Шрифт:
Глава 1
Ирина
– С Днём рождения! – Невысокая пухлая брюнетка с коротким каре сжала в объятиях, приподнимая от пола. И это притом, что я значительно выше. Но подругу это никогда не останавливало. – Я бы пожелала тебе много денег, но у тебя их и так немало. Так что, подружка, желаю тебе чуда в жизни! Большого и настоящего! Чтоб всё, как ты мечтала!
Чудо в моей жизни уже было и не уверена, что вселенная приготовила для меня второе. Сбылось всё, о чём я мечтала. Даже то, о чём я мечтать и не смела.
Эти годы, что я провела в Англии, были сложными, продуктивными и счастливыми. Уже никто не увидит во мне провинциальную девчонку из русской глубинки. Хотя мои кузины, то ли
Впрочем, разочек такое произошло. Мэри на том ужине вводила нас с Денисом в семью. Сначала все были в шоке, затем в ужасе и панике, а напоследок пришла злость. Только зря они так с бабулей: несколько недовольных моментально лишились существенной доли своего ежемесячного содержания. Остальные постеснялись открывать рот. И пока все чинно сидели за столом и жевали положенные сто раз каждый кусочек, я уснула. Просто вырубилась. Напряженность тех дней зашкаливала: Мэри взялась за нас с братом всерьез, завалив учёбой так, что некогда было вздохнуть. Мне было легче, так как я и говорила хорошо, и писать-читать умела. Денис же просто волком выл. А я помогала ему как могла.
Несколько месяцев мы учились на домашнем обучении с репетиторами, которые выясняли наш уровень знаний по всем областям знаний. И оказалось, что мне не так уж много придётся навёрстывать. Это по точным наукам. А вот между мной и историей, литературой, культурой и политологией бездонная пропасть, которую, наверное, никогда не заполнить. Сюда же возьмите религиоведение, искусствоведение, основы информационно-коммуникационных технологий и латынь. Хотя с латынью проще всего. Языки – это моя сильная сторона. Видя это, бабушка нагрузила по полной, включив в мою образовательную программу наравне с немецким и французским (про латынь не забываем), ещё и китайский. Хотела добавить испанский, но я немного показательно грохнулась в обморок. Бабуля решила, что пока языков хватит.
Зато озаботилась физическим развитием. Поэтому в моём расписании появились танцы, фехтование и верховая езда.
И про этикет не стоит забывать. Но над ним мы работали каждый день и сразу на практике. Никто и не обещал, что будет легко.
Мы не жаловались, а старательно выполняли всё, что от нас требовали. Это самый простой способ отблагодарить за то, что нас вытащили из ада, в котором мы жили.
И мы справились, за полгода освоив то, что наши ровесники постигают годами. Но к старшей школе мы оба оказались не готовы. Стали очень заметны отличия в менталитете, в привычках и в поведении. Да, мы учились быть англичанами. Но учили нас опытные преподаватели. Встреча с подростками, такими, как мы, показала несостоятельность нашей программы обучения.
Было всякое. Денису повезло больше: он сразу влился в местную футбольную команду, показывая хорошую игру. И сейчас ему пророчили неплохую спортивную карьеру.
Я же… Меня не приняли. Даже несмотря на богатство и титул. Я не была одной из них, из этих высокомерных, холодных зазнаек, зацикленных на собственной родословной и богатстве. Меня бесила ограниченность главных красавиц школы, а их я бесила, в принципе, фактом своего существования.
Так продолжалось до тех пор, пока в школу не перевелись Лао и Мэй Чжан – дети китайского посла. Близнецы не только внешне были одинаковыми, но и одевались одинаково, эпатируя достопочтенную публику и выводя из себя учителей и других учеников. Мы познакомились случайно. Мэй читала на английской литературе книгу на родном языке. Миссис Пирс забрала яркий томик и поинтересовалась что же такого интересного написано на этих страницах, раз мисс Чжан увлечёна, позволяя себе игнорировать урок. Мэй с честными глазами рассказала, что это учебник по английской
С тех пор наша дружба и началась. Кстати, именно сейчас меня обнимал Лао, который из худого долговязого парня вырос в крепкого симпатичного юношу, сменив юбки и гольфики (представляете себе это зрелище?) на джинсы и толстовки.
– А я тебя мужика хорошего желаю! – Парень потянулся к моим ушам и больно вытянул их вверх – научила на свою голову русским обычаям!
– Такого как ты? – подколола друга.
– Я, конечно, великолепен и лучше всех, но тебе бы брутального альфа-самца. Клянусь, найдёшь такого, отбивать его не буду! – Я рассмеялась, счастливо и легко: Лао никак не мог определиться кто ему больше нравится девушки или парни, поэтому мы с Мэй периодически выслушивали о безответной любви к представителям обоих полов. И уже привыкли так, что не обращали на это внимание.
Мы расположились в кафе на тихой улочке недалеко от Набережной Виктории. Сюда редко заходят туристы, зато готовят потрясающий кофе и тирамису, который я могла употреблять в неограниченных количествах. Мэй всегда вздыхала, следя за очередной порцией лакомства, отправившегося в рот: она себе позволить такой роскоши не могла – берегла фигуру.
Сегодня поводом для встречи послужил не только мой День рождения: близнецы уезжали в Пекин и минимум год мы не увидимся. В наших планах было хорошенько оторваться. И первый пункт мы выполняли на ура. Позвала официантку: сегодня угощала я. Попросила счёт. И ощутила пристальный взгляд, от которого чесалось между лопаток.
Украдкой оглянулась, но ничего подозрительного не заметила. Посетителей немного: несколько парочек, стайка девчонок чуть младше нас по возрасту, мужчина, попивающий кофе и читающий газету – всё как обычно. Стряхнула наваждение, оставила чаевых и встала. Друзья поднялись следом. Следующим пунктом в развлекательной программе был какаоке-бар.
В него мы ввалились спустя час. Этот бар нашли несколько лет назад, когда наша дружба только начиналась, и стали постоянными посетителями. Чем нам нравилось это заведение? Объясню. Тем, что можно заказать песню на любом языке из огромного репертуара, что хранился в недрах интернета. А можно принести свою. Так близнецы дуэтом орали что-то на китайском. Даже я с трудом разбирала, что они поют, а ведь мой уровень разговорного Мэй и Лао подтягивали лично. Я же, не стесняясь отсутствия голоса, затягивала русские народные или что-то из серии «слёзы-сопли». Это определение моему вою дал Лао, когда впервые услышал, как я пою. Хорошо хоть уши не закрыл.
Но не только этим хорош был бар: именно в нём я удовлетворяла жажду танца. Вот и сейчас я медленно двигалась в такт лирической мелодии. Покачать бёдрами, повернуть голову, двинуть грудью – я уже не та длинная худая девчонка, что была несколько лет назад. Теперь моей фигуре могут позавидовать многие.
Трухнула головой и вновь ощутила на себе пристальный оценивающий взгляд. Разворот, руки скользят по плечам, зарываются в волосы, а сама осматриваю помещение, пытаясь определить источник. Опять результата нет.
Направилась к столику, опрокинула в себя бокал безалкогольного клубничного мохито. Нужно отдышаться.
Близнецы попытались втянуть в разговор, но я тяжело дышала, в попытках сглотнуть тугой ком в горле. И совершенно не заметила, как возле столика возник высокий крепкий мужчина. На вид ему чуть за тридцать, стильно и модно одет. Привлекательный. Улыбается.
Смотрю выжидающе.
– Вы потрясающе двигаетесь. – Даже не поздоровался. А нет, исправился: – Позвольте представиться, Джек Норман. Работаю скаутом и ищу новые свежие лица для модельного бизнеса. Не хотели бы попробовать себя в этом направлении?