Вторая попытка
Шрифт:
– Ну хоть полиция здесь, - со смешанными чувствами протянул Дэн.
– И еще кто-то, - он показал на второй вертолет, - начальство какое-то, наверное...
Ловя на себе косые взгляды охранявшего вертолеты полицейского, эсперы подошли поближе. Тут же Юля почувствовала какое-то неуловимое движение, изменение в окружающей энергетике - и поняла, что Дэн активизировал голубую спираль. Находиться рядом с ним стало неприятно, но цель была достигнута: полицейский отвернулся, как будто присутствие посторонних больше не интересовало его...
Дэн
– Что же получается: всю толпу разогнал вот этот стеклянный пузырь?!
– Откуда ты знаешь?
– переспросила Юля.
– Чувствуешь?
– Да тут и чувствовать не надо, - отозвался Дэн.
– Закрой глаза и посмотри ауру!
...Вещи не всегда имеют ауру. Однако у "Алуэтта" она была - и такая, что Юля сразу поверила словам Дэна! Стрельчатое аквамариновое мерцание, цвет интеллекта и скорости...
Но чей же это вертолет? Не полицейский, это ясно... Тогда совершенно понятно, почему инспектор так смущался! Принимать благодарность за чужие заслуги - такое всегда требует некоторого напряжения совести! Но о ком же он все-таки промолчал?..
– Знаешь, Дэн, - помедлив, сказала Юля, - я, кажется, знаю, чей это вертолет.
Она подумала про Евгения... и честно призналась самой себе, что ей приятно было бы узнать, что именно он спас их сегодня ночью! Однако Дэн не разделял ее эмоции.
– Твоего приятеля из СБ? Ну, что же... Если увидим его, надо будет обязательно поблагодарить. Но сейчас у нас есть более неотложные дела!
– с легкой досадой сказал он.
Инга едва заметно вздохнула: необходимость благодарить СБ за что-либо - хотя бы и за спасение!
– как обычно задевала самолюбие Дэна и делала его откровенно невежливым. Впрочем, в одном он прав: пришли они не для разговоров. Надо как можно быстрее разобраться с ситуацией в поселке. Как теперь здесь относятся к "Лотосу"? Можно ли надеяться на спокойный исход конфликта? Или все же придется переезжать? Фактически, "переезжать" означает конец для общины...
– Проверьте эманацию, - напомнила Инга.
– Нет ли опасности...
Юля расслабилась, улавливая общую ауру поселка - есть ли враждебность?
– и увидела, как Дэн сбросил невидимость и сделал то же самое. Эманация читалась легко, и похоже, пока не было надобности активизировать голубую спираль. Но все же отношение к эсперам в поселке не было прежним...
Да, многие "погромщики" стыдились этой своей попытки, и никаких открытых обвинений в адрес эсперов не звучало - но тень подозрения по-прежнему висела над ними! Наконец Юля отыскала девушку, свою ровесницу, с которой у нее были очень неплохие отношения, и спросила прямо: в чем, собственно, их подозревают?!
– Понимаешь, - вяло откликнулась та.
– Люстра... Не могла же она качаться сама по себе, правда? А тем не менее...
– Ты что же, думаешь, мы ее качали?
– Не знаю... Полицейский инспектор сказал, что Петер был пьян, и что ему все это померещилось... Но это неправда!
– с неожиданной злостью выкрикнула она.
– Может, он и был пьян, но люстра действительно качалась, и никто не может понять, почему!
Юля тяжело вздохнула. Она этого тоже не понимала! Может быть, поговорить с Петером? Если только он захочет с ними разговаривать...
...Он захотел. Теперь, после "вертолетной атаки" и беседы с полицейскими, инициатор погрома стал на редкость тихим и покладистым. Эсперы выслушали его рассказ - до сих пор пронизанный ужасом, но совершенно правдивый, Юля видела все вслед за ним! Однако его слова никак не объясняли главного: каким образом люстра могла раскачиваться? К сожалению, об этом спрашивать было бесполезно: для себя Петер прочно связал случившееся с колдовством!
– Я такого никогда не видел, - повторял он.
– И никому не желаю такое увидеть! Я ничего не говорю, ребята, но если это все-таки вы...
Он угрожающе замолчал. Дэн взглянул ему в глаза и сказал мягко:
– Ничего подобного мы не делали! Клянусь вам! Ну, подайте на нас в суд, если хотите, есть же законы...
– А, да какие там законы!
– махнул рукой их незадачливый собеседник.
– Никакие законы против колдовства не помогут, так я считаю...
Но тут же осекся, вспомнив с кем говорит. И вежливо, но очень решительно выпроводил эсперов из дома...
– Черт бы побрал все на свете!
– вырвалось у Инги, едва они вышли. Что теперь делать?
– У него невероятный сумбур в чувствах, - заметила Юля.
– Страх, агрессивность, стыд... И не только у него, многие испытывают то же самое. Да, похоже, вернуть хорошее отношение будет непросто!
– Но что-то же можно попытаться сделать!
– воскликнула Инга. Давайте подойдем к инспектору, он еще здесь...
– И что мы ему скажем?
– резонно поинтересовался Дэн.
– Нас сочтут психами, если не хуже...
– Слушайте, - решительно заявила Инга.
– Мы, по-моему, действительно уже недалеки от сумасшествия. Надо сесть и подумать... Что мы знаем? Ну, люстра действительно раскачивалась, это факт... Но ведь она могла качаться от тысячи причин!
– Не надо тысячи, назови хоть одну!
– ехидно посоветовал Дэн.
– Ну, знаешь... Ветер, сквозняк, окно открылось, соседи наверху танцы устроили...
– Не говори ерунды: сквозняк или танцы Петер не мог не заметить!
– Да, пожалуй...
– Инга мрачно задумалась.
– Подождите, ребята!
– вмешалась Юля.
– Это не ветер!
– Она еще раз представила себе картину падения, увиденную ее в образах Петера.
– Люстра висела совершенно спокойно, потом вдруг начала очень слабо раскачиваться, но постепенно это становилось все сильнее и сильнее... Ветер так не может! Это больше похоже на...