Вторая сестра

Хо-Кей Чан

Сестра несколько минут молчала, потом собралась и снова начала говорить. Женщина-инспектор все записывала.

Сиу-Ман охватила паника, но тут рука извращенца вдруг исчезла… Нет! Кто-то приподнял край ее форменного платья и стал поглаживать бедро. Ей стало дурно, подкатила тошнота. Казалось, будто по коже тараканы ползают, но она, прижатая к двери, даже пошевелиться толком не могла. Стояла и молилась о том, чтобы рука мерзавца не полезла выше.

Но, конечно, ее мольбы остались без ответа.

Извращенец засунул руку за край трусиков и стал

подбираться к интимным местам. Она отчаянно тянула вниз подол, чтобы хоть как-то помешать извращенцу.

– Я… я даже не могу сказать… как долго он меня трогал… Я… мысленно умоляла его отстать от меня, – дрожащим голосом произнесла Сиу-Ман, и у Нга-Йи до боли сжалось сердце. – А потом меня спасла одна женщина.

– Женщина? – перепросила Нга-Йи.

– Извращенца остановили неравнодушные пассажиры, – уточнила женщина-инспектор.

Когда поезд подъезжал к станции «Коулун Тонг», в вагоне вдруг раздался громкий женский голос:

– Эй ты! Ты чем это занимаешься? – Это была та самая дама, что болтала по телефону.

– Как только женщина закричала, рука сразу убралась, – проговорила Сиу-Ман дрогнувшим голосом.

– Я с тобой говорю! Ты только что чем занимался?

Сиу-Ман сумела обернуться. Женщина кричала на высокого мужчину, от которого ее отделяло два или три пассажира. На вид ему было лет сорок. Желтоватая, словно бы восковая кожа, выступающие скулы, плоский нос, тонкие губы. Взгляд вороватый, блуждающий. Он был в тускло-голубой рубашке, и из-за этого его бледность казалась еще более сильной.

– Это вы мне?

– Да, тебе! Чем ты тут занимался, я тебя спрашиваю?

– А чем я занимался?

Мужчина занервничал. Поезд остановился на станции, и справа открылись двери.

– Еще спрашиваешь, извращенец! Ты трогал эту девочку? – Женщина кивком указала на Сиу-Ман.

– Да вы с ума сошли!

Мужчина засобирался выйти из поезда вместе с другими пассажирами.

– Не так быстро! – Дама протолкалась через толпу пассажиров и, не дав ему уйти, схватила за руку. – Девочка, вот этот мужчина только что трогал тебя за попку?

Сиу-Ман прикусила нижнюю губу и опустила глаза, растерявшись. Она не знала – сказать ли правду.

– Не бойся, девочка. Я буду твоей свидетельницей! Просто скажи мне!

Сиу-Ман кивнула.

– Да вы обе чокнутые! Отпустите меня! – завопил мужчина.

Все вокруг смотрели на них. Кто-то нажал тревожную кнопку, чтобы сообщить о происшествии машинисту.

– Я своими глазами все видела! – не унималась женщина. – Не отпирайся! Ты пойдешь с нами в полицейский участок!

– Да я просто случайно к ней прижался! Вы на нее-то посмотрите! На что мне сдалась ее задница? Если вы меня не отпустите, я вас обвиню в том, что вы меня оболгали!

Мужчина оттолкнул женщину и попытался выйти из поезда, но в вагоне оказался крепкий, мускулистый парень в рубашке с коротким рукавом. Он остановил пассажира.

– Господин, сделали вы это или нет, вам лучше пойти в полицию и решить этот вопрос, – произнес он с угрозой в голосе.

Сиу-Ман

съежилась, ощущая на себе взгляды пассажиров. Одни смотрели на нее с жалостью, другие с любопытством или похотливо. А от того, как на нее пялились некоторые мужчины, ей становилось не по себе. Казалось, они спрашивают: «Так это тебя лапали? Ну и как? Стыдно? Или понравилось?» Она вышла на платформу. Ноги дрожали. Совсем по-детски села на корточки и стала плакать.

– Эй, не плачь! Я тебе помогу! – подошла к ней женщина.

В итоге она и еще одна женщина, похожая на чиновницу, отвели Сиу-Ман в полицейский участок, чтобы та написала заявление, а мускулистый парень потащил в участок извращенца.

Из показаний женщины следовало, что она, разговаривая по телефону, заметила, что девочка у двери чем-то напугана – это было видно по взглядам, которые она бросала из-за спины. А потом, когда на станции «Шек Кип Мей» в вагоне стало чуть посвободнее, она заметила, что у Сиу-Ман задран подол форменного платья и чья-то рука ощупывает ее ягодицы. Как только женщина начала кричать, некоторые пассажиры сразу же начали снимать видео, в наши дни камеры у всех есть.

Задержанного мужчину звали Шиу Так-Пинг. Ему было сорок три года, он был владельцем магазина канцелярских товаров. Обвинения он отвергал и утверждал, что прижался к Сиу-Ман случайно, а девчонка раздула скандал из-за того, что раньше они слегка повздорили.

У задержанного версия событий была такая: Сиу-Ман что-то покупала в киоске около станции «Яу Ма Тей» и так долго расплачивалась, что за ней выстроилась очередь. Так-Пинг стал ее поторапливать. Она, дескать, озлилась на него, а когда сумасшедшая дамочка – мало ли что ей померещилось, – подняла крик, решила отомстить, обвинив в развратных действиях.

Один из офицеров полиции допросил кассиршу киоска, и та подтвердила, что неприятный инцидент действительно имел место. Она сказала, что господин так сильно возмутился, что даже после ухода Сиу-Ман продолжал ворчать: «Ну и молодежь пошла. Из-за них пропадет Гонконг, жди беды!»

Вряд ли слова кассирши могли послужить доказательством того, что Сиу-Ман надумала ему отомстить, а вот поведение Шиу Так-Пинга определенно указывало на его вину. Он выкрикивал оскорбления, пытался скрыться с места преступления, а ведь ему не нужно было выходить на станции «Коулун Тонг» – его дом и принадлежащий ему магазин находились в районе станции «Вонг Тай Син». К тому же была свидетельница.

– Мисс, пожалуйста, прочтите это и проверьте, все ли записано верно с ваших слов, – сказала женщина-инспектор и положила заявление перед Сиу-Ман. – Если все в порядке, подпишите вот здесь.

Сиу-Ман взяла шариковую ручку и неловко написала свое имя на бланке.

Нга-Йи впервые в жизни видела заявление в полицию. Внизу было напечатано: «Я понимаю, что предоставление полиции заведомо ложных показаний является преступлением и что за это грозит преследование по закону». Это выглядело серьезно, а Сиу-Ман еще совсем ребенок…