что и ты. Я пробую эти слова на вкус. Чертовски приятно! Этот мужчина не перестает меня удивлять.
— Ваш заказ. — Блондинка высовывается из окошка и протягивает Косте крафтовый пакет и подложку с кофе. — С вас семьсот рублей.
Я тянусь в сумку за кошельком, но Костя останавливает меня, накрывая мою ладонь своей, и говорит:
— Не надо.
Я моргаю и тупо смотрю на него. Громов протягивает девушке карточку, набирает код и отъезжает.
— Никогда больше так не делай, — сурово произносит он, встраиваясь в поток.
Я молчу. Мне неудобно. Мы же не на свидании, чтобы он меня угощал. «А как это называется?» — ехидничает Миа-2.
— Миа? — зовет меня Костя, я поворачиваю голову. — Все в порядке?
Кажется, он обеспокоен.
— Да, — сдавленно отвечаю я.
Громов удовлетворенно кивает и паркуется около пляжа. Осматриваюсь. На удивление людей не слишком много, а ведь сегодня невероятно жарит солнце, и почти нет ветра.
— Идем?
Я киваю и выхожу из машины, захватив сэндвичи и напитки. Костя обходит гелик и достает из багажника плед, чем поражает меня окончательно.
— Давай. — Он подходит ко мне и забирает подложку с кофе.
Доходим почти до самой кромки воды, Костя ставит стаканы на песок и расстилает плед. Мне становится так радостно — я с ним и впервые на таком пикнике.
Мой компаньон снимает кроссовки, затем носки и устраивается на покрывале. «Босые ступни — как сексуально», — облизывается Миа-2. Смотрю на него с высоты своего роста и поражаюсь внезапно открывшейся красоте Константина Громова. Двухдневная щетина придает ему еще больше мужественности. Интересно, она сильно колется? Черная футболка обтягивает его огромные плечи, что дух захватывает. А джинсы очень выразительно подчеркивают то, что надо бы скрыть.