Всей нечисти Нечисть...

Вихарева Анастасия

Оборотни расслабились. Между ними завязался разговор. Но глаза пьянели не у всех. Валимир и Виткас в ужасе переводили взгляд то на одного, то на другого, замечая, что глаза некоторых начинают тускнеть, а зрачки становится расширенными. Многие из них засобирались, поняв, что спирт тоже закончился.

– - Я это, я в танцевальной группе... По стриптизу мы...
– - улыбнулся Валимир, нехотя поднимаясь.
– - С Зулейкой и Ибн-Ибрагимом... По другому их звали, но я их такими запомнил. Погибли они под лавиной вчера... Эх, что-то меня пробрало...
– -

он сделал скорбное лицо, почтил их молчанием и вернулся в обычное равнодушное состояние. Потом слегка опьянел, поднялся и прошелся по кругу, старательно работая животом и попой, как его учил Зуля.
– - Мани, мани...

Он пощелкал пальцами, слегка заискивающе посмотрел на Ивана и томно облизнул губы, поработав во рту языком, слегка закатил глаза, заметив, как округлились глаза у Ивана, а у Дана и Антона вытянулись помрачневшие от стыда лица. Но оборотни расслабились, рассаживаясь удобнее в ряд и освобождая для него место. Для них это было не в новинку, не имея души, оборотни не брезговали своими, зачастую предпочитая близость с мужчиной близости с женщиной.

Лишь бы не смотрели друг на друга...

Танцевать долго не пришлось. Валимир едва успел снять с себя рубашку и расстегнуть брюки.

– - Чего это с ними?
– - озабочено поинтересовался Иван, кивнув не свалившихся мертвым сном. Потом повернулся к Виткасу и с осуждение произнес: -- Не ожидал от тебя.... Ты это... Ты скажи ему, пусть уходит... Нам срама не надо...

– - Часа не прошло, полчаса всего лишь, -- заметил Виткас, пропустив слова Ивана мимо ушей.
– - Дядя Ваня, мы срамоту сейчас видим, -- он кивнул на оборотней.
– - Это мы должны были быть на их месте, а он, -- он кивнул на Валимира, -- нас здорово выручил.

– - Это алкоголь, бабка у меня такое зелье варила, -- ответил Валимир.
– - Я думаю, скоро представление будет почище того, которое я вам показал. Сколько времени?

– - Десять... Припозднились мы сегодня. Обычно в девять уже спим...

– - Зато встаем рано. До двенадцати надо ждать, кто-то должен несть охрану, -- огорчился Валимир, что не может прямо сейчас показать то, о чем он не говорил даже Виткасу, уверенный, что он ему не поверит.

– - А нам торопиться некуда, -- пожал плечами Виткас.
– - И ребят надо помянуть. По-человечески.

Время пролетело незаметно. Рассказывали о себе. В основном Валимир, остальные друг друга знали. Но он был задумчив и свою жизнь открывать не торопился, как когда открыл ее перед Виткасом. Знал, не поверят. Порылись в рюкзаках, нашли еще заварки и сахара, достали банку тушенки. Ребята не сразу отошли от того, как он повел себя перед оборотнями, Иван успокоился только тогда, когда он рассказал, как познакомился с Зулей и Игорем.

Незаметно время приблизилось к полуночи.

– - А сейчас представление будет почище того, которое я вам показал, -- усмехнулся Валимир.
– - И тебе, Виткас, посмотреть полезно. Айда на улицу!
– - позвал он, подавая пример.

Трое

подрывников последовали его примеру. Последним поднялся Иван.

Лагерь с высоты чуть в стороне просматривался, как на ладони, в лагере ярко полыхали костры. Дров не жалели, наготовили с избытком, леса в низине было достаточно. Ночь стояла тихая и безоблачная, на небе зажглись огромные яркие горошины. Из-за дальних выплывала неполная нарастающая луна.

– - Ты что-нибудь видишь?
– - спросил Валимир Виткаса, прислушиваясь к тишине. Гора уснула.

– - Вижу, но не так хорошо, как видел бы днем, -- ответил Виткас.

– - Есть что-то?
– - спросил Валимир, позавидовав глазам друга.
– - Эх, нам бы бинокли!

– - Так это, у меня есть и у этих...
– - покачал головой Иван, не понимая, что затеяли два парня. Одного он знал, а во втором было что-то отталкивающее, но не так чтобы очень. Ловко он провернул с чаем -- подумать страшно, что их поили отравой. Но как он вел себя... Не к добру это.

– - Надо взять, но так, чтобы потом не учуяли. Нюх у них хороший, -- предупредил Валимир.

– - Мы там наследили везде, а взять можно в ихних рукавицах. Скажем потом, что взяли, чтобы сушиться положить... ближе к огню!

Сходили в пещеру, порылись в рюкзаках, осмотрели оборотней, у многих бинокли болтались на шее. Охрана была не только лучше обеспечена техникой, но и оружие при себе имела в достатке, и приборы ночного видения. С биноклями лагерь просматривался гораздо лучше, до него было километра четыре...

– - Чего мы тут высматриваем-то?
– - спросил один из подрывников тревожно.

– - Ночного зверя, -- ответил Виткас, заметив, что людей в лагере стало больше. Они заполонили весь участок, который занимали высокопоставленные лица. Костры возле их палаток загорелись ярче.

И вдруг ночную тишину прорезал крик. Едва слышный отсюда.

Все пятеро вздрогнули и облились ужасом. Представление началось...

– - Что это?
– - в ужасе прошептал один из подрывников, сглотнув слюну.

– - Вампиры, -- ответил Виткас, не глядя в лицо Валимира.

Лица всех пятерых были белыми, как снег. Никто не произнес ни слова, пока вампиры просто резали людей. Двоих вырвало со скалы, и блевотина полетела вниз, забрызгав вход в пещеру, когда начались издевательства.

– - Они нас убивают?
– - спросил кто-то шепотом, срывающимся голосом.

– - Нет, поздравили с днем рождения, -- удивительно спокойно произнес Валимир, затаптывая рвотные массы и сбивая носком ноги вниз, старясь не смотреть туда, откуда доносились крики. Два дракона, которые были далеко, почувствовали его кровь и приближались, и как всегда левая половина стала липкой и тяжелой. Теперь, когда картины ужаса, которые творились в лагере, были перед глазами, сознание как будто отключилось, отказываясь верить. Его самого поташнивало, хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать крик, который эхом проносился над горами, усиливаясь и повторяясь многократно.