Вторая кожа
Шрифт:
Мик удивился, как спокойно и хладнокровно он все это сделал, а ведь ему никогда прежде не приходилось убивать людей. Он даже не помышлял об этом! А сейчас его руки обагрены кровью другого человека, а он не чувствует никакого страха, как будто убийство для него стало обычным и естественным делом. Мальчик понял, что за эти несколько минут стал совершенно другим. Он обтер лезвие ножа о край одежды Винни и вынул у него из кармана ключи от «кугара». Машина была припаркована совсем рядом. Мик осторожно обошел ее и открыл крышку багажника.
Когда Мик подъехал к бухте Овечья Голова, моросил мелкий дождик. Он остановил «кугар» и некоторое время сидел неподвижно, вслушиваясь в монотонный гул реактивных двигателей, который доносился из аэропорта. Здесь, у берега, неповторимо пахло чем-то сладковатым и нежным. Может, это пахли тела несчастных, убитых и затопленных здесь дедом и Джино Скальфой?
Скальфа уже был там, в бухте. Как и рассказывал дед, он стоял у кромки воды и всматривался в глубину бухты. Мик несколько раз нажал на гудок, и Джино медленно повернул к нему голову.
— Эй, Винни, что ты тут делаешь? Я тебе сегодня звонил, но у тебя никто не снял трубку.
Мик вышел из машины и подошел ближе к заплывшему жиром дону.
— Да это вовсе не Винни! — прорычал старик и сморщил лоб, пытаясь вспомнить лицо мальчика. — Мы знакомы?
— Меня послал ваш водитель, — ответил Мик, пытаясь рассеять опасения Джино и выиграть тем самым для себя драгоценные мгновения. Затем выхватил пистолет и прижал его дуло к жирной груди старика.
— Меня зовут Мик Леонфорте, — сказал мальчик и нажал на курок.
Пуля прошила Скальфу насквозь, разорвав его сердце. Старик рухнул на колени, но делать второй выстрел было не нужно — он уже умер.
Вокруг с криком кружились чайки, потревоженные выстрелом и запахом крови. Мик почувствовал боль в руке от сильной отдачи. Когда Скальфа упал лицом в песок, он кинул пистолет в воду. Место было довольно пустынным, и, похоже, никто не обратил внимания на выстрел, прозвучавший как сильный выхлоп отработанных газов. Мальчик подтащил труп старика к «кугару» и, открыв крышку багажника, с трудом запихнул его рядом с Винни. Вокруг никого не было, только высоко в небе бесшумно двигался огромный лайнер. Внезапно его реактивные двигатели взревели — и это показалось Мику предзнаменованием свыше.
— Что? Что ты сделал? — Чезаре изумленно помотал головой. — Ты что мне сказки рассказываешь?
Стоя в мрачном вестибюле похоронного бюро, Мик снова стал рассказывать, как он очутился на крыше в ту ночь, когда убили их деда, как он сумел с помощью телескопа разглядеть номер машины, где, по его предположению, сидели убийцы, как он прирезал Винни, а потом отправился в бухту Овечья Голова.
— И ты хочешь, засранец, чтобы я поверил в то, что ты укокошил Винни и Джино Скальфа? — Чезаре всплеснул руками. — Ну ты и козел! Здорово сказки рассказываешь! Литератор!
— Пойдем
Десять минут спустя смертельно побледневший Чезаре послал за Ричи и еще двумя своими дружками. Когда они все собрались у «кугара», он приказал им:
— Подгоните эту колымагу к служебному входу. В багажнике найдете трупы, которые соответствующим образом надо подготовить, понятно? После этого избавьтесь от машины. Сожгите ее в кремационной печи.
— А что там за трупы? — спросил Ричи.
На лице у Чезаре появилась полубезумная улыбка.
— Скоро сам увидишь и глазам своим не поверишь!
Пока они отгоняли машину, старший брат стоял на улице рядом с младшим под моросившим мелким дождиком.
— Ну ты и псих ненормальный! — Чезаре грубо хлопнул Мика по плечу. — Я бы должен сердиться на тебя за то, что ты сделал это без моего ведома. — Он ухмыльнулся. — Но, клянусь Богом, ты и сам отлично справился, совсем как настоящий профессионал!
Это было высшей похвалой в устах Чезаре. Мик, который только теперь осознал, как долго он ждал этой похвалы от брата, почувствовал скорее некоторое разочарование, чем радость. Вместо того чтобы гордиться своей местью, он вдруг задумался о том, что об этом скажет Джеки. И самое ужасное заключалось в том, что он прекрасно знал ответ на этот вопрос. Она будет презирать его всем своим чистым и непорочным существом.
— Вот чертов Скальфа! — Чезаре помотал головой. — Я бы ни за что не догадался, ведь он был лучшим другом деда.
— Дружба — это капризное и неуправляемое животное. Она похожа на ту хромую псину, которую ты из жалости взял в свой дом, а когда оправилась, то укусила тебя за руку. К дружбе надо относиться с изрядной долей скептицизма.
Чезаре недоуменно взглянул на Мика.
— Не понял, что ты имеешь в виду?
— Я хочу сказать, что в деле не бывает друзей, бывают лишь враги.
— А откуда тебе это известно, малыш? — В голосе брата мальчик услышал нечто, похожее на уважение, так он с ним никогда еще не говорил.
— Я понял это, когда подавал деду кофе и анисовую водку, — невозмутимо ответил Мик.
Они вернулись в похоронное бюро. Мик никогда прежде не бывал в служебном помещении, где тела покойников подготавливали к погребальной церемонии. За те четыре часа, что мальчик провел там, он многое узнал. Тела Винни и Джино были обмыты, забальзамированы и уложены на второе дно гробов вишневого дерева, заказанных и оплаченных по всем правилам клиентами бюро для своих покойников. Поверх убитых уложили тех усопших, для которых гробы и были предназначены. Таким образом можно было незаметно избавиться от трупов, которые уже не всплывут через шесть месяцев или через год где-нибудь в штате Пенсильвания на мусорной, свалке или на океанском берегу.