Всю ночь напролет
Шрифт:
Стрэнд так и рухнул на диван, приоткрыв от изумления рот.
— Энн Уайлдер — Рексхоллский Призрак? — пробормотал он недоверчиво. Его взгляд вдруг стал острым. — Но зачем ему понадобилось уничтожать всех, кому попалась на глаза эта проклятая бумага?
Джек сложил руки на коленях, глядя с отстраненным видом куда-то вдаль.
— Я и сам не раз задавался тем же вопросом. По словам Джеймисона, он делает это из соображений безопасности, и первое время я принимал его объяснения на веру. Вы же знаете, что представляет собой Джеймисон —
Внезапно дверь кабинета распахнулась, и в комнату вошел Гриффин.
— Она ушла, — объявил он без долгих предисловий, — и никто не знает куда.
— То есть как это, черт возьми, «не знает»? — рявкнул Джек, тотчас вскочив с места. Его тон был резким и жестким. — Зачем же вы все здесь, если не для того, чтобы следить за одной-единственной женщиной?
Гриффин покраснел от смущения, старательно избегая смотреть в глаза Джеку.
— Мне кое-что стало известно, полковник. Она поднялась к себе наверх. Горничная утверждает, будто слышала, как около часа назад ваша жена у себя в комнате беседовала с мужчиной.
— Что еще? — спросил Джек отрывисто.
— У мальчика из кухни пропали его шляпа и плащ.
Джек резко обернулся.
— Стрэнд, вы готовы помочь мне в поисках?
— Разумеется. Вот только куда она могла деться?
Джек уже успел выйти в коридор, на ходу натягивая на себя пальто. Его лицо было мрачнее тучи.
— Фрост вломился сюда не по собственной воле. Его повсюду видели вместе с Веддером. А Веддер был вовлечен в расследование с самого начала. Он как раз из тех доверчивых глупцов, которые так нужны Джеймисону.
— Мой экипаж ждет у входа.
— Полковник, ведь вы ранены! — воскликнул Гриффин, преграждая путь Сьюарду. — Вы не знаете, куда она направилась.
Даже в арктических льдах больше тепла, чем было в голосе Джека.
— Ты с нами, Гриффин?
Подбородок шотландца упрямо выдался вперед.
— Нет! Она воровка и лгунья! Из-за нее вас чуть было не убили. Если она упадет и сломает себе шею — что ж, поделом. Меня не заботит…
Гриффин не успел договорить, потому что Джек вдруг схватил его за воротник и притянул к себе. Губы Сьюарда искривлись в злобной усмешке, серые глаза казались обезумевшими от боли.
— Зато меня это заботит, — процедил он сквозь зубы. — И еще как заботит, Гриф! Она не должна погибнуть. И я не позволю тебе впредь говорить так о моей жене. — Он тряхнул своего старого приятеля, словно бойцовый пес пойманную крысу. — Вот тебе моя грудь, Гриффин! Всади в нее кинжал и вырви из нее сердце, только не смей заикаться о том, что она мертва!
Отшвырнув шотландца в сторону, он, гордо подняв голову, вышел из дома в ночь.
Джек прислонился к углу здания, едва живой от усталости и отчаяния. Он провел в поисках Энн целых четыре часа, однако ему так и не удалось напасть на ее след.
Разумеется,
Облегчение, которое испытал Джек, обнаружив, что Веддер никак не мог столкнуться у себя в комнате с Энн, оказалось кратковременным. Они с другом разделились: Стрэнд должен был продолжать поиски Энн в светских гостиных города, а Джек поехал прямо к городскому особняку Нортов. Однако ни ее, ни самих Нортов там не оказалось. Вскоре после полудня Малкольм и София отправились на прием в дом своих знакомых, а что до Энн, то ее совершенно определенно с ними не было.
Джек был вынужден возвратиться к своему дому, попутно обшаривая близлежащие улицы и расспрашивая встречных лавочников, торговцев, чистильщиков обуви и караульного в будке, не видали ли они стройного юношу в поношенном плаще и шляпе.
Ответы были отрицательными. Впрочем, их глаза были прикованы к земле, а она… Она парила в воздухе, как птица.
На каждом углу его охватывал минутный приступ страха при мысли о том, что вот сейчас он увидит за ним Энн, лежащую на мокрой булыжной мостовой с переломанной шеей, словно пораженная стрелой голубка. И стоило завернуть за угол, как Джек снова испытывал неописуемое облегчение и удваивал свои старания ее найти. Но после долгих часов бесплодных поисков он пришел к убеждению, что его усилия напрасны.
У Джека все плыло перед глазами, голова раскалывалась, и тем не менее он не намерен был отступать, твердо решив искать Энн до тех пор, пока ему не придется признать правоту Гриффина. Однако у него не было ни малейшей зацепки, никаких даже самых ничтожных улик, которые могли бы привести его к ней. И потому ему пришлось вернуться несолоно хлебавши.
Он поднялся по ступенькам, преследуемый обычно не свойственными ему страхом и горечью поражения, и переступил порог дома. Тут же к нему шаркающей походкой приблизилась Спролинг и приняла у пего пальто.
— Благодарю вас. А где же Гриффин и лорд Стрэнд? — устало осведомился Джек, не надеясь услышать в ответ что-нибудь утешительное. Он мог считать себя самым опытным сыщиком во всем Лондоне, обладавшим к тому же великолепной интуицией, и если уж ему не удалось найти Энн, то этого не сумеет сделать никто.
— Они оба уже дважды приходили сюда и снова уходили, сэр, — отозвалась горничная. — Там, в кабинете, разожжен огонь. Я прикажу кухарке что-нибудь для вас приготовить. — Она сделала неуклюжий реверанс и удалилась.