Вставная челюсть графа Дракулы

Александрова Наталья Николаевна

Так и есть, та железная дверь тоже была наглухо заперта. Она была так устроена, что замок находился внутри, его нельзя было ни открыть отмычкой, ни сбить, да и как можно выломать замок из железной двери, не имея под рукой необходимых инструментов? Леня понял, что они с Лолой застряли тут надолго, но не стал раньше времени отчаиваться, понадеявшись, что рано или поздно разыщет в этом мышином стойле все что нужно и откроет дверь. Он пошел проведать Лолу.

Его подруга в это время сумела освободить руки и теперь с трудом развязывала веревки на ногах.

— Где

ты ходишь? — с упреком обратилась она к Маркизу. — Не мог сам развязать?

— Ты уж молчи, — рассердился Леня, — по твоей вине старик ушел. Не могла потерпеть минутку…

— Ни минутки! — трагическим голосом возвестила Лола, вставая с кресла. — Ни секунды! Ни мгновения я не останусь больше в этом ужасном месте! Я не могу быть в помещении где эти… эти… Идем скорее отсюда!

— Вот с этим как раз сложности, — признался Леня, — старик улизнул и запер все двери. Так что придется нам пока здесь побыть.

— Что? — Лола угрожающе шагнула к своему компаньону.

— Ты не горюй, Лолочка, — утешил он свою подругу, — вода здесь есть, в крайнем случае, будем варить суп из мышей, говорят их мясо очень питательно…

— Боже! — еле слышно сказала Лола и стала зеленой, как овес, любовно проращиваемый Леней для кота Аскольда.

Леня понял, что его подруга не притворяется, что ей и правда сегодня досталось, и прекратил издевательства.

— Ну, иди сюда, я тебя обниму, — сказал он ласково, — девочка моя, все хорошо, я с тобой. С нами ничего плохого не случится…

Тут же он понял, что не все кончилось, что плохое с ними как раз может случиться, причем очень скоро. На эту мысль Леню навели мыши. Они буквально взбесились в своих клетках. Они бегали, пищали громче обычного, натыкались друг на друга и затаптывали в толпе слабых. Леня внимательно поглядел на мышей и отмахнулся от Лолы, которая требовала ласки и понимания. Потом он поднял глаза вверх и оглядел стены и потолок.

— Тихо ты! — шикнул он на Лолу, достал из-под лабораторного стола маленькую лесенку и полез наверх. Там, в углу между стеной и потолком Леня заметил небольшое отверстие. Оттуда явственно тянуло теплым воздухом. Леня уловил еще едва ощутимый запах.

— Лолка, дело плохо, — сказал он, скатившись с лестницы, — старый вампир пустил сюда газ. Оттого мыши так и волнуются, они раньше нас почувствовали, что воздух отравлен.

— Разве я заслужила такую смерть в обществе этих… этих?.. — Лола воздела руки к потолку, как делают героини греческой трагедии.

— Усохни на время, — посоветовал Леня.

Лола обиженно замолчала. Ее компаньон подумал немножко и вдруг начал открывать все подряд клетки с мышами.

— Что ты делаешь? — завопила Лола. — Ты хочешь моей смерти!

— Как раз наоборот, — не согласился Леня, — я хочу тебя спасти. И себя заодно. Молчи и не мешай.

Лола прижалась к нему, тоненько повизгивая от страха. Мыши мигом выбрались из клеток и бестолково заметались по полу. Лола закатила глаза и обмякла у Лени на руках.

«Ну, нашла время», — подумал он.

Прошло несколько минут, и грызуны понемногу перестали

метаться. Приглядевшись, Леня заметил, как тоненький белый ручеек отбегает в дальний угол. Понемногу все больше и больше мышей устремлялось туда. Леня поднял Лолу на руки и, осторожно ступая, чтобы не раздавить своих маленьких проводников, направился в ту же сторону, что и мыши. Там он обнаружил вентиляционное отверстие, забранное решеткой, сквозь которую мыши без труда пролезали. Возле самой решетки стояла особенно крупная и, наверное, авторитетная мышь и тонким, решительным писком отдавала своим соплеменникам команды, регулируя поток беженцев. Леня прислонил Лолу к стене и хлопнул по щекам. Она приоткрыла один глаз, увидела поток мышей и сделала попытку снова упасть в обморок.

— Только попробуй! — пригрозил Леня. — Имей в виду, я тебя держать не буду, и ты упадешь прямо на мышей!

Этот аргумент подействовал. Лола прислонилась к стене и встала по стойке смирно, крепко зажмурив глаза.

— Ну-ка, ребятки, расступитесь-ка! — сказал Леня и ногой выбил решетку.

Обрадованные мыши ринулись в отверстие гурьбой. Через несколько минут поток поредел.

— Ну вот, — весело сказал Леня, — сейчас и мы туда же…

Но тут же хлопнул себя по лбу: как же это он забыл. Пришлось возвращаться к лабораторному столу, где он оставил маленькую клеточку. Две мышки грустно глядели на него, не надеясь на спасение.

— Спокойно, мои дорогие, папочка всегда помнит о вас! — сказал Леня и сунул клеточку за пазуху.

— Лезь, — приказал он Лоле.

— Там мыши, — заупрямилась она.

— Они давно ушли, — Леня начал сердиться. — И они, между прочим, не капризничали! Лезь, если не хочешь задохнуться!

— Только после тебя!

— Лола, в машине тебя ждет Пу И, — тоном прожженного искусителя начал Маркиз.

— Ты оставил ребенка одного? — вскричала Лола и бросилась в отверстие — материнский инстинкт оказался сильнее всех страхов.

Они ползали недолго, вентиляционное отверстие выходило на лестничную площадку. Мыши сгрудились на полу, но Лола даже не обратила на них внимания, она жаждала воссоединиться с Пу И.

— Ребята, идите наверх! — сказал Леня, как Моисей, направляющий свой народ через бескрайнюю пустыню, — что вам делать в этом сыром и темном подвале? А там все-таки приличные условия — паровое отопление, горячая вода, будет чем пропитаться…

И мыши пошли. Широкой белой полосой они потекли по лестнице. Они молча стремились наверх, подбадривая отстающих, поддерживая слабых и шепча им на бегу, чтобы не теряли надежды.

«Оковы тяжкие падут, темницы рухнут — и свобода вас встретит радостно у входа!» — с выражением процитировал Маркиз, — Лолка, не помнишь, как там дальше?

Но его подруга уже летела по лестнице, не оглядываясь. Маркиз поспешил следом.

Пу И изнывал в машине. Он встретил их громким недовольным тявканьем. Лола схватила своего маленького любимца на руки, осыпала его поцелуями и прижала к груди. Песик ласкался к ней, но как-то рассеянно, он все время тряс головой и заинтересованно принюхивался.