Второй долг

Винтерс Пэппер

Она склонилась в неверии, становясь на колени у могилы своей матери.

Ее терзания присоединились к урагану отвращения, которое, по-видимому, никогда не покидало это место. Мурашки в один момент покрыли мою кожу рук, когда порыв сильного ветра трепал ее волосы, приводя в беспорядок.

— Мисс Уивер… — я двинулся вперед, желая всей душой поднять ее от земли и закинуть себе на плечо. Я не мог больше находиться здесь ни секунды.

Черт побери, этого не должно было случиться.

Ее глаза встретились с моими, но

они не утопали в слезах — в них сверкала жестокая ненависть.

— Это правда? Все это время мой отец уверял меня, что она сбежала. Все это время он пичкал нас историями, что она покинула свою семью в поисках лучшей жизни. Мой брат понимал, что это означало, что она умерла, но ни разу Текс не отвел нас на ее могилу. После того, что сказал твой отец… о том, что он совершил, я все еще таила детскую наивную надежду, что она жива. Но это... — Ее голос прошил мое тело насквозь. — Это правда? Все это время моя мать была похоронена, холодная и одинокая в земле, принадлежащей мужчинам, которые убили ее?

Я сглотнул, пытаясь быстро окунуться в безопасность, что таил в себе мой внутренний холод. Я не мог больше находиться там и выслушивать весь этот ужас, что срывался с ее губ. Я не мог позволить, чтобы ее горе отравило мою душу. Я, бл*дь, отказывался слушать это.

— Это не я.

Как будто это могло бы облегчить ее страдания.

Нила покачала головой, смотря на меня немигающими глазами, будто я был отвратительным уродливым существом.

— Что не ты? Не делал этого? Ты думаешь, мне есть до этого дело, твои ли руки забрали ее жизнь? Это была твоя семья, Джетро. Твое семейство, ты такой же монстр, как и они!

Раны на моих стопах больше не защищали меня. Я был так близок, чтобы потерять чертов контроль.

Мое тело зудело от нужды укрыться. Спрятаться от снежной лавины, что обрушивалась внутри меня.

— Пойдем.

— Я никуда не пойду с тобой! — Нила развернулась лицом к месту, где была захоронена ее мать.

Я поднял глаза, чтобы прочесть надпись на простом мраморном надгробии, возвышающимся над ее дрожащим телом.

Здесь покоится плата за долги, которые сейчас считаются выплаченными.

Покойся с миром Эмма Уивер в Аду, в котором, возможно, придется столкнуться с иными долгами.

Нила взглянула на меня через плечо, ее глаза распахнулись насколько широко, что они стали напоминать черную бездну.

— Джетро…

Боль и ненависть, которыми был пропитан ее голос, причиняли мне муки сильнее, чем порезы на ногах. Я сделал шаг назад, увеличивая спасительное расстояние между нами.

— Я не могу дать тебе того, что ты жаждешь.

Она обреченно покачала головой.

— Ты не можешь или все же не хочешь?

Я прекрасно понимал, что

она хотела ответов. Гребаного объяснения. Веских фактов, почему ее семья была похоронена на земле Хоук, и каким образом нам удалось обойти закон, чтобы провернуть все то, что никто бы не смог.

Но что я мог сказать? Я был повязан. Вынужден хранить гнетущее молчание. Скован, не только из-за родства с Хоук, но мое болезненное состояние заставляло меня отвергать мою собственную семью.

Правда ранит. Проклятье, так больно ранит.

Ее испуг. Ее печаль. Пульсирующая боль в моих ногах.

Мне нужно убираться.

Именно поэтому я предпочитал оставаться холодным и отстраненным. Поэтому я делал, то, что делал.

Именно поэтому я никогда не позволял никому приближаться к себе и превозносил свои обязанности сына выше желаний своего сердца.

Моя болезнь подразумевала под собой, что я просто не мог допустить, чтобы такие вещи происходили.

Я просто не мог справиться с ними.

— Я сказал тебе, что не хотел, чтобы ты видела это место, но ты, бл*дь, бросила мне вызов! — приступ опаляющего гнева дал мне место, где я мог укрыться. — Я отказываюсь потворствовать твоему чувству жалости к себе. — Гнев заполнил мои вены, предоставляя мне спасительное убежище.

Я отпрянул, удерживая себя на расстоянии от ее неудержимого чувства ярости, что воцарилось на ее лице.

— Подойди отсюда. Мы уходим. — Я вновь щелкнул пальцами. — Сейчас!

Нила застыла без движения. Ее глаза метнулись к полукругу смерти, что окружал нас. Неудачная подкова могил с надгробными камнями.

Ее грудь судорожно приподнялась, когда из нее вырвался мучительный всхлип. Указывая рукой в сторону остальных могил, она покачала головой. Одним лишь жестом, она обрушила на меня груз вопросов, для которых понадобилась бы целая жизнь.

«Как вы могли?

Как вы остались безнаказанными?

Почему никто не остановил вас?»

У меня не было ответов на эти вопросы.

Мой взгляд опустился на могилы.

Шесть могил в общей сложности.

Все надгробия были украшены гравировкой бриллианта, но наибольшей насмешкой над покойными было: ястреб, который возвышался в верхней части надгробного камня, по когтям которого стекали капли крови, орошая шрифт надгробной речи.

— Это... не может быть реальным, это не может происходить со мной наяву. Никто не может быть настолько дьявольски жестокими.

«Ты ошибаешься. Хоук могут».

Я сжал переносицу.

— Тихо! — оглядываясь назад, я потребовал: — Быстро прощайся. Мы уходим, и я очень сомневаюсь, что тебе разрешат прийти сюда еще раз.

Ее рот искривился в злой ошеломленной усмешке.

— Ты… У меня даже нет слов, чтобы выразить все то, что я думаю о тебе. Насколько меня от тебя тошнит.

— Хорошо. Мне не нужны твои слова. Я желаю убраться отсюда и прямо сейчас.