Вспышка
Шрифт:
— Мы как раз на подходе к тому, чтобы соотнести время с силой радиации, — врала, не смущаясь, Сули, — в конечном итоге, мы сумеем предсказать магнитную бурю с такой же точностью, как метеоцентр предсказывает холодный фронт. Разве что, выступим как бюро солнечной погоды.
— Весьма кстати, — резюмировал Джеймисон, и трудно было понять, шутит он или нет. — Особенно если учесть, что мы никогда не имели дело со столь редким феноменом, как солнечный взрыв.
— Нам придется, — мрачно сказала Султана. — Мы уже успели прочувствовать на своей шкуре электромагнитный импульс,
— Ну, до того, как я соглашусь с вашими заключениями, доктор Карр, — заметил чиновник, — мне, пожалуй, следует кое-что узнать о вас. Так какую должность вы занимаете в Кальтеке?
«Хо-хо-хо, — сказал себе По. — Вот он, момент истины. А Сули даже нечем подтвердить свою правоту.»
— Я получила там свою докторскую степень за труды по солнечной астрономии, — ответила девушка.
— Вы очень молоды. Сколько лет вы ходите в докторах?
— С декабря минувшего года.
— Ясно. А вы, мистер Моска?
— Сейчас работаю над своей диссертацией по различным типам образования звезд.
— Удачи вам, сэр, — склонил голову Джеймисон. — А не посчастливилось ли вам двоим занимать какие-либо места в институтской администрации? Скажем в деканатах факультетов, или работать над правительственными заданиями? Что-нибудь в этом роде?
— Не в настоящее время, — вымученно улыбнулась Султана.
— Так вы просто двое блистательных студентов? Двое молодых студентов, которые держат ключ к разгадке тайны века у себя в карманах, не так ли?
— Надеемся, что это так, — тихо заметил По.
— Конечно… Скажите, мистер Моска, кто руководит вами на факультете?
По заколебался. Официально его работу курировал доктор Ганнибал Фриде. Однако в настоящее время, когда доктор находился на расстоянии ста пятидесяти миллионов километров от студгородка, ответственность за карьеру молодого ученого была возложена на декана Альберта Уитерса. Так на кого же лучше сослаться? С одним из них нет никаких проблем, что до другого, то вступить с ним в контакт куда сложнее.
— Доктор Фриде, известный исследователь Солнца. Я поддерживаю с ним регулярную связь, а он сам сейчас как раз занят исследованием того феномена, свидетелями которого мы являемся.
— А что он говорит об этом негаданном взрыве на Солнце?
— М-м, возможно вы знаете, что сейчас доктор занимается исследованием Солнца, будучи в непосредственной близости от него. С момента взрыва я не могу связаться с ним из-за всех этих помех…
— Помехи по большей части закончились, — холодно сказал Джеймисон.
— Но остается фронт заряженных частиц, который сейчас лежит между Землей и его кораблем, и он может…
Султана подалась вперед, положив руку на колено По:
— Если доктор Фриде попал в водоворот волны, то есть основания
Джеймисон кивнул головой:
— Возможно, вы и правы, доктор Карр… Как я сказал, поверить вам — большое искушение для меня, ведь в этом случае я решу многие свои проблемы. Вместе с тем, я сомневаюсь, что весь остальной мир, в особенности работающие предприятия, у которых имеются планы и клиентура, примут мою точку зрения. Вы просите людей на целых полтора дня вверить свои жизни свежеиспеченному доктору наук и выпускнику, не защитившему еще диссертацию. Ребята, я думаю, это не пройдет.
— Но, — не сдавался По, — если есть хоть малейший шанс, что мы правы, подумайте, какого ущерба можно избежать.
— Молодой человек, я понял вас. Я свяжусь с институтом, переговорю с администрацией, и если они вас поддержат…
— Они… — с языка Моски было готово сорваться разочарованное «нет».
— Конечно, поддержат, — уверенно сказала Сули.
— …тогда я поставлю на карту собственную репутацию. Не то чтобы Управление орбитальной механики имело дело с индустриальным и транспортным секторами индустрии, если не считать лицензирования комплексов, но если я объясню падение спутников солнечным взрывом, меня могут выслушать.
— Спасибо, доктор Джеймисон, — глаза Султаны светились от радости.
— Не стоит благодарности, — ответил доктор, восторженно улыбаясь в ответ.
Пам!
Пам-м!
Пам!
Пам-м!
Дворники на ветровом стекле работали в такт ударам сердца По, когда они вместе с Султаной катили обратно в Пасадену. Шел ливень.
— Как ты думаешь, что он будет делать? — спросил По Султану.
— Поговорит с деканом Уитерсом, конечно.
— А потом?
— Потом, По, я думаю, что нам стоит начать искать себе работу. Ты же знаешь, что Уитерс выльет ушат грызи на доктора Фриде, выставит его положение в институте, научные труды и нынешний проект «Гипериона» в самом неприглядном свете. А после этого все наши доказательства не будут стоить и ломаного гроша.
Воцарилась тишина, прерываемая лишь мерным поскрипыванием дворников.
— Ты знаешь, я думаю, что мы совершили тактическую ошибку, — вымолвил наконец По.
— Какую же?
— Мы пошли к этому парню из НАСА и заявили ему, что небо падает на Землю. Неправильный подход. Нам следовало сказать, что мы только что получили сигнал от доктора Фриде, и он говорит, что небо падает.
— Но он не… по крайней мере, пока он так ничего и не сказал, — нахмурилась Сули. — Ты же пытался с ним связаться, так ведь?
— В ответ одни помехи, и никакого ответа на его позывной на тех частотах, где доктор должен был бы быть.
— Меня это тревожит.
— Да, и меня тоже… Но это не то, что я хотел сказать. Я предложил получить от него радиограмму.