Вторая Попытка
Шрифт:
Звездолёт причалил к недавно смонтированной орбитальной станции. Её построили для облегчения координирования боевых действий. Одновременно она являлась портом для мелких транспортных кораблей, правительственных челноков, исследовательских шатлов.
Не успели установить переходной кессон, как Гриз оказался в объятьях Джона. Вилли даже не ожидал, что может так соскучиться по кому-либо. Он едва не всплакнул. То же самое можно было сказать о Джоне. Супер тактично стоял в стороне и лицемерно ковырял передней левой присоской пол. Приведённый в чувство Дракон подозрительно принюхивался,
Вилли и Джон были сильными людьми и быстро взяли себя в руки. Они прекрасно помнили, кем являлся Гриз для Третьей Силы. Прибывших торжественно проводили в удобную каюту, накормили. Первым делом, по настоятельному требованию супера, Лабера и кота подвергли тщательному медицинскому осмотру. В крови обоих обнаружили множество токсинов, способных дестабилизировать работу сердца, печени, почек и других внутренних органов. Пришлось в срочном порядке пропускать её через каскад фильтров. Джек крутился рядом и пытался помочь советом. После длительных и весьма утомительных процедур, троица навалилась на съестное, поставив перед собой задачу истребить всё запасы провизии на станции, а затем... Лабер залез под душ. Он фыркал, кряхтел, стонал от наслаждения, с остервенением сдирая многонедельную грязь. Джек с огромным трудом вытащил товарища из-под благостной струи и сам уже было нацелился в душевую, как туда просочился...Дракон. Он, правда, не стал долго пле-скаться и просить, чтобы ему потёрли спинку, вышел, напитавшись водой словно губка, и, оставляя за собой мокрую дорожку, взгромоздился на чистую постель, в самый центр белоснежной подушки. Однако угнездиться там не успел. Его схватили, завёрнули в огромное мохнатое полотенце и вытерли насухо самым тщательным образом. Из полотенца кот выбрался хмурым: шерсть торчком во все стороны, усы слиплись, хвост - тонкая верёвочка. Он укусил хозяина и со свойственным ему упорством залез на кровать.
Вскоре компания чистая, умиротворённая чинно сидела за столом и пила ароматный напиток, окрещённый когда-то чаем. Кот демонстративно ел мясо, искоса посматривал не водохлёбов, ухмылялся в усы и время от времени с наслаждением лакал из большой кружки.
Когда гости отдохнули, их навестил Джон. Он, как всегда, пришёл один. Некоторое время сидели молча.
– Ты сильно изменился, друг мой, - наконец заговорил Джон.
– Тебя специально морили голодом? Одна кожа да кости...
– Нам пришлось туго. Есть приходилось периодически и в основном всякую гадость. Так получилось...
– Не переживай. Мы вас откормим.
– Вы на это мастера.
– У меня такое ощущение, что в этот раз вы к нам надолго, - сменил тему Джон.
– Мне очень не хочется ошибиться.
– Пожалуй, навсегда, - грустно сказал Лабер.
– А ты, Джек?
– повернулся Координатор к роботу.
– Честь имею, - склонил голову супер.
– Если бы не он, нам вряд ли удалось свидеться, - вздохнул Гриз.
Джон присел на краешек кровати и неуверенно погладил кота. Дракон приоткрыл один глаз и довольно заурчал, одновременно раздражённо подёргивая кончиком хвоста.
– Я думаю - тебе есть что рассказать, - обратился он к Лаберу.
– В твоих глазах появилась пустота и обречённость. Не пугай меня, облегчи душу...
– Скажи, друг мой, всё происходящее в каюте не записывается?
– Нет, можешь не опасаться.
– Джон спохватился.
– Неужели всё так плохо?
– Слушай и решай сам...
Четыре часа длился рассказ. Ничто не прерывало его течение. Спокойно, без взрывов эмоций, вёл повествование Вилли. Всё перегорело и уже не причиняло большой боли. Происшедшее казалось страшным сном, случившимся с кем-то другим, в ином мире, за миллион световых лет отсюда.
Четыре часа молчал Джон. Ни реплик, ни замечаний, ни хватания за голову. Неестественное понимание. Но оно пугало больше, чем бурная реакция. Временами казалось, будто Джон знал всё заранее и рассказ Гриза просто подтвердил его самые худшие опасения.
Четыре часа супер не двигался наподобие истукана. Ни единый мускул не дрогнул на его странной, цилиндрической физиономии, ни разу не мигнули круглые, неопределённого цвета, глаза. Никакой реакции.
Четыре часа Дракон, будто приклеенный лежал на кровати, и только одно ухо, напряжённое и внимательное, подрагивало в такт повествова-нию.
После окончания горестного рассказа в комнате повисла обречённая тишина. Затем Джон встал, прошёлся по мягкому ковру, остановился напротив Лабера и произнёс глухим, незнакомым голосом:
– Милый Вилли, во имя нашей дружбы, во имя всего святого - умоляю, заклинаю никому, никогда, ни намёком, ни полусловом, ни взглядом, не говори о гибели Светлого Мира. Уважаемого Джека прошу о том же...
– Джон, правда, всё равно выплывет. Теперь у вас есть двигатели скольжения и рано или поздно вы достигнете Земли. Что будет тогда?
– Извините, мне необходимо подумать. Простите, я удаляюсь...
Джон направился к двери.
– Ты не рассказал, что произошло в моё отсутствие, - остановил его Вилли.
– Потом, всё потом. Чуть позже...
– он вышел.
– Наверняка его хватит удар, - констатировал робот.
– Не нужно было вот так, в лоб вываливать правду. Безжалостный ты всё-таки...
– Джон умный человек. С ним не надо притворяться. Он обязан знать всё, как есть.
– А кто он такой?
– Высокопоставленный религиозный деятель...
– Знаешь что. Раньше было как-то некогда... расскажи о мире двух планет.
Гриз вкратце поведал о прошлом визите, выделив лишь основные мо-менты, которые имели важное значение.
– Значит вот как дела обстоят на самом деле, - размахивая передними конечностями, сказал супер.
– Тогда Джон прав. Ты привёз страшную весть. Кто мы такие, чтобы разрушать их мир, заблуждения и веру! Придётся молчать в тряпочку. Иного выхода нет.
– Джону понадобится поддержка...
– Поясни мне ещё одно, - попросил робот.
– Что там ещё за история с какой-то Священной Книгой?
Лабер рассказал.
– До чего трагично, интересно, захватывающе, - восхитился супер.
– Прямо как в жизни.