Шрифт:
Annotation
Сказочные фейри, уводящие в волшебные холмы, ведьмы, словно сошедшие со страниц жутких средневековых сказок, дивные эльфы, чтущие природу - всё это один народ. Я узнала о них достаточно, чтобы понимать мотивы людей из Сопротивления и разгневанных богов, но отойти в сторону не могу. Как-то во всём этом безобразии я замешана. И как-то странно получается: с одной стороны во мне признали голос духов, жрицу, а ими были только люди, с другой - я одна из волшебного народа, а они чужаки. Что за ерунда такая, а? И это если не говорить о моей родне, которая ходит вокруг меня подозрительными кругами. И не вспоминать про проклятую
Ирина Нельсон
Глава 1. Люди и нелюди
Глава 2. Дневник
Глава 3. Бездна
Глава 4. Великий и ужасный
Глава 5. Шаги навстречу
Глава 6. Проблемы медиума
Глава 7. Болезнь
Глава 8. Открытия
Глава 9. Отцы и дети
Глава 10. Мотивация
Глава 11. Вопросы исцеления
Глава 12. Покушение
Глава 13. Люди
Глава 14 Alter ego.
Глава 15. Наступление
Глава 16. Саженец
Глава 17. Солнечный жар
Глава 18. Ребенок человечества
Эпилог, или Двадцать лет спустя.
Ирина Нельсон
Второстепенный: Плата
Глава 1. Люди и нелюди
Она была не броской и солнечной, как Вадим, хотя они, несомненно, состояли в кровном родстве, а какой-то… блёклой. Его сочная юношеская красота в ней, уже взрослой женщине, скрадывалась человеческим несовершенством: чуть выше поднятый уголок правого глаза, чуть меньше изгиб бровей, линия челюсти более круглая, пятнышко родинки на левой щеке, в глазах вместо хризолитовой зелени плескалась самая обычная сероватая синева, волосы – в детстве наверняка те самые, золотистые – сейчас были невнятного пепельного оттенка и вообще прямыми. Каждый год на свет появляются сотни таких.
И свет её улыбки, лукавой и лучистой у Вадима, в ней играл другими, мягкими красками.
– Профессор Хов, если вы пришли за Вадимом, то имейте ввиду – в школу я его не верну. У вас там неблагополучная обстановка. Не делайте удивлённое лицо. Конечно, я про вас знаю, - она подпёрла рукой подбородок и, отведя взгляд, покатала по столешнице забытый кем-то карандаш. Широкий шерстяной рукав её синего платья зацепился за сучок, и тонкие пальчики тут же ловко его освободили.
Корион отметил, что она тоже левша. И голос... Когда она пела, это не слышалось так сильно. Вадим был ещё мальчишкой, его голос ещё не сломался и звучал практически так же. У них одна мать? Или же она и есть его мать? Как стареют люди в их мире?
– Я не собирался тащить его в Фогруф. Я хотел убедиться, что он в порядке. Ребёнку трудно устроиться в нашем мире без поддержки взрослых. Вы не представились, мисс или же миссис..?
– Мисс. Валентина Дмитриевна Волхова. Но лучше называйте меня Валенсия.
Валенсия. Эта вариация ей шла гораздо больше громоздкой и твердой Валентины.
– Как вы сумели прийти, мисс Волхова?
Она улыбнулась краешком губ, точно как Вадим, и вытащила из-под ворота простенькую цепочку со знакомым серебряным кольцом «Спаси и сохрани».
– Волховых много, но частица родной земли была лишь одна.
Корион откинулся на спинку стула.
– Я знал, что
Валенсия спрятала кольцо обратно под воротник и поблагодарила официанта за принесённый кофе.
– Просто это единственная вещь из дома, которая осталась у Вадима. Он в порядке. Есть небольшие сложности с благоустройством, но это временно. Вы выбрали что-нибудь? Советую жаркое из телятины. Вадиму оно очень нравится. К сожалению, я больше не смогу пользоваться бесплатным обедом как сотрудник. Придётся искать новое место. У женщины без документов довольно мало возможностей устроиться у вас. У нас с этим было проще, но, к сожалению, дороги назад нет и не будет.
Не соврала, отметил Корион. Всего лишь недоговорила.
– Я слышу упрёк. Не скажу, что незаслуженно, - согласился Корион.
– Но вы же понимаете, что раз я нашёл сюда дорогу, то скоро явится и Караул вместе с невестой вашего брата?
Валенсия удивлённо моргнула.
– Невестой? Он же оставил письмо с отказом.
– Эрида полагает, что сможет его переубедить.
Его весьма позабавило выражение её лица. Они с Вадимом совершенно одинаково сводили брови, кривили губы и морщили носы. Гримаса сама по себе смешная, а в исполнении взрослой женщины это выглядело ещё смешнее.
– Сэр, вы же пошутили, да?
– жалобно сказала она.
– Она же в прабабушки годится!
– Уверяю, Эрида прабабушкой не выглядит и не будет выглядеть ещё лет двести. А если ей всё-таки удастся завоевать его сердце, то она будет молодой и полной сил вплоть до его кончины. На самом деле она отличная партия. У неё своё дело, весьма прогрессивные взгляды на брак и лёгкий характер. Она весьма красива и не менее умна. Вадиму будет с ней хорошо. К тому же у них точно не будет проблем с совместимостью и детьми...
Валенсия сидела с таким видом, словно слушала не о самой интересной женщине тысячелетия, а о размножении ленточных паразитов. Видимо, предполагаемая невестка ей представлялась совсем иначе. Когда её взгляд метнулся в сторону кухни, Корион понял, что ещё чуть-чуть — и Волховых придётся искать в Сибири. И резко поменял тему.
– Впрочем, Вадим может войти в мою семью.
– А?
– растерянно заморгала Валенсия. – Каким это образом?
– Моим пасынком, - вкрадчиво ответил Корион.
– Видите ли, мой дед, лорд Бэрбоу - вы его, возможно, помните — жаждет меня женить. Однако те невесты, которых он подобрал, ужасны. Брать в дом женщину из нашего мира — невероятный риск внести в род неизлечимые заболевания. Но вы сестра истинного целителя, который с успехом избавил моего друга от врождённой склонности к рубцам. Думаю, насчёт вашей кандидатуры мой дед возражать не будет. К тому же у меня есть дом в мире смертных, рядом с городом. Вадиму не придётся терпеть магическое поле, вы сможете при желании работать и устроиться гораздо лучше. Поверьте, выправить документы жене эльта гораздо проще, чем иномирной эмигрантке без роду и племени.
Валенсия вытаращилась на него, не донеся чашку до рта. Повисло молчание. Исходящий паром кофе опасно накренился, явно нацелившись на голову одного не слишком деликатного алхимика.
– Вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять?
– нашёлся Корион, повторив слова Вадима, когда тот пришёл на отработку на полчаса раньше. Аргумент был до того нелеп, что тогда Корион не смог подобрать слов и невольно его запомнил. Как выяснилось, не зря.
Валенсия звонко расхохоталась, да так, что на них оглянулись.