Вторая семья
Шрифт:
Кровь застучала в висках отчаянным пульсом, а в глазах потемнело. Я поняла, что не могу дышать, потому что уже прочла все сообщение, речь в котором шла в том числе и обо мне.
«Маленькая моя глупышка… Ты же знаешь, мы с ней даже не спим».
– Мил… Мила… Может, воды? А? Ты бледная, как смерть!
– воскликнула Аля, вскакивая с места и нависая надо мной.
Я перевела на нее ничего не видящий взгляд. Перед ним так и стояли эти несколько слов, которые только что прочла. И имя той, кому
– Я… я не знаю, что сказать, - выдохнула в ответ.
Так ужасно не чувствовала себя ни разу в жизни. Мое состояние было похоже на преддверие смерти. Возможно, именно так ощущают себя те, кто понимает - скоро они просто перестанут существовать. И лишь только мысли о Вадиме помогали мне держаться на плаву.
– Можно посмотреть?
– спросила Аля, усаживаясь обратно.
– Если скажешь «нет», я пойму.
Я закусила нижнюю губу. Мне хотелось плакать, кричать, реветь от того ужаса, который испытывала в данный момент.
– Да, - хрипло отозвалась я.
– Раз уж ты и так в этом всем по самую макушку…
Альбина взяла распечатку и принялась наскоро ее пролистывать. Я жадно смотрела на подругу. Молилась про себя, чтобы она просто сказала, будто все это мне привиделось. Не было никакой «маленькой моей глупышки». Я просто прочла что-то не так…
Сделав глубокий вдох, Аля задержалась на каком-то сообщении. Крепче сжала лист бумаги. Бросила на меня быстрый взгляд, в котором мелькнуло сожаление (совсем не хотелось видеть в нем жалость), снова взялась за чтение.
– Милан… я тоже не знаю, что тебе сказать, - сдавленным шепотом проговорила Альбина, откладывая распечатку в сторону.
– Он мне изменяет?
Как будто я не знала этого и так!
– Да… мне очень жаль, Милаш. Прости, что я…
– Нет!
– буквально выкрикнула я, хватая и пряча в сумку листы бумаги, на которых был начертан мой «приговор».
– Если хочешь извиниться за то, что ты стала инициатором всего этого - не стоит.
Мой голос дрожал, я все еще чувствовала ту нехватку воздуха, от которой кружилась голова. Руки тряслись, когда я схватила телефон и собралась звонить мужу.
– Подожди, - остановила меня Аля, обхватив запястье ледяными пальцами.
– Тебе сейчас нужно очень грамотно себя повести.
Я взглянула на Альбину с ужасом. Да я, черт бы все подрал, думать ни о чем не могу! Только желаю выплеснуть все то, что творилось внутри, на единственного человека, который этого заслуживал - Антона.
– О чем ты говоришь?
– процедила я.
– О каком грамотном поведении? Единственное, что мне нужно сделать - выставить Семиверстова куда подальше!
– И?
– пожала плечами Аля.
– Ты устроишь ему скандал, он обзовет тебя истеричкой. Скажет, что
В словах Альбины была своя истина, но я не могла представить, как буду вести себя с Антоном. Он же сегодня придет домой, ляжет со мной в одну постель… А если захочет исполнения супружеских обязательств?
Хотя, нет. Он же со мной даже не спит.
– Я знаю, Милаш… это очень трудно. Но прошу… просто меня послушай. Выстраивай все так, чтобы минимально в этом всем пострадать.
Я невесело усмехнулась. Отерла жгучие слезы, набежавшие на глаза. Легко сказать…
– Я и так выпотрошена донельзя. Уже пострадала по максимуму, - призналась Але.
– Понимаю. И буду рядом, если это нужно.
Кивнув, я вновь открыла сумку и, порывшись в ней, вынула визитку Лемешева. Одно дело, когда он явился ко мне, словно черт из табакерки, как человек, пришедший разрушить мою жизнь и, вероятно, оболгать Антона. Совсем другое, когда у меня на руках были доказательства правдивости его слов.
– Будешь звонить?
– уточнила Аля, указав на прямоугольник в моих пальцах.
Я немного подумала, после чего ответила:
– Именно. Пусть встретится со мной и расскажет все подробности. Я имею полное право знать их. И рассказать все мне может только он.
7
– Милана? Скажу сразу, я весьма удивлен, - произнес Роман Юрьевич, встречая меня в ресторане, где и назначил встречу.
Я не раздумывала ни секунды, соглашаясь на его условия. Тем более, босс Антона заверил - это в любом случае будет беседа тет-а-тет.
– Тем, что я сама вам позвонила?
– уточнила, присаживаясь за стол, когда официант отодвинул для меня стул.
– Я и сама весьма удивлена.
Это не являлось неправдой. Но чем больше я размышляла о той Милане, которой была несколько дней назад, и той, которая сейчас сидела напротив Лемешева, тем больше приходила к выводу: я взаправду удивлена тем, кем стала за считанные сутки.
– Что ты будешь?
– спросил Роман, просматривая меню и делая вид, что у нас с ним едва ли не свидание.
Ну, или просто обыденная встреча приятелей за бокалом чая.
– Я не голодна, - обозначила сразу тот факт, что прибыла сюда вовсе не для того, чтобы отведать морепродуктов.
– И думаю, мы оба понимаем, за чем здесь собрались.
Лемешев отложил меню. Коротким, но властным жестом дал понять официанту, что спешить к нам не нужно. Чуть подался ко мне, упираясь локтями в столешницу и сказал:
– Думаю, понимаем. Но предпочту все же знать, что тебя побудило позвонить мне и приехать на эту встречу.